Ливия: кто на самом деле утратил легитимность?
73

Ливия: кто на самом деле утратил легитимность?

События последних недель в Ливии сделали вопрос о легитимности власти с точки зрения международного права из отвлечённо теоретического сугубо практическим. Сначала ряд западных лидеров использовали концепцию легитимности для обоснования военной операции против Ливии. Затем эта идея была проведена в качестве единой позиции членов клуба G-8. В Декларации «Новая приверженность свободе и демократии» на саммите G-8 в мае 2011 года данная идея была провозглашена с не свойственной серьёзным политическим документам патетикой: «Он [Каддафи] не имеет будущего в свободной и демократичной Ливии. Он должен уйти».

Учитывая, что Каддафи не занимает никаких государственных должностей, сразу же возник вопрос: откуда и куда он должен уйти? Юридически ответа на него нет. Возникает и другой вопрос: какой же будет эта будущая «свободная и демократичная» Ливия, если (с учётом того, что Каддафи покинет власть) в ней не будет места гражданину Муаммару Каддафи? Более того, Декларация говорит об утрате легитимности не только самим Каддафи, но и правительством Ливии: «Каддафи и ливийское правительство не выполнили своё обязательство защищать население Ливии и утратили свою легитимность». (1)

Какие выводы можно сделать из данного заявления? Во-первых, теперь стало ясно, как утрачивается легитимность того или иного правительства. Оказывается, теперь она утрачивается в связи с невыполнением обязательства по защите населения. Ранее предполагалось, что легитимность приобретается либо утрачивается на выборах или же поддержкой большинства населения. Во-вторых, теперь нам разъяснили, кто решает вопрос об утрате легитимности. Это страны, входящие в клуб G-8. Ранее мы по недомыслию полагали, что этот вопрос в компетенции населения соответствующего государства. В-третьих, теперь стало ясно, что легитимность может быть утрачена полностью (а раз так, то бывает и частичная утрата). Опять-таки с горечью сознаёшь свою ограниченность, так как ранее ошибочно предполагал, что легитимность – понятие интегральное и «она либо есть, либо её нет».

Как уже сказано, Муаммар Каддафи не занимает в Ливии никаких государственных должностей. Он - Лидер революции, а Конституцией Ливии является Священный Коран. Управление страны юридически регулируется положениями «Декларации об установлении народовластия» 1977 года и текущим законодательством. Кроме того, ни G-8, ни какое-либо государство не сделали заявлений относительно легальности М.Каддафи и правительства Ливии. Если это так, то признают ли страны «восьмёрки» М.Каддафи и правительство Ливии «законным, но нелигитимным» или «и незаконным, и нелигитимным»? А вот вопрос о легитимности самого клуба G-8 и многочисленных «международных конференций по Ливии» почему-то обсуждать не любят. Хотя в начале конфликта министр иностранных дел России С.В.Лавров поставил вопрос о «проблематичной» легитимности этих конференций. А поскольку легитимность либо есть, либо её нет, указание на её «недостаточность» – дипломатический способ констатации её отсутствия.

Ну а если обратиться не к «открытиям» клуба G-8, а к действующему международному праву? Как определить вопрос о легитимности с точки зрения объективных и легальных признаков?

Во-первых, военные действия в Ливии поставили важный вопрос о легитимности противостоящей ливийскому народу стороны. На этой стороне два основных субъекта – внутренний и внешний. У обоих, мягко говоря, проблемы с легитимностью.

Начнём с внешнего субъекта. С началом вооружённых действий государств-членов НАТО против Ливии эти страны стали стороной вооружённого конфликта. Посмотрим, каковы их действия и соответствуют ли они нормам международного гуманитарного права, специально созданного для ограничения действий находящихся в конфликте сторон. Мы видим бомбардировки гражданских объектов, школ, университетов, больниц, жилых зданий. Бомбятся здания государственных учреждений. Гибнут гражданские лица. НАТО сознательно разрушает объекты, имеющие значение для жизнеобеспечения населения Ливии. Все эти действия прямо запрещаются международным гуманитарным правом, в частности статьями первой, третьей и четвёртой Женевскими Конвенциями о защите жертв войны 1949 года.

Кроме того, напомним, что страны НАТО не вступили в уже существующий вооружённый конфликт, а готовили и начали его. И начали путём тягчайшего международного преступления – агрессии. Никакие ссылки на резолюции СБ ООН не могут оправдать агрессию, так как ни один пункт этих резолюций не предусматривал бомбардировки гражданских объектов и проведения наземных военных операций. Таким образом, ни о какой легитимности «международной» стороны ливийского конфликта и речи быть не может.

Что касается «внутренней» стороны конфликта - так называемой «оппозиции», то и её действия не соответствуют нормам международного гуманитарного права. Обстрелы городов, уничтожение военнопленных, разрушение гражданских объектов – всё это признаётся международными военными преступлениями. Кроме того, та жестокость, с которой осуществляется расправа над гражданским населением и военнопленными, ясно показывает, что на самом деле мы имеем дело даже не со стороной конфликта. Статья 1 Дополнительного Протокола № 2 (1977 года) к Женевских конвенций 1949 года устанавливает, что «стороной» вооружённого конфликта являются только такие «антиправительственные вооруженные силы или другие организованные вооруженные группы, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют такой контроль над частью ее территории, который позволяет им осуществлять непрерывные и согласованные военные действия и применять настоящий Протокол (выделено мной – А.М.). Как видим, удовлетворяя первым трём требованиям (командование, контроль территории, согласованные действия), т.н. «оппозиция» не удовлетворяет четвёртому требованию – применение норм международного гуманитарного права. То есть с точки зрения международного права нет никаких оснований говорить об этой самой «оппозиции» как о стороне конфликта. Наиболее точная юридическая квалификация ливийских «оппозиционеров» – преступники согласно внутреннему праву своей страны и преступники согласно праву международному. По внутреннему праву Ливии – они виновны в вооружённом мятеже, убийствах и разрушениях, по международному праву – в нарушении Женевских конвенций о защите жертв войны 1949 года и Дополнительных протоколов к ним 1977 года […]

Заметим, что во многом военные неудачи ливийских властей при Каддафи были связаны с последовательным исполнением ими норм международного гуманитарного права, с попыткой сохранить жизни людей, причём не только мирного населения, но и одурманенной пропагандой части молодых ливийцев, выступивших на стороне мятежников. А ведь та сторона, которая связана жесткими запретами форм и методов ведения боевых действий, в военном плане оказывается в менее выгодном положении по сравнению со стороной, этими запретами не связанной.

Мало кто задумался над возможным действительным смыслом телепостановки, включавшей создание копии Зелёной площади в Триполи с последующей демонстрацией её захвата «повстанцами» и якобы народного ликования по этому поводу, показанных телеканалом «Аль-Джазира» 21 августа. После того, как телеканал был пойман с поличным и бутафорский характер площади был установлен, публике подбросили «объяснение» этого мошенничества. Дескать, эти кадры были сняты с пропагандистскими целями для подавления боевого духа сторонников Каддафи. Возможно, это объяснение и логичное, но не единственно возможное и не самое убедительное. Учитывая последующие события, альджазировская бутафория, скорее всего, имела другой, более зловещий смысл.

Стремительный захват мятежниками Триполи объяснялся и «военной силой оппозиции», и «мощной помощью НАТО с воздуха», и «самоуверенностью Каддафи». Однако самым естественным объяснением такой «сдачи» является попытка ливийских властей и армии спасти гражданское население столицы. В связи с этим бутафорская Зелёная площадь – не только пропагандистский, но и военный ход. Вероятно, власти Ливии получили достоверные сведения (возможно, в виде прямого ультиматума) о том, что Триполи будут брать любой ценой и в случае сопротивления - с полным уничтожением города. И вот здесь бутафорская площадь стала бы не просто желательной деталью, а абсолютно необходимым средством грандиозного обмана мировой общественности – сокрытия от мира того факта, что Триполи снесён с лица земли.

Надо признать, что действия ливийского руководства, полностью соответствующие международному гуманитарному праву, являются единственным островком разумности и милосердия в этой безумной войне. С точки зрения международного права на самом деле ливийское руководство во главе с М.Каддафи не только являлось и продолжает оставаться легитимным, но при этом является ещё и единственной легитимной стороной происходящего конфликта.

* * *

За несколько месяцев с начала 2011 года были сконструированы, апробированы и введены в международный оборот три новых средства, «легитимирующих» уничтожение неугодных правительств и захваты государств: объявление выборов успешно проведёнными, но с признанием победы проигравшего кандидата; объявление правительства страны или её лидера утратившими легитимность; и, наконец, утверждение этих решений резолюциями СБ ООН…

Нам ещё предстоит осознать, что ситуация в Ливии стала моментом истины для определения легитимности власти не только в самой Ливии, но и поразительным образом - во всём мире […]

(1) http://www.g20-g8.com/g8-g20/g8/english/the-2011-summit/declarations -and- reports/ declarations/ renewed- commitment -for- freedom-and- democracy. 1314.html
 

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Метки: ООН  Ливия  Каддафи 

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.