Борьба вокруг проекта Конвенции ООН о международной информационной безопасности
0 0 0

Борьба вокруг проекта Конвенции ООН о международной информационной безопасности

В первой декаде июня 2012 года в Санкт-Петербурге состоялась Третья международная встреча высоких представителей, курирующих вопросы безопасности. В ней приняли участие делегации от 59 стран, представлявшие советы безопасности, аппараты президентов и глав правительств, министерств и ведомств, отвечающих за безопасность своих стран, а также от Управления по наркотикам и преступности ООН и Международной морской организации. Обсуждались вопросы международной энергетической и информационной безопасности, противодействие пиратству, а также угрозы, связанные с астероидно-кометной опасностью и космическим мусором (1).

Одним из основных пунктов должно было стать обсуждение предложенного в прошлом году российской стороной проекта конвенции ООН «Об обеспечении международной информационной безопасности». Конвенции о международной информационной безопасности. Санкт-петербургская встреча должна была стать заключительной перед внесением этого документа на рассмотрение ООН (2). 

Сутью документа является закрепление на международном уровне ряда понятий – информационная война, информационная безопасность, информационное оружие, терроризм в информационном пространстве и других, которые пока фигурируют исключительно в научных и научно-публицистических работах, но не стали категориями международного права. В российском проекте Конвенции четко прописаны вопросы сохранения суверенитета государства над его информационном пространством, а также положения, направленные на защиту от «действий в информационном пространстве с целью подрыва политической, экономической и социальной систем другого государства, психологической обработки населения, дестабилизирующей общество» (3). 

Во многом российский проект конвенции ООН «Об обеспечении международной информационной безопасности» является противовесом известной Будапештской конвенции (Конвенции Совета Европы по киберпреступности), которую Вашингтон пытается навязать как документ «глобального» характера в вопросах кибербезопасности. 

Россию категорически не устраивает в Будапештской конвенции как минимум 32-я статья о «трансграничном доступе», позволяющая спецслужбам одних стран проникать в компьютерные сети других стран и проводить там операции без ведома национальных властей. Долгое время российская сторона пыталась убедить европейцев убрать это нарушающее государственный суверенитет положение или отредактировать его (4), но страны-подписанты, поддерживаемые США, категорически отказываются вносить какие-либо изменения в документ. Логичным шагом для России в этом случае стал отказ от подписания Будапештской конвенции. 

Если Москва считает, что следует говорить обо всём комплексе мер, связанных с возможным противоправным (враждебным) использованием информации или информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), то Вашингтон настаивает на том, что всё достаточно ограничить вопросами киберугроз. При американском подходе из сферы международно-правового регулирования исключаются информационно-психологические операции, которые в последние годы всё чаще осуществляются именно посредством ИКТ и, в частности, через социальные сети. Более того, США устами своих представителей на разнообразных форумах говорят о том, что любая попытка внести эти вопросы в круг проблем кибербезопасности (или информационной безопасности) будет рассматриваться как желание оказать давление на «гражданское общество», угрожать «свободе слова» и «усиливать авторитарные тенденции». 

С такой трактовкой проблемы не согласна не только Россия. Надежным союзником РФ в этом вопросе давно уже является КНР. Немало поддерживающих такой подход и в странах СНГ, Азии, Африки, Латинской Америки. Да и не все европейские государства в восторге от идей, заложенных в Будапештскую конвенцию: не случайно же лишь две трети стран-участников Совета Европы подписали/ратифицировали указанную конвенцию.

 Россия проделала значительную работу в связи с предложенным ею проектом Конвенции ООН. Впервые вынесенная на суд общественности в целостном виде в 2011 году в Екатеринбурге на Второй международной встрече высоких представителей, курирующих вопросы безопасности, она прошла немало обсуждений. 

6–7 марта 2012 года в Российском центре науки и культуры в Дели был проведен российско-индийский научный семинар «Концепция Конвенции об обеспечении международной информационной безопасности», посвященный обсуждению проекта конвенции. Организаторами научного мероприятия выступили Институт проблем информационной безопасности МГУ имени М.В. Ломоносова, посольство РФ в Индии, Организация оборонных исследований и разработок Министерства обороны Индии (IDSA) при содействии представительства Россотрудничества (5). 7-8 февраля 2012 года на 14-м Национальном форуме информационной безопасности в Москве этот вопрос также был в повестке дня (6). Подключились к обсуждению документа неправительственные организации и бизнес (7). Российская сторона проводит двусторонние консультации по этому вопросу со своими партнерами.

Впрочем, и тут периодически возникают неожиданности. Пример - недавнее решение Белоруссии подать заявку на присоединение к Будапештской конвенции (8). По данным СМИ, это произошло в нарушение договоренностей с Россией относительно готовности Минска поддержать российский проект и без уведомления российской стороны. Собеседники сообщившего об этом «Коммерсанта» в российских дипломатических кругах признаются: они не ожидали от Минска «столь недружественного шага».

Несложно представить себе еще большее удивление европейцев. От страны, руководителя которой называют «последним диктатором Европы», такого не ожидали. Весьма сомнительно, что Совет Европы быстро рассмотрит белорусскую заявку, а даже если рассмотрит, сомнительно, что ответ будет положительным.

Остаётся некоторая неясность и с позицией Украины. С одной стороны, Киев не только подписал Будапештскую конвенцию, но и ратифицировал ее и является участником Комитета Конвенции о киберпреступности. Это можно понимать так, что Украина уже взяла на себя весь пакет обязательств (даже если они не совсем соответствуют ее национальным интересам), связанных с этим документом. С другой стороны, несмотря на ратификацию конвенции, ее положения так и не были имплементированы в украинское законодательство. А значит, остается определенный вакуум (законодательная пауза), которой вполне можно воспользоваться. Будет ли Украина публично поддерживать российский документ? В условиях ухудшающихся отношений Киева с Брюсселем и Вашингтоном дразнить их на публичном поле официальный Киев вряд ли рискнет. Однако неформальная поддержка (в том числе и скромными возможностями в рамках ООН) – вполне реальный шаг. Тем более что для Киева документ, предложенный российской стороной, действительно интересен и намного лучше описывает угрозы, с которыми сталкивается Украина в современном мире. Кроме того, в случае принятия российского варианта конвенции Организацией Объёдинённых Наций (реальность этого достаточно высока), Украина, скорее всего, захочет пересмотреть свою позицию и сможет более открыто поддерживать этот документ. 

 

(1) http://www.scrf.gov.ru/news/720.html

(2) http://www.securitylab.ru/news/425397.php

(3) http://www.scrf.gov.ru/documents/6/112.html

(4) http://www.kommersant.ru/doc/1953059/print

(5) http://www.iisi.msu.ru/news/news54/

(6) http://2012.infoforum.ru/

(7) http://expo-itsecurity.ru/company/aciso/files/12994/

(8) http://www.kommersant.ru/doc/1953059/print

Метки: Россия  ООН 

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.