Таможенный союз России, Казахстана и Белоруссии: риски остаются

Интеграционный процесс в СНГ переживал разные периоды за истекшие 19 лет. В последние годы он явно деградировал: из СНГ вышла Грузия, ряд стран публично дистанцировался от интеграционных проектов, даже сам термин «интеграция» постепенно исчезал из лексикона наших политиков.

В этом отношении Таможенный союз России, Казахстана и Белоруссии действительно выступает как знаковое событие, способное изменить негативные тренды развития. Однако чтобы не впасть в очередной раз в безудержный и неоправданный оптимизм, стоит вспомнить историю формирования Таможенного союза. Ведь нынешнее объединение трех государств ведет «свою родословную» отнюдь не с 2007 года.

Еще 24 сентября 1993 года в СНГ был подписан Договор «О создании Экономического союза» как интеграционного объединения. Данный Договор подразумевал и создание Таможенного союза государств. Более того, в развитие положений Договора 1993 года позднее были приняты ряд соглашений, в том числе 20 января 1995 года было подписано Соглашение о Таможенном союзе. Специально отметим, что подписи под последним документом поставили тогда именно те три государства, которые и сегодня состоят в Таможенном союзе.

В середине 90-ых годов Таможенный союз не состоялся. Все принятые документы и помыслы, в них отраженные, не были претворены в жизнь. Причины этого кроются главным образом в своекорыстном стремлении региональных элит обладать всей полнотой власти. Свою роль сыграли и новые игроки, включая и международные финансовые институты, активизировавшиеся на постсоветском пространстве с далеко не интеграционными целями. В результате вместо интеграции мы получили дезинтеграцию.

Не помогла даже фальшивая риторика и разноуровневой и разноскоростной интеграции, взятой на вооружение бюрократией наших стран. Оно и понятно, ведь эта риторика прикрывала откровенные провалы в интеграционной политике. Само по себе сужение круга субъектов конкретных обязательств по интеграции еще не гарантировало успеха начинаний.

Показательно, что вскоре после подписания документов в двух из трех стран Таможенного союза стали происходить знаковые внутриполитические события. В Казахстане уже в марте 1995 года президент Назарбаев разогнал парламент, а затем поменял конституцию страны. В Белоруссии это произошло годом позже и в менее жестком варианте. В любом случае партнеры России по Таможенному союзу, выбирая между межгосударственной интеграцией и укреплением власти первого лица, предпочли заниматься последним.

Между тем Соглашение 1995 года было продуманным. В нем также, как и сегодня, предусматривались этапы создания новой структуры. И точно так же планировался форсированный темп: на первом этапе, на который отводилось всего полгода, должны были быть отменены все тарифные и количественные ограничения во взаимной торговле государств – членов Таможенного союза, введен единый торговый режим, унифицированный таможенный тариф, в короткий срок предполагалось унифицировать налоговое и внешнеторговое законодательство. На втором этапе предполагалось создание единой таможенной территории трех стран. Мы не должны забывать, что некоторые из намеченных мер были претворены в жизнь. Так, уже к середине 1995 года был отменен таможенный контроль на границе России с Белоруссией. В марте 1996 года в Таможенный союз вошла Киргизия.

Главное в неудаче попытки создания Таможенного союза образца 1995 года было то обстоятельство, что партнеры России не были до конца искренними, ставя свои подписи под международными обязательствами. В то время преобладала политика лукавства, попыток любым путем попользоваться российскими ресурсами при одновременном нежелании отдавать часть прерогатив наднациональным органам.

Политика того же Казахстана в этом плане весьма характерна. Весной 1994 года президент Назарбаев выдвинул идею Евразийского союза, которая до сих пор превозносится пропагандистским аппаратом этого государства как вершина политической мудрости Нурсултана Абишевича. Между тем это предложение, помимо прочих, имело очевидную цель: поправить за счет России положение дел в экономиках новых независимых государств. Автор этих строк в тот период был среди тех, кто помог заблокировать данное решение. Ведь принципиальным был один из аспектов плана Назарбаева: в Евразийском союзе президент Казахстана предлагал перейти от принципа консенсуса при принятии решений к практике простого голосования квалифицированным большинством голосов по всем вопросам. Нетрудно догадаться, что, осуществись данный замысел, Россию ее партнеры большинством голосов принуждали бы отдавать свои ресурсы на осуществление проектов, выгодных менее развитым странам СНГ. Кстати, не добившись своего, Казахстан пошел обходным путем: в начале 1995 года разоренная Россия тем не менее пошла навстречу настоятельным просьбам своего партнера и простила задолженность Казахстана на 1,5 миллиарда долларов (по тем временам – огромная сумма).

Лукавство партнеров России постоянно проявлялось и в другом. В тот период им было просто невыгодно унифицировать свою таможенную политику с Россией. Как только Россия принимала меры по защите своего внутреннего рынка ради сохранения национальной промышленности - например автомобильной или легкой -  моментально Казахстан понижал ставки таможенных тарифов на данную группу товаров и они рекой текли через Казахстан и не отстроенную еще казахстано-российскую границу. Активным реэкспортом товаров, в частности алкогольной и кондитерской продукции из Украины, занималась и Белоруссия.

Новый удар Таможенный союз получил в 1998 году. Киргизия, вошедшая в объединение, годом раньше предала интересы своих партнеров и сепаратно вступила в ВТО. Фактически эта республика превратилась в прореху на пространстве Таможенного союза. Разорив чуть ли не до основания собственную промышленность и аграрный сектор, киргизы решили делать деньги на реэкспорте китайских товаров на территорию Таможенного союза. Пути реэкспорта в Узбекистан были ограничены жесткой протекционистской политикой Ташкента, наглухо перекрывавшего свои границы с Киргизией. А реэкспорт в Таджикистан для киргизов был малопривлекателен: разоренное только что окончившейся гражданской войной население еле-еле сводило концы с концами, его покупательная способность была близка к нулю. Оставался путь на север – через Казахстан в Россию. Туда и хлынули потоки китайского ширпотреба. Именно в те годы и именно на этой контрабанде разросся спрут знаменитого «Черкизона».

Понятно почему в 1998 году ставки таможенных пошлин в Киргизии совпадали с российскими лишь на 6% (!). Их специально держали на более низком уровне, чтобы поощрять контрабанду. К слову сказать, и Казахстан проводил схожую линию, но все же его ставки в указанном году совпадали с российскими на 53,8%. Тем не менее  до единства таможенных тарифов было далеко.

А тут еще грянул дефолт в России, который резко снизил стоимостные показатели российского экспорта. Таможенный союз, и без того весьма, мягко говоря, специфический, затрещал по всем швам. Россия ввела дополнительную трехпроцентную пошлину на импортируемые товары. Казахстан же учредил запредельную - двухсотпроцентную пошлину на ввоз товаров из Киргизии, а также ограничил импорт из России более двух десятков позиций продовольственной продукции. Схожие меры были приняты и в Белоруссии.

Таможенная интеграция дала задний ход. В апреле 2000 года Россия восстановила таможенный контроль за импортом товаров из третьих стран на своей границе с Белоруссией, а в январе 2001 года была введена таможенная граница с Казахстаном.

Но сама идея не умерла, она стала воплощаться по предложенному Москвой варианту. В октябре 2000 года была учреждена ЕврАзЭС, одной из целей которой стало стремление к созданию таможенного объединения. Причем первоначально планировалось достичь полной унификации таможенных пошлин уже к 2005 году. По предложению России в ЕврАзЭС был введен более рациональный и соответствующий интересам Москвы как ведущей экономической державы объединения и соответственно главного спонсора режим принятия решений. Россия получила 40% голосов, Белоруссия и Казахстан - по 20%; Киргизия и Таджикистан – по 10%. Данная пропорция менялась в период нахождения в составе ЕврАзЭС Узбекистана.

В 2005 году на саммите в Казани было принято политическое решение о необходимости создания нового Таможенного союза. Основополагающие документы были подписаны в октябре 2007 года. Прежний опыт отразился на том, что был выбран достаточно жесткий вариант структуры, предусматривающий необходимость не только наднациональных органов, но и наднационального – общего для стран-членов  -  законодательства. Жесткими были и намеченные темпы.

1 июля 2010 года на территории Казахстана и России начал действовать Таможенный кодекс Таможенного союза. 1 сентября 2010 года в Таможенном союзе России, Казахстана и Белоруссии вступил в силу новый порядок зачисления и распределения ввозных таможенных пошлин, а также ряда других налогов. Он стал более четко отражать реалии сотрудничества, а не просто намерения попользоваться ресурсами России, как было ранее. Бесспорным, что называется, «медицинским фактом» является то, что именно Россия выступает стержнем Таможенного союза. Ее ВВП составляет примерно 90% данного показателя в целом по Таможенному союзу. Именно Россия является центром экономического притяжения и главным торговым партнером в Таможенном союзе. Так, например, взаимная торговля двух «флангов» - Казахстана и Белоруссии составляет лишь 1,05% от взаимной торговли стран Таможенного союза. Тогда как взаимная торговля России и Казахстана составляет по данному показателю 35,72%, а взаимная торговля России и Белоруссии – 63,23%. Доминирование России наглядно видно и по параметру инвестиций. Россия выступает главным иностранным инвестором Белоруссии, на ее долю приходится около 40% всех прямых иностранных инвестиций в эту республику. Тогда как доля Казахстана в прямых иностранных инвестициях в Белоруссию составляет всего-то 0,05%. К слову, доля прямых инвестиций Белоруссии в Россию составляет 0,09% от всего их объема. Доля прямых инвестиций России в Казахстан составляет 13% от общего их объема, тогда как аналогичная доля инвестиций Белоруссии составляет всего 0,01%.

Отсюда становится понятным, почему согласно решению Комиссии Таможенного союза ввозные пошлины теперь распределяются следующим образом: на долю Белоруссии приходится 4,7%, Казахстана - 7,33%, России - 87,97%. Куда более совершенной и рациональной выступает система голосования в Таможенном союзе. В ее ведущем руководящем органе – Комиссии Таможенного союза России принадлежит 57% голосов, Казахстану и Белоруссии – по 21,5%. Решения же принимаются квалифицированным большинством. Это означает, что, в отличие от лукавого предложения Назарбаева по Евразийскому союзу, Россию, не будь на то ее воля, никто не сможет больше «доить». Система распределения голосов выгодна всем участникам: ведь ни одна страна-участница самостоятельно не сможет принять решения. То есть система голосования будет принуждать партнеров к сотрудничеству и разумному компромиссу.

Таким образом, в настоящее время мы имеем очередную попытку создать дееспособный Таможенный союз, попытку более продуманную и рациональную. Но в то же время развертывающийся конфликт между первыми лицами России и Белоруссии, а также события в Киргизии не позволяют однозначно утверждать, что новый Таможенный союз не постигнет судьба его предшественника. Так же как и в 90-ые годы  Киргизия может стать «черной дырой», ведь дело уже дошло до того, что вице-премьер нового киргизского правительства Бекназаров уже выступал с предложением узаконить и даже поощрять контрабанду через киргизско-казахстанскую границу. И национальный эгоизм, стремление укрепить собственную власть во что бы то ни стало, свойственный некоторым белорусским политикам, также способен нанести вред Таможенному союзу.