Сильный ход Пекина в шахматной партии с Вашингтоном
179

Сильный ход Пекина в шахматной партии с Вашингтоном

Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (АБИИ) - детище Пекина. Подписание соглашения об основании АБИИ состоялось в октябре 2014 года. Его первоначальными учредителями выступили Китай и еще 20 стран Азии: Бангладеш, Бруней, Камбоджа, Индия, Казахстан, Кувейт, Лаос, Малайзия, Монголия, Мьянма, Непал, Оман, Пакистан, Филиппины, Катар, Сингапур, Шри-Ланка, Таиланд, Узбекистан и Вьетнам. Уставной капитал банка определен в 100 млрд. долл. 

В марте 2015 г. проект вышел на качественно новый уровень: о намерении присоединиться к банку объявили Великобритания, затем Германия, Франция, Италия, за ними Швейцария, Южная Корея, Австралия и ряд других стран. Сделала заявку на вступление в банк и Россия. 31 марта, в последний день сбора заявок, об участии в АБИИ объявил Тайвань. Итого на начало апреля число заявок составило 47. Из крупных стран за рамками проекта остались только США и Япония. 

Штаб-квартира банка будет размещаться в Пекине. Один из принципиальных вопросов работы АБИИ – о квотах стран в капитале и голосах. Судя по имеющимся данным, основным критерием для расчета квот будет показатель ВВП страны (возможно, с использованием каких-то поправочных коэффициентов). Капитал АБИИ должен быть сформирован до конца текущего года, а операции банк начнет осуществлять уже в 2016 году. Темпы ударные. Для сравнения: решение о создании МВФ и Всемирного банка было принято в середине 1944 года, а первые операции они смогли начать проводить лишь в 1947 году. 

Новый банк призван финансировать инфраструктурные проекты в Азиатском регионе, но с учетом того, что круг учредителей резко расширился, первоначальный план может быть пересмотрен, сфера действия банка может захватить более широкий круг отраслей, а география проектов выйти за пределы Азии.

Создание АБИИ имеет не только экономические, но и политические причины. Проект нового банка стал реакцией на кризис финансовых институтов Бреттон-Вудской системы - Международного валютного фонда и Всемирного банка. Кризис возник в связи с тем, что США фактически заблокировали реформу этих институтов. Вашингтон начинает утрачивать безраздельный контроль над МВФ и ВБ в связи с тем, что позиции США в мировой экономике ослабевают, а многие другие страны быстро наращивают свой экономический потенциал. Требуется пересмотр квот стран-членов в капитале и голосах, а Вашингтон затягивает принятие необходимых решений. Это уже привело к тому, что во время финансового кризиса 2007-2009 гг. МВФ проявил неспособность оказывать эффективную помощь странам, попавшим в тяжелое финансовое положение. 

В конце 2010 года совет директоров МВФ принял решение об удвоении капитала фонда и очередной (четырнадцатой) корректировке квот стран-участниц. Было принято также решение об изменении самой формулы расчета квот, с тем чтобы она более точно отражала позиции страны в мировой экономике (главным показателем должен стать валовой внутренний продукт). И вот уже пятый год Вашингтон не ратифицирует принятые в 2010 году решения МВФ, а многие страны не получают справедливой доли в голосах фонда. Особенно это касается Китая. Его ВВП, рассчитанный по паритету покупательной способности (ППС), в прошлом году превзошел ВВП США. Китай стал первой экономикой мира. В то же время квота США в МВФ равна 17,7%, а квота Китая – лишь 4,2%. Вашингтону все еще принадлежит право вето по решениям МВФ (для этого необходимо не менее 15% голосов). В силу нехватки капитала фонд прибегает сегодня к использованию средств стран-членов, которые те предоставляют фонду на возвратной и платной основе. Китай уже предоставил фонду по такой схеме немалые суммы, но при этом он не имеет возможности участия в принятии стратегических решений. В конце концов Пекину его неравноправное положение в МВФ стало надоедать. Кстати, недооцененными оказываются в фонде позиции и других стран БРИКС. Такая же картина наблюдается и во Всемирном банке. Доля США в голосах ВБ составляет 16,4%, доля Китая – лишь 2,8%, доля РФ – тоже 2,8%. 

Это подтолкнуло страны БРИКС к принятию летом 2014 года решения о создании своего банка (Новый банк развития – аналог ВБ) и своего фонда (Резервный фонд валют – аналог МВФ). Данное решение, как и проект АБИИ, – реакция на кризис существующих международных финансовых институтов. 

Признаков того, что влияние международных финансовых институтов, контролируемых Вашингтоном, падает, уже много. Например, на днях Россия заявила, что отзывает из Международной финансовой корпорации (International Finance Corporation - IFC) 245 млн. долл. своего взноса. МФК входит в группу Всемирного банка. Доля США в МФК запредельно высокая – более 23%. В условиях экономических санкций этот подконтрольный Вашингтону институт прекратил все операции в России. Членство России в МФК стало окончательно бессмысленным. Не исключено, что следующим шагом Москвы станет выход из МФК. 

Парад заявок на вступление в АБИИ явился большой неожиданностью для Вашингтона, говорящий об утрате им контроля над развитием событий в сфере международных финансов. Бывший глава американского казначейства Л. Саммерс признался на страницах «Вашингтон пост»: «Впервые со времён создания Бреттон-Вудской системы мы стали свидетелями того, как Китай создал крупный финансовый институт, а Америка так и не смогла убедить своих традиционных союзников, начиная с Британии, не присоединяться к этой организации. Подобный провал стратегии и тактики США назревал уже давно, и он должен привести к полноценному пересмотру подхода американских властей к глобальной экономике». 

Руководители ВБ и МВФ вынуждены делать хорошую мину при плохой игре. Они выступили с заявлениями о том, что готовы конструктивно взаимодействовать с Азиатским банком инфраструктурных инвестиций. И даже эти протокольно-дипломатические заявления международных чиновников вызывают раздражение Вашингтона. Министр финансов США Джейкоб Лью  объявил, что появление АБИИ ставит под вопрос легитимность МВФ и Всемирного банка. Официальный Вашингтон пытался одернуть своего ближайшего союзника – Лондон, воспринимая заявку последнего на вступление в АБИИ как предательство. Лондон никак не прореагировал на раздражение Вашингтона. Тогда Джейкоб Лью сделал упреждающий ход в шахматной партии Вашингтон – Пекин. Он пригрозил, что США не поддержат на запланированном в конце 2015 года заседании фонда решение о включении китайской денежной единицы в состав валютной корзины МВФ. То есть будут голосовать против превращения юаня в официальную резервную валюту. Впрочем, даже если бы Пекин не создавал нового банка, Вашингтон все равно не поддержал бы решение о включении юаня в состав резервных валют. Ведь это прямая угроза позициям доллара США. 

Единственным верным союзником в истории с АБИИ оказалась Япония. Отсутствие заявки на вступление в новый банк со стороны Токио некоторые объясняют тем, что Япония по-прежнему остается «непотопляемым авианосцем» США на Дальнем Востоке. Другие считают причиной то, что Китай – конкурент Японии в азиатском регионе. АБИИ будет конкурировать с Азиатским банком развития (АБР), в котором ведущую роль играет Япония. АБР был создан в 1966 году, его уставной капитал составляет 50 млрд. долл.; сейчас АБР насчитывает 48 региональных членов (государства Азии) и 19 нерегиональных членов (среди них – США). 

События последнего месяца, связанные с созданием АБИИ, выходят далеко за рамки проблем международных финансов. Массовая подача заявок западных стран на вступление в новый банк на фоне предупреждений Вашингтона о том, чтобы не делать этого, свидетельствует об общем ослаблении политического влияния США в мире и о резко возросшем авторитете Китая. Азиатский банк инфраструктурных инвестиций под эгидой Китая – это знак грядущих крупных перемен в мировом финансовом и политическом порядке. 

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.