G20 в Осаке – саммит двусторонних встреч

В Осаке обсуждались вопросы, которые сильно отличаются от реальных угроз, существующих в мире

Завершился двухдневный саммит G20 в Осаке, который уже успели окрестить «саммитом двухсторонних встреч». Наиболее важными из них были встречи российского президента Владимира Путина и американского президента Дональда Трампа, а также председателя КНР Си Цзиньпина с президентом США. Общее же количество двухсторонних встреч не поддаётся учёту. Достаточно сказать, что российский президент провёл достаточно обстоятельные встречи с премьер-министром Японии Синдзо Абэ, с первыми лицами Германии (Ангела Меркель), Великобритании (Тереза Мэй), Франции (Эмманюэль Макрон), Южной Кореи (Мун Чжэ Ин). И это не считая многочисленных разговоров «на ногах», не запланированных официальным протоколом.

Напомню, что G20 родилась в конце 90-х годов и окончательно оформилась после финансового кризиса 2008 года как форум многостороннего сотрудничества. Сегодня саммит напоминает площадку, где решаются вопросы преимущественно двусторонних отношений. С многосторонним сотрудничеством в рамках G20 в последние годы всё больше проблем. Они начались уже на саммите G20 в Брисбене (Австралия) в ноябре 2014 года на фоне резко ухудшившихся отношений между Западом и Россией. А после того как Трамп начал перестраивать отношения с Китаем и Европой, общие договорённости всех стран G20  стали просто невозможными. На саммитах в Гамбурге (июль 2017 г.) и в Буэнос-Айресе (ноябрь-декабрь 2018 г.) итоговые коммюнике носили очень расплывчатый характер без каких-либо конкретных обязательств стран-участниц.

В полной мере это проявилось и на встрече в Осаке. Основными вопросами, обсуждаемыми на форуме, были международная торговля, цифровизация общества, миграция, экология. На пленарных заседаниях саммита мировая торговля стояла на первом месте. Были отмечены негативные моменты, связанные с усилением протекционизма. При этом участники встречи предпочитали избегать словосочетания «торговая война». Одним из ключевых терминов заключительных документов саммита стали слова «реформа ВТО», хотя не очень понятно, что за этим скрывается. Америку в контексте темы ВТО почти не упоминали, но именно она является главным нарушителем устава, начав в одностороннем порядке резкое повышение импортных пошлин на китайские товары. А Трамп уже несколько раз за время своего пребывания в Белом доме высказывал сомнение в целесообразности членства США в ВТО и в целесообразности существования самой этой организации. Возможно, для администрации Трампа «реформа ВТО» означает ликвидацию ВТО.

Обсуждение темы цифровизации было ещё менее конкретным. Разговоры о «цифре» стали удобной палочкой-выручалочкой для заполнения времени на многих заседаниях и форумах, когда участники хотят уйти от острых вопросов. Впрочем, в рамках темы «цифры» один конкретный вопрос всё-таки затронули. Это вопрос создания более эффективной системы налогообложения крупных цифровых корпораций – Facebook, Google, Amazon, Apple. Участники форума согласились, что налогообложение цифровых корпораций должно осуществляться исходя из того, в каких странах они получают основную прибыль, а не из того, где территориально располагаются их головные офисы. Это предложение было подготовлено на заседании финансовой двадцатки, проходившем в японском городе Фукуока за три недели до саммита в Осаке.

Финансовая двадцатка подготовила ещё одно предложение, которое было включено в заключительное коммюнике, – о необходимости доведения до конца реформирования Международного валютного фонда. Речь идёт о пересмотре квот стран-членов Фонда в соответствии с решениями 2010 и 2015 годов. Чтобы эти решения вступили в силу, нужна их ратификация странами-членами. Единственная страна, которая не ратифицировала пересмотр квот, – Соединённые Штаты. Они не желают этого делать, опасаясь утраты контроля над МВФ. Думаю, что и резолюция, принятая в Осаке, не заставит Вашингтон провести ратификацию.

Тема миграции и беженцев не была центральной на саммите, но в совместном коммюнике она нашла отражение. Лидеры стран G20 подчеркнули необходимость совместных действий для урегулирования проблемы массовой миграции. Конкретики, к сожалению, никакой.

Помимо «цифры» популярной палочкой-выручалочкой для таких политкорректных форумов стала тема экологии. Тема выигрышная в том плане, что большинство экологических проблем являются долгосрочными и сверхдолгосрочными. Этим проблемы экологии отличаются, например, от проблем экономических и финансовых кризисов, когда нужно действовать немедленно. На саммитах G20 в 2008 году в Вашингтоне и в 2009 году в Лондоне было не до экологии, в мире бушевал финансовый кризис. И, надо отдать должное тем саммитам, их решения по преодолению кризиса были предельно конкретными и единодушными.  

А вот в Осаке весь второй день саммита посвятили экологии. С жаром говорили о такой экологической угрозе, как пластиковые отходы. Все согласились с необходимостью сократить к 2050 году выбросы пластиковых отходов до нуля.

Уже почти ритуальной стала тема климата. В Париже в декабре 2015 года на международной конференции по климату было достигнуто соглашение по борьбе с климатическими изменениями. Оно предусматривает резкое сокращение выбросов парниковых газов (прежде всего, CO2). Трамп, придя в Белый дом, сразу заявил, что соглашение по климату «несправедливо» и для Америки «слишком обременительно». Поэтому США в соглашении участвовать не будут. Теперь на саммитах G20 в Гамбурге, Буэнос-Айресе, Осаке начинается нытьё лидеров некоторых стран (преимущественно европейских) по поводу того, что Парижское соглашение надо выполнять. Трамп на это нытьё не реагирует. А президент Франции Эмманюэль Макрон заявил в Осаке, что не подпишет итоговое коммюнике, если Парижское соглашение по климату (оно вступило в силу в 2016 году) в нём не будет упомянуто. Соглашение упомянули, Макрон коммюнике подписал, но Трамп непоколебим, как скала. От себя добавлю, что Парижское соглашение без Америки полностью теряет смысл, ибо на США приходится от 25 до 30% эмиссии парниковых газов.

Хорошо видно, что набор вопросов, обсуждавшихся в Осаке, сильно отличается от реальных вызовов и угроз, с которыми сталкивается мир. Это и взрывоопасная ситуация на Ближнем Востоке, это и усилившаяся гонка вооружений и возросшая угроза применения ядерного оружия, и Украина как очаг нестабильности в Европе, и санкции США против других стран. Наконец, это угроза второй волны мирового финансового кризиса. Да, на двухсторонних переговорах эти вопросы обсуждались, но они почти не звучали на пленарных заседаниях. А это означает, что Группа двадцати теряет эффективность. Некоторые ехидно отмечают, что для возрождения G20 должен разразиться очередной мировой финансовый кризис.