Америка: полицейский рэкет и электронно-банковский концлагерь
173

Америка: полицейский рэкет и электронно-банковский концлагерь

Жизнь в США становится все более опасной, и многие угрозы исходят не от преступников и потенциальных террористов, а от американского государства. 

В США сидят за решеткой 2,2 млн. человек. Это 25 % всех заключенных планеты - больше, чем в 35 крупнейших европейских странах, вместе взятых, в 3,4 раза больше, чем в России, и в 4 раза больше, чем в Китае (доля США в населении мира – 5%). 

Американский ГУЛАГ – это большой бизнес-проект. Американские тюрьмы отдаются в концессию частным компаниям, которые используют бесплатный труд заключенных, получая высокую прибыль. Не надо вывозить капитал ни в Африку, ни в Азию. Под рукой хватает своих рабов. А вот тюрем пока не хватает. Строительство их – одно из приоритетных направлений политики администрации Обамы. 

Еще одной угрозой для граждан США стали конфискации имущества полицией. Масштабы этих конфискаций растут от года к году. Конфискации имущества предусмотрены законами многих стран мира, но они осуществляются по решениям суда. В Америке же у гражданина могут изъять безвозвратно имущество без решения суда, без предъявления ордера. Изъятие может произойти даже в том случае, если против данного гражданина нет никаких улик. Полицейские просто могут остановить человека и забрать у него его имущество. В первую очередь отъему подлежат наличные деньги. Какая-то часть имущества граждан США конфискуется также на основании официальных решений судов и правоохранительных органов, но доля таких легальных конфискаций снижается. 

Совокупный объем конфискаций (легальных и нелегальных) органами власти США в 1985 году составил 10 млн. долл. В 1991 году он вырос до 644 млн. долл. В следующем, 1992 году впервые перевалил за отметку 1 миллиард и с тех пор неуклонно возрастал. А вот последние данные, опубликованные ФБР. В 2014 году общий объем конфискаций имущества, произведенных властями США, составил свыше 4,6 млрд. долл. Преступниками в том же году было украдено примерно 4 млрд. долл. Примечательно, что официальные конфискации имущества составили около 0,6 млрд. долл., а 4,0 млрд. долл. – неофициальные (гражданские) конфискации. То есть изъятия имущества властями США (преимущественно полицией) без судебных и иных официальных решений практически сравнялись с масштабами украденного всеми категориями преступников, начиная от воров-одиночек и кончая организованными бандами. Преступный мир и полиция стали достойными друг друга конкурентами в борьбе за обладание имуществом американских граждан. 

Правовые основания для неофициальных конфискаций в США существовали давно, они предусмотрены законом о гражданской конфискации, который позволяет полиции изымать имущество, основываясь лишь на подозрении, что это имущество приобретено в результате незаконной деятельности. Фактически это принцип презумпции вины гражданина. Закон о гражданской конфискации долгое время находился в замороженном состоянии и стал широко применяться только после событий 11 сентября 2001 года. В течение 13 лет после взрыва башен-близнецов в Нью-Йорке правоохранительные структуры США осуществили около 70 тысяч конфискаций. Резкий взлет неофициальных конфискаций был зафиксирован после терактов в Бостоне в апреле 2013 года. 

Какая-то часть имущества, отнимаемого полицейскими у граждан США, может, конечно, перекочевать в карман отдельного стража порядка, но это, скорее, исключение из правила. Стражи порядка рассматривают производимые ими изъятия как часть своих служебных обязанностей, а добытое имущество доставляют в участок. Имущество учитывается и распределяется. По существующим на сегодняшний день правилам, не менее 20% добычи должно поступать в государственную казну. Остальное на законных основаниях становится достоянием структурного подразделения полиции. 

Неофициальные конфискации становятся в некоторых штатах важным внебюджетным источником финансирования полиции. Часть добычи идет на общие профессиональные нужды полицейского участка (закупки транспортных средств, средств связи, оружия и т.д.), другая часть расходуется на премии наиболее «эффективным» полицейским, третья часть предназначается на общие социальные нужды. Это норма американской жизни. Учитывая, что полиция в США финансируется преимущественно из бюджетов штатов и муниципалитетов, и принимая во внимание усугубляющийся финансовый кризис на уровне штатов и местных властей, можно ожидать, что конфискации будут становиться все более важным внебюджетным источником финансирования полиции. Со временем американская полиция может перейти полностью на «самофинансирование» и не будет отличаться от классических криминальных группировок, занимающихся рэкетом и разбоем. 

Формально ограбленный полицией гражданин США может оспаривать действия стражей порядка путем обращения в суд, но делают это единицы, поскольку судебные разборки требуют времени, нервов и денег. Кроме того, полицейские в своей массе являются профессиональными психологами и понимают, что слишком много брать нельзя. Поэтому объемы изъятий варьируют в диапазоне от нескольких сот до нескольких тысяч долларов. Если сумма изъятий исчисляется десятками тысяч долларов, то такие случаи могут стать достоянием гласности. Почти каждый месяц американские СМИ освещают очередной скандал с полицейской конфискацией. 

Лишь в половине американских штатов законы хоть как-то ограничивают и регламентируют гражданские конфискации, в остальных штатах полиция ничем не ограничена. В 37 штатах бремя судебной защиты возлагается на жертв полицейского рэкета. Прокуратура в эти дела предпочитает не вмешиваться. Против системы неофициальных конфискаций в Америке выступают многие общественные организации и политики. Адвокаты, защищающие жертв таких конфискаций, утверждают, что действующие правила, позволяющие полицейским присваивать чужое имущество, грубо нарушают Четвертую поправку к Конституции США, которая прямо запрещает произвольные обыски и аресты. В нескольких штатах Америки «народные избранники» пытаются протолкнуть законы, запрещающие или ограничивающие полицейский рэкет, но наталкиваются на бешеное сопротивление полицейского лобби.

Следует обратить внимание на то, что подавляющая часть имущества, подвергающегося гражданской конфискации, - наличные деньги. Полиции иное имущество просто неинтересно, поскольку с физическим имуществом возникают непростые проблемы его превращения в денежную форму. Не связывается полиция также с чеками, пластиковыми карточками и иными инструментами безналичных расчетов. Ибо для проведения платежей в пользу полиции нужно согласие жертвы, которое, по понятным причинам, жертва давать не желает. А принуждение жертвы к такому согласию силой влечет за собой уголовную ответственность стражей порядка. Поэтому существующая правовая система и общая атмосфера в стране подталкивает американскую полицию к изъятию у граждан наличных денежных знаков. 

Такое попустительство полицейскому произволу очень выгодно тем, кто сегодня активно борется с наличным денежным обращением в Америке. Я уже не раз писал, что в Америке и во всем мире хозяева денег выстраивают электронно-банковский концлагерь. Это строительство завершится тогда, когда все деньги будут полностью загнаны в безналичный оборот и будет обеспечен полный контроль над всеми денежными потоками, счетами и в конечном счете жизнью каждого человека. 

Дополнительной причиной активизации хозяев денег на фронте борьбы с наличными стало то, что процентные ставки по депозитам в банках США и других стран стремятся к нулю или даже принимают отрицательные значения. Возникла угроза бегства денег из безналичной формы в наличную. Для предотвращения этого бегства надо где законом, а где и полицейским произволом отучить людей от наличных денег. Наличные – последнее средство сохранения остатков хваленой западной свободы. 

Кажется, американская полиция поняла, чего от нее хотят хозяева денег. Читая многочисленные информационные сообщения о конфискациях наличности, обращаешь внимание, что сам факт наличия бумажных денежных знаков в кармане американского гражданина воспринимается с большим подозрением. Классическим примером является следующая схема изъятия наличных денежных знаков у гражданина: 1) в полицейский участок поступает информация (она может быть и анонимной) о гражданине Х; указанный гражданин может подозреваться в чем угодно (связь с терроризмом, неуплата налогов, отмывание грязных денег и т.п.); достаточно выразить лишь подозрение, доказательства необязательны; 2) полиция задерживает гражданина Х и проводит обыск (помещения, автомобиля, карманов, портфеля, сейфа и т.п.) в целях выявления признаков его причастности к тем или иным преступлениям и подготовке преступлений; 3) при наличии у гражданина денег в наличной форме в достаточно больших количествах (скажем, 10 тысяч долларов) они изымаются как явный признак преступных действий или, по крайней мере, преступных намерений. 

Я не шучу. Сегодня в Америке культивируется представление, согласно которому обладание наличными деньгами в размере нескольких тысяч долларов – признак неблагонадежности. Контролируемые хозяевами денег СМИ стремятся таких людей превратить в маргиналов. Сравнительно недавно на них смотрели как на старомодных чудаков, сейчас на них смотрят как на потенциальных преступников. 

И еще об одном приеме, применяемом полицейскими при конфискациях денег. Они используют собак или технические средства, позволяющие выявлять следы наркотических веществ на бумажных купюрах. Если купюра прошла десятки рук, она почти наверняка имеет такие следы. Для американской полиции это достаточное основание для конфискации.

СМИ немало пишут о том, что США культивируют терроризм по всему миру. Сегодня же видим, что дядя Сэм пестует организованную преступность и в самой Америке. Государственный аппарат США начинает всё больше терроризировать американских граждан, загоняя их в электронно-банковский концлагерь.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Метки: США  ФРС 

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.