Геополитические уроки разоблачений Эдварда Сноудена (I)
49 0 0

Геополитические уроки разоблачений Эдварда Сноудена (I)

В дискуссиях по поводу разоблачений Эдвардом Сноуденом глобального электронного шпионажа, ведущегося Соединёнными Штатами, обычно всё сводят к нарушениям прав человека и незаконному вторжению в частную жизнь миллионов людей планеты. Однако если бы речь шла только об этом, Белый дом не выказывал бы столько беспокойства и не поднимал бы вопрос о выдаче Сноудена на столь высокий уровень, вплоть до отмены встреч президентов и страха Барака Обамы перед появлением на международных форумах вроде недавнего саммита АТЭС. Причины особой озабоченности Вашингтона в другом: Сноуден приоткрыл такие глубины контроля за странами и народами, что это меняет взгляд на всю мировую политику и побуждает «подопытное» человечество заняться поисками противоядия… 

Многие говорят, что Эдвард Сноуден не открыл ничего такого, о чем бы не знали или не догадывались  раньше, однако масштабы вскрытого им потрясают даже профессионалов. А главное, всё это уже не предположения конспирологов или маргиналов, но подлинные документы, имеющие юридическую силу.

Существует немало определений геополитики, но все их можно свести к тому, что это наука о контроле над территорией в различных пространственных средах – сухопутной, морской, в новейшее время - воздушно-космической. В наши дни к этому смело можно добавить информационную среду, или киберпространство, отличающееся той особенностью, что от контроля над ним во многом зависит и контроль над тремя классическими средами. Качественно новым свойством информационной среды как пространства геополитики является двойственность: эта среда выступает и объектом, и субъектом воздействия одновременно. Если киберпространство как объект во многом носит виртуальный характер, хотя и привязано к географическим координатам, то как субъект оно абсолютно реально. Геополитики XIX – первой половины XX веков ещё спорили о том, где ключ к власти над миром - на суше (кто контролирует «Хартленд», тот контролирует мир, провозгласил Х. Маккиндер) или на море (ключ к мировому господству в Римленде, возразил Н. Спикмэн). Во второй половине XX века, как правило, эта роль отводилась воздушному пространству и космосу. А XXI век начался с новой максимы: «мир контролирует тот, кто контролирует киберпространство».

Первый и главный геополитический урок разоблачений Сноудена состоит в том, что США последовательно осуществляют гласный и негласный контроль над всемирным киберпространством в целях сохранения своего лидирующего положения и получения преимуществ в международных отношениях. Речь идет не только о сборе конфиденциальной информации об остальном человечестве в беспрецедентных масштабах, но и о развитии способности наносить через киберпространство существенный материальный и военный ущерб потенциальному противнику, а также проводить акции влияния. 

На вопрос о том, как это соотносится с заявлениями властей США о том, что Америка сама является жертвой кибершпионажа со стороны других стран, прежде всего Китая, Сноуден резонно ответил: «Мы взламываем всех и вся. Нам нравится делать разницу между собой и другими, но на самом деле мы следим практически за всеми странами».

Достаточно вспомнить, что Интернет, являющийся краеугольным камнем современного киберпространства, возник по инициативе и при финансировании Агентства по перспективным оборонным научно-исследовательским разработкам США (DARPA), являющегося подразделением Пентагона, первоначально под именем ARPANET. Впоследствии эта система была якобы отпущена в «свободное плавание» и постепенно обрела современный облик. Сомнения по поводу степени этой свободы имелись всегда, но только теперь до конца становится понятным, что родовая пуповина между силовыми ведомствами США и новой информационной средой обрезана так и не была. На основе Интернета работает Всемирная паутина (Worl Wide Web, WWW) и множество других систем передачи данных.

Американские и британские разведывательные службы научились взламывать в Интернете протоколы защиты информации, которые обеспечивают конфиденциальность электронных писем, банковских и медицинских данных в сети. В рамках секретной программы Национальное агентство безопасности США (NSA) и британский Центр правительственной связи (GCHQ) взломали наиболее известные и считавшиеся надежными протоколы защиты информации. Особое внимание разведчики уделили распространенному протоколу SSL. Взлом криптографической защиты осуществлялся в рамках совершенно секретной программы «Булл-Ран» (Bullrun). Аналогичная британская программа называется «Эджхилл» (Edgehill). Особое внимание уделялось кодировкам, использующимся в технологии 4G. А программа АНБ XKeyscore собирает «почти все, что пользователи делают в Интернете».

Важно также отметить, что лежащая в центре всех американских программ глобального контроля над киберпространством система PRISM (формальный запуск – 2007 год), о существовании которой объявил Сноуден, начала работать в полную силу только при нынешнем президенте. Именно Б. Обама, отдающий приоритет в проведении политики технологиям манипуляции в духе «мягкой», или «умной», силы, увидел в PRISM тот «магический кристалл», с помощью которого можно постигнуть все тайны мира.

Специальная военизированная структура для операций в киберпространстве была создана в США в 2009 г. по указанию Б. Обамы. Возглавил Киберкомандование генерал Кит Александер (он же является главой Агентства национальной безопасности — самой секретной из американских спецслужб). В 2010 г. США первыми признали киберпространство такой же потенциальной ареной боевых действий, как сухопутное, морское и воздушное пространства. В 2011 г. конгресс дал Киберкому добро и деньги на развитие наступательных кибертехнологий. В августе 2012 г.  появились первые подтверждения того, что Пентагон начал предпринимать практические шаги в этом направлении.

Агентство национальной безопасности США в тайне разработало методы взлома или обхода основных видов шифрования информации в Интернете, которые используются для защиты самых разных данных: от электронной почты до финансовых трансакций. В этих целях АНБ использовало самые разные способы: от установки так называемых черных ходов в популярных программах до суперкомпьютеров, секретных судебных ордеров и манипуляций международными процедурами установления криптографических стандартов. АНБ тратит более 250 млн долларов в год на программу Sigint Enabling Project, в рамках которой ведется «активная работа с американскими и зарубежными IT-компаниями с целью оказания тайного влияния и/или открытого использования их коммерческих продуктов», чтобы сделать их «пригодными для использования».

АНБ способно перехватывать около 75% всего интернет-трафика в США, через территорию которых проходит и значительная часть международного трафика, причём гораздо большего объема, чем называемый официальными лицами. Система работает так: АНБ просит телекоммуникационные компании отправлять ему различные потоки интернет-трафика, которые, по мнению Агентства, с наибольшей вероятностью могут содержать иностранные разведданные. Указанные компании - Microsoft, Yahoo!, Google, Facebook, AOL, Skype, YouTube, Apple, PalTalk - обязаны выполнять запросы АНБ в соответствии с решением секретного суда по наблюдению за иностранными разведками. Эти запросы, как доказал Сноуден, выходят далеко за рамки борьбы «с недружественным проникновением» или терроризмом, на что в своих оправданиях постоянно напирают представители Белого дома; они охватывают весь спектр «релевантной» информации о ключевых проблемах страны и мира. 

В последнее время данная система, в частности, активно используется американцами для преодоления последствий мирового финансового кризиса за счет не только конкурентов, но и партнёров. Используя свои преимущества в знании всех «ходов» субъектов международных экономических отношений, США сумели удержать свою экономику на плаву и повернуть вспять тенденции её деиндустриализации,  «в нужное время и в нужном месте» опережая со своими предложениями всех остальных. 

Второй урок. Контроль над киберпространством США поддерживают, опираясь на избранные страны англосаксонского мира, связанные с Америкой культурно-историческими узами, – Великобританию, Канаду, Австралию, Новую Зеландию. Степень участия этой группы в совместных операциях по глобальному киберконтролю значительно превышает похожие программы сотрудничества Вашингтона с другими союзниками, а взаимный обмен информацией между англосаксами является наиболее полным. Этот неформальный союз использует, в том числе в геополитических целях, абсолютное господство в международных коммуникациях английского языка. 

Для обозначения этого негласного союза используется иногда термин «англосфера» (Anglosphere). Некоторые считают, что именно данное неформальное объединение будет «прокладывать путь в будущее остальному человечеству в XXI веке», опираясь на общность своих интерсов в коммуникационной среде, особенно в Интернете. (1) Если вспомнить блестящую антиутопию Джорджа Оруэлла «1984», это сообщество можно определить как «Океанию». Оно опирается в том числе на совместимость американской военной машины с вооруженными силами других англосаксонских стран. Идея их углубленного сотрудничества восходит к генералам Д. Эйзенхауэру и Б. Монтгомери. Такое сотрудничество англосаксов осуществляется через ряд структур,  включающих Организацию по стандартизации сухопутных войск Австралии, Великобритании, Канады, США и в качестве ассоциированного члена - Новой Зеландии, а также комитеты с теми же участниками в области стандартизации ВВС и ВМС. (2) Подобной совместимости у США нет даже в рамках НАТО. А киберпространство признано равноправной средой боевых действий.

Сноуден показал, что и другие союзные Соединённым Штатам страны - Дания, Голландия, Франция, Германия, Испания и Италия – имеют с Вашингтоном соглашения о предоставлении данных своих коммуникационных линий американцам. Однако самым высоким статусом доверия обладают именно Великобритания, Канада, Австралия и Новая Зеландия. Таким крупным странам, как Германия и Франция, в системе комплексной электронной разведки Sigint США присвоили «статус три», очевидно, испытывая к ним гораздо меньше доверия и не желая делиться полученными выигрышами.

Реакция разных государств на разоблачения Сноудена также показали особую близость англосаксонского мира. Помимо США, Сноуден подвергся наиболее жёсткому осуждению как «предатель» именно в Великобритании, Канаде и Австралии – основных столпах и бенефициарах системы PRISM и афиллированных с ней программ. В Лондоне, например, дело дошло до рейдерского налета спецслужб на редакцию газеты The Guardian c бесмысленным разрушением ее оборудования: эта газета поведала миру со слов Сноудена о том, что Великобритания в тесном сотрудничестве с американцами осуществляла мониторинг компьютеров и перехватывала телефонные звонки иностранных политиков и чиновников, участвовавших в саммите Большой двадцатки в Лондоне в 2009 году. Секретную работу проводили Центр правительственной связи Великобритании и Агентство национальной безопасности США. Выяснилось также, что Великобритания располагает секретной станцией мониторинга на Ближнем Востоке для перехвата большого количества телефонных звонков, электронных писем и интернет-трафика. Британские спецслужбы снимают информацию с подводного оптоволоконного кабеля, который проходит через весь Ближний Восток. Собранной информацией Лондон делится с американскими партнёрами. Стоимость проекта оценивается в один миллиард фунтов стерлингов.

(Окончание следует)

(1) James C. Bennett, The Anglosphere Challenge: Why the English-Speaking Nations Will Lead the Way in the Twenty-First Century (Lanham, Md.: Rowman & Littlefield, 2004).

(2) Печуров С.Л. Коалиционные войны англосаксов: История и современность. М.: Издательство ЛКИ, 2008, стр.220

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.