Ливийская трагедия: кто виноват?

После того, как Ливии не стало…

«Мой дед ездил на верблюде, мой отец ездил на верблюде,
я езжу на Мерседесе, мой сын ездит на Лэнд Ровере,
его сын будет ездить на Лэнд Ровере,
но его сын будет ездить на верблюде».

Шейх Рашид ибн Саид Аль Мактум, первый эмир Дубая.

Выборы президента Ливии, назначенные на 24 декабря 2021 года, не состоялись. Как провалились и предыдущие попытки – в декабре 2018 года и в начале 2019-го. Новой датой предложили 24 января 2022 года, но и это не получается. Перспектива восстановления из пепла богатой и недавно процветавшей страны выглядит мрачно. Даже самые оптимистично настроенные эксперты в своих прогнозах рассматривают два варианта – плохой и очень плохой.

Некоторые комментаторы утверждают, что причина срыва голосования обусловлена исключительно желанием Запада сохранить нынешний хаос как можно дольше и именно поэтому выборов в обозримом будущем не будет. Конечно, удобно списывать все на происки «мировой закулисы», но, если оперировать фактами, вырисовываются две главные причины – внешняя и внутренняя.

Начало ликвидации Ливийской Джамахирии было положено там, где этого не должно было произойти в принципе. Невозможно отрицать, что, не будь резолюции СБ ООН №1973 от 17 марта 2011 года, события развивались бы совсем иначе.Тогдашний Генсек ООН Пан Ги Мун назвал документ историческим, и неудивительно – было принято решение, санкционировавшее военное вмешательство иностранных государств и физическое уничтожение ливийского лидера, который давно стал раздражителем для Запада, ООН и ряда арабских правителей. Удивительно другое – никто не выступил против!

В течение следующих лет прошло уже три фазы ожесточённой гражданской войны, причём с активным участием иностранных наёмников. Ливия стремительно скатывалась к состоянию дикости: публичные обезглавливания, расцвет работорговли, разгул бандитизма. За развитием событий внимательно наблюдали извне, но исключительно с точки зрения собственных интересов. В ООН вяло принимали никого ни к чему не обязывающие резолюции, а введённое в 2011 году эмбарго на поставки вооружений в Ливию открыто нарушалось. Появились государства и даже группы стран, занявшие в конфликте ту или иную сторону. Были и такие, кто пытался установить контакт со всеми сразу.

Не будь в Ливии огромных запасов углеводородов, на неё давно махнули бы рукой. Однако полезные ископаемые наряду со стратегическим географическим положением заставили «мировое сообщество» озаботиться поиском решения. Последовали консультации, переговоры, конференции, в том числе на высшем уровне – с участием первых лиц влиятельных государств. Париж, Женева, Тунис, Берлин  – казалось, дело вот-вот сдвинется с мертвой точки. При этом никто не обращал внимания на то, что в Триполи у власти оказались радикальные исламисты из сторонников запрещённых в России «Братьев-мусульман»* и даже приверженцев запрещённой в России террористической группировки «Аль-Каида»*. Напротив, некоторых это вполне устраивало.

Справка: 14 декабря 2021 года министр нефти и газа Мухаммад Аун подтвердил, что запасы сырой нефти в Ливии составляют 48 млрд баррелей, а природного газа – 1,47 трлн кубометров. По данным Национальной нефтяной корпорации (ННК), доходы от продажи энергоносителей в период с января по август прошлого года составили 16,883 млрд долл.

Одна из вооруженных группировок называет себя «Гвардия защиты нефтяных объектов». Бир аль-Ганам, март 2021 года

Одна из вооруженных группировок называет себя «Гвардия защиты нефтяных объектов». Бир аль-Ганам, март 2021 года

При этом строительство здания «ливийской демократии» начали не с фундамента, а с крыши. Решение провести выборы в стране, где провалился референдум по Конституции, в отсутствие законодательной базы, законных органов власти, избирательной кампании и даже минимальных гарантий безопасности не выглядит очень продуманным. По мере приближения даты вероятность того, что выборы удастся провести, стала стремиться к нулю.

Демонстративное пренебрежение элементарными нормами права при формировании списков кандидатов, угрозы вооруженных группировок силой не допустить голосования и другие факторы создали обстановку, которая поставила под удар репутацию мировых лидеров, которые так старательно продвигали идею плебисцита. Кстати, среди участников всех этих форумов не было президентов США – ни Байдена, ни его предшественника. Это вовсе не означает, что ливийская тема американцам неинтересна: просто там избрали иной путь – использовать ООН, политический департамент которой часто называют филиалом Госдепартамента.

В начале декабря у Генсека ООН внезапно появился специальный советник по Ливии, и хочется надеяться, что Антониу Гутерреш узнал об этом не из газет. Советником стала Стефани Уильямс, которая до февраля 2021 года возглавляла миссию ООН в Ливии, а затем стала курировать ливийскую тематику из Госдепартамента США. 

Стефани Уильямс

Стефани Уильямс

12 декабря С. Уильямс срочно прибыла в Триполи с целью «показать поддержку ООН предстоящим выборам и правительству национального единства». Представителя ООН (или США под флагом ООН) в поездке сопровождал некий Даниэль Рубинштейн – региональный директор International Foundation for Electoral Systems (IFES, Международный фонд электоральных систем). Рубинштейн был радушно принят главой ЦИК Ливии, который поблагодарил американскую НПО: «Имад ас-Саих признателен IFES за поддержку избиркома с момента его создания, а также учебные курсы и программы повышения осведомленности, которые добавили импульс опыту и информации сотрудников комиссии».

То, что американцы используют многочисленные НПО по всему миру, – не секрет, но впервые это было предано широкой огласке относительно Ливии. Между тем, помимо Госдепа США, спонсорами IFES являются Великобритания, Канада, Швейцария, Франция и другие государства. С момента основания в 1987 году организация успела отметиться в 145 государствах мира, причем в 45 из них имеются офисы. Задача одна – «распространение демократической культуры и оказание поддержки избирательным процессам учреждениям».

Триполи, 15 декабря. Председатель ВИК Имад ас-Саих и Даниэль Рубенштейн

Триполи, 15 декабря. Председатель ВИК Имад ас-Саих и Даниэль Рубенштейн

Американские политтехнологи известны как символисты и любители создавать исторические параллели, но в Ливии они явно перестарались. Выборы были назначены по настоянию С. Уильямс на 24 декабря потому, что именно в этот день 70 лет назад решением ООН Ливия получила независимость. Утверждается, что от Италии, хотя на тот момент Триполитания и Киренаика находились под управлением Великобритании, а Феццан – Франции. Ливия была провозглашена конституционной монархией, а ставленник Лондона Мухаммед ас-Синуси – королём под именем Идрис I. Он находился на троне до 1 сентября 1969 года, когда его в результате бескровного переворота свергла группа «свободных офицеров» во главе с Муаммаром Каддафи. Любопытно, что в 2011 году мятежники выступили под флагом королевства, который сегодня считается государственным. При этом его используют группировки, воюющие между собой. Такое вот единение.

Флаг Королевства Ливия с 1951 по 1969 год. С 2011 года Ливии не стало и под ним воюют разнообразные вооруженные банды

Флаг Королевства Ливия с 1951 по 1969 год. С 2011 года Ливии не стало и под ним воюют разнообразные вооруженные банды

С. Уильямс провела серию интенсивных переговоров: она встретилась с главой Президентского совета Мухаммадом аль-Лафи, его заместителем Мусой аль-Куни, главой Высшего государственного совета (ВГС) Халедом аль-Мишри, председателем Высшей избирательной комиссии (ВИК) Имадом ас-Саихом, вице-спикером Палаты представителей Фаузи ан-Нувайри, начальником Генштаба (сил западного региона) Мухаммадом аль-Хаддадом и другими. Американка указала на «необходимость придерживаться результатов Форума политического диалога», однако мнения ливийских переговорщиков единством не отличались – одни выступали за выборы, другие – категорически против. 

15 декабря комитет по внутренним делам Палаты представителей призвал власти страны признать невозможным проведение президентских выборов 24 декабря. На следующий день член ВИК Абу Бакр Марда заявил, что проведение всеобщего голосования в запланированную дату «осталось в прошлом». Глава ВГС, сторонник «Братьев-мусульман»* (организация, запрещённая в РФ) Халед аль-Мишри назвал избирательный процесс «иллюзией». 21 декабря, то есть всего за три дня до назначенной даты президентстких выборов, глава ВИК объявил о роспуске всех избирательных комиссий. Точнее – тех немногих, что вообще удалось сформировать. А суд Мисураты постановил распустить и саму ВИК за ненадобностью.

Убедившись, что планам провести выборы не сбыться, С. Уильямс сосредоточилась на выполнении «плана Б», или задачи-минимум, – сохранить у власти в Триполи тех, кто разделяет «демократические ценности», то есть Абдель Хамида Дбейбу в качестве главы ПНЕ. Задача была не из простых, поскольку согласно внутриливийским договоренностям срок полномочий ПНЕ был ограничен сроком до 24 декабря. Палата представителей неспешно обсуждала в Тобруке вопрос о формировании нового кабинета. Сообщалось, что новым премьером станет Фатхи Башага, а он сам встречался в Бенгази с «главнокомандующим ливийской армией». Ф. Башага и фельдмаршал Халифа Хафтар даже «договорились о консолидации усилий, направленных на урегулирование ситуации в стране».

Тем не менее С. Уильямс в решении задачи преуспела: 31 декабря Абдель Хамид Дбейба вернулся к исполнению обязанностей премьер-министра и провёл заседание кабмина. Необходимая поддержка была оказана и Лондоном: посольство королевства в Ливии заявило, что намерено продолжать признавать ПНЕ во главе с Абдель Хамидом Дбейбой в качестве высшего исполнительного органа. При этом британские дипломаты отметили, что «не поддерживают создание параллельных правительств или институтов на месте существующего кабмина». Естественно, такой расклад устраивает и Анкару, тем более что А. Дбейба – далеко не единственный из сторонников «Братьев-мусульман»*, занимающих высокие посты в Триполи  и при этом опирающихся на поддержку как Турции, так и США. Как уже сказано, борьба идёт за ливийские ресурсы и собственные интересы. Интересы совпадают, когда речь заходит о минимизации влияния РФ – правопреемника страны, которая имела в Джамахирии, казалось, незыблемые позиции, но сдала их. В выигрыше оказались все, кроме самой РФ и Ливии, к большому удовлетворению их противников.

Завершая тему внешнего воздействия, необходимо указать: верные Каддафи войска в 2011 году без труда подавили бы вооружённый мятеж в Бенгази в считаные дни, если бы не принятое в Нью-Йорке решение уничтожить режим силой. Под прикрытием резолюции СБ ООН была введена «бесполетная зона» для ливийских ВВС, последовали массированные бомбардировки, в ходе которых уничтожались не только военные цели, но и гражданская инфраструктура, а также жилые районы и даже обьекты, внесенные в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Возникает вопрос: почему ливийцы не выступили в защиту своей страны? При всём превосходстве США и НАТО в Ливии были накоплены огромные запасы оружия и техники, а военная доктрина страны базировалась на концепции «вооруженный народ». Почему ливийцы не встали единым фронтом против агрессии, ведь у них был и лидер, и то, что защищать, и чем защищаться?

Муаммар Каддафи сумел в считаные годы обьединить сотни племён, построить действительно независимое государство, добиться такого уровня жизни населения, который и сегодня недостижим в некоторых странах Европейского союза. Это подвиг, который будет в полной мере оценён, и убитому ливийскому лидеру поставят памятники, но не скоро: он опередил своё время на многие годы, если не десятилетия.

Муамар Каддафи

Известное изречение Сократа «каждый народ достоин своего правителя» спорно по сути, а в с случае с Ливией и вовсе неприменимо. Ливийцы оказались недостойны своего правителя, и то, с каким упоением они уничтожают друг друга уже 12 лет, заставляет задасться вопросом, а являются ли они единым народом? Если ливийцы Мисураты торгуют на невольничьих рынках ливийцами из Себхи и не считают их за людей из-за темного цвета кожи? Если нашлись те, кто тыкал ножами в израненное тело еще живого М. Каддафи, а потом выставили обезображенный труп в витрину гастронома на всеобщее обозрение? О каких демократических ценностях, идеологии, выборах может идти речь на территории, где популяции, там обитающие, заняты главным образом грабежами и убийствами? На территории, разодранной на феодальные уделы, руководимые лидерами вооруженных группировок и кланов, которые не способны договориться ни о чём, тем более о власти. Вопросы не праздные, ключ к пониманию – в эпиграфе. Видимо, это исторический код, глубоко заложенный в сознание людей, и это тема отдельной статьи.

Продолжение следует...

Заглавное фото: REUTERS/Ayman Al-Sahili