Перейти к основному содержанию

Кровавые игры Гаагского трибунала

На брифинге в Международном трибунале по бывшей Югославии один из журналистов задал вопрос: жив ли Радован Караджич? Оказывается, в течение нескольких часов ходили слухи о его внезапной смерти. До этого заседания трибунала дважды прерывались в связи с плохим самочувствием Караджича. Руководитель пресс-службы МТБЮ, однако, заявила, что она «горда высочайшим уровнем медицинского обслуживания, доступного для всех обвиняемых трибунала». Чем же гордится МТБЮ?..

На брифинге в Международном трибунале по бывшей Югославии один из журналистов задал вопрос: жив ли Радован Караджич? Оказывается, в течение нескольких часов ходили слухи о его внезапной смерти. До этого заседания трибунала дважды прерывались в связи с плохим самочувствием Караджича. Руководитель пресс-службы МТБЮ, однако, заявила, что она «горда высочайшим уровнем медицинского обслуживания, доступного для всех обвиняемых трибунала». (1) Чем же гордится МТБЮ?

Последним главным решением Международного трибунала по бывшей Югославии стало распоряжение провести новое медицинское обследование В.Шешеля. В сентябре судебная палата получила три засекреченных медицинских заключения о состоянии здоровья В.Шешеля, но затем было принято решение о назначении новой медицинской экспертизы. И это вызывает очень серьёзные опасения. Во-первых, выбор врачей был поручен секретариату МТБЮ, во-вторых, на назначение врачей было дано … целых три месяца.

25 октября, ещё до проведения обследования, В.Шешелю были вынуждены сделать операцию на сердце (абляция) в связи с тем, что с августа у него начались приступы атипичной тахикардии и аритмии. Эта операция прошла со значительными странностями. Во-первых, результаты ЭКГ были столь необычными, что врачи объявили, что «аппарат сломался». Почему в главной клинике Нидерландов (Броново) не нашлось второго аппарата ЭКГ, никто объяснить не смог. Однако и через несколько дней, уже в тюрьме, результаты ЭКГ опять-таки не были сообщены, в том числе самому Шешелю. И вновь причиной была названа «поломка аппарата», теперь уже тюремного. Если же учесть, что врачом тюрьмы МТБЮ остаётся тот самый П.Фальке, который принимал непосредственное участие в убийстве Слободана Милошевича, становится ясно - нам вновь лгут!

В связи с предстоящим медицинским обследованием В.Шешеля напомним, как проводилось такое обследование президента С.Милошевича - особенно игра с результатами анализов крови С.Милошевича за несколько недель до его смерти.

Представляю читателям результаты моего собственного расследования на основе официальных документов МТБЮ.

Осенью 2005 года, с целью проверить утверждения начальника тюрьмы о том, что С.Милошевич не принимает назначенные ему лекарственные препараты, у него был взят анализ крови. Результат анализа начальник тюрьмы интерпретировал следующим образом: «С.Милошевич не принимает назначенные ему лекарства и принимает не назначенные». (2) На самом деле, результаты анализа крови были следующими: «В крови обнаружен низкий уровень предписанных лекарственных препаратов и низкий уровень не предписанных лекарственных препаратов». Без всяких объяснений начальник тюрьмы квалифицировал данное заключение по анализу крови как результат умышленных действий С.Милошевича. Аналогичный вывод сделал не только начальник тюрьмы, но и врач П.Фальке: «Пробы показали, что он принимает назначенные препараты в недостаточных количествах или не принимает их вообще», а также, что он «принимает препараты, не предписанные ему ни мной, ни другими». (3) Проводивший исследование крови токсиколог Д.Угес, несмотря на ряд оговорок, также сделал вывод: «Имеются серьёзные основания считать, что имело место нерегулярное принятие предписанных препаратов. Очевидно, что это может быть причиной высокого давления». (4)

Лишь один врач Тоу в своём заключении назвал пять возможных причин низкой концентрации предписанных препаратов в крови С.Милошевича, а именно: слабая абсорбция гастроэнтерологии; недостаточно точное следование предписаниям; взаимодействия с другими субстанциями; пониженная абсорбция энзимов; быстрый обмен веществ. (5)

12 января 2006 года С.Милошевич потребовал провести новый анализ крови. Этот анализ, проведённый после приёма предписанных Фальке лекарственных препаратов и под постоянным наблюдением, показал, что в крови обнаружен тот же самый уровень препаратов, что и раньше. Утверждения начальника тюрьмы, а главное – врачей во главе с Фальке, рухнули. Важнейшим элементом умышленности действий указанных лиц было то, что они скрыли этот факт от судебной палаты. В своих отчётах в судебную палату П.Фальке утверждал, что С.Милошевич также «принимает не предписанные ему препараты». Однако в отчёте токсиколога Угеса названо только два таких препарата - Диазепам и Нордазепам. Назначенные адвокаты установили, что именно Фальке прописал С.Милошевичу Диазепам в середине октября 2005 года. При этом второй препарат – Нордазепам, по признанию делавшего повторную экспертизу доктора Тоу, превращается в организме человека из Диазепама. (6)

Наконец, по заключению доктора Угеса, уровень обоих препаратов в крови был «слишком низок для любого фармакологического эффекта». (7) Если учесть, что оба препарата могут находиться в крови длительное время (несколько месяцев) и то, что они не могут оказать негативного воздействия на высокое давление (и даже косвенным образом оказывать положительное воздействие при высоком давлении), становится ясно, что против С.Милошевича была организована провокация. В своём представлении в судебную палату назначенные адвокаты отмечали: «Ни один из отчётов, направленных в судебную палату, не содержал информацию о том, что (называемый во всех отчётах «непредписанным») Диазепам неоднократно предписывался С.Милошевичу самим тюремным врачом Фальке: а) в течение всего периода содержания С.Милошевича в тюрьме; б) особенно в течение трёх дней в середине октября 2005 года». (8) Эта часть провокации провалились столь очевидно, что даже прокуратура трибунала была вынуждена признать, что «более не считает, что обвиняемый принимал Диазепам иначе, чем это было ему назначено». (9)

Несмотря на очевидный провал, секретариат и доктор П.Фальке попытались оправдаться. Оправдание получилось ещё более неуклюжим. Так, Фальке сообщает, что на самом деле последним зарегистрированным приёмом Диазепама С.Милошевичем была не середина октября, а 7 ноября 2005 года, то есть на три недели ближе к забору крови на анализ. Отсюда оправдательный вывод секретаря трибунала: «Таким образом, низкий уровень Диазепама в крови С.Милошевича не связан с фактом предписания этого препарата доктором Фальке 15-17 октября 2005 года». (10) Это и есть ответ на обвинение адвокатов в том, что врачи и секретариат скрыли назначение Диазепама и что этот препарат не может быть назван «непредписанным»!

Оправдания тюремного врача и секретаря представили новые доказательства их недобросовестсности и поставили новые вопросы. Назначенные адвокаты обратили внимание на то, что дата 7 ноября 2005 года не записана в документах, переданных С.Милошевичу в ответ на его запрос представить ему всю медицинскую документацию. Позднее врач и секретариат представили судебной палате медицинскую карту выданных С.Милошевичу лекарств. Оказалось, что этот вариант карты отличается от того, который был выдан С.Милошевичу. И разница касалась как раз Диазепама! В первом варианте копии карты приём этого препарата был обозначен как “продолжать принимать” (11), а во второй копии (этого же самого документа, но представленного уже в судебную палату) как “по требованию”. (12) П.Фальке вводит в заблуждение и других врачей, которые проводили свои экспертизы. Например, доктор Тоу, как видно из его отчёта, не знает о приёме С.Милошевичем Диазепама 7 ноября 2005 года. Также из отчёта доктора Угеса ясно, что он не был проинформирован о том, что С.Милошевичу был назначен один из бензодиазепинов (в данном случае – диазепам), причём назначен самим Фальке и совсем недавно. Как прямое следствие этого, ни Тоу, ни Угес не рассматривали действие диазепама, принятого 7 ноября 2005 года.

7 марта 2006 года, за три дня до смерти С.Милошевича, судьям внезапно сообщили, что в крови С.Милошевича, взятой 12 января (то есть сообщают об этом только через два месяца!!!) найден не назначенный ему препарат – Рифампицин, который мог вызвать нейтрализацию назначенных препаратов для лечения повышенного давления. (13) Эти манипуляции ясно показывают, что МТБЮ не просто не оказал заключённому медицинской помощи. Сокрытие результатов анализов крови и манипуляции с ними говорят о совершении умышленного преступления против С.Милошевича – дачи ему препаратов, оказывавших как минимум эффект нейтрализации тех лекарственных средств, которые должны были лечить гипертензию. Таким образом, отказ С. Милошевичу в выезде для лечения в Россию становится абсолютно ясен – первый же анализ крови, сделанный в Москве, показал бы наличие всех тех веществ, которыми травили Милошевича. Поэтому судебной палате пришлось просто НЕ ЗАМЕТИТЬ гарантии, данные Российской Федерацией Гаагскому трибуналу, о безусловном выполнении всех требований в отношении С.Милошевича, включая его возвращение в трибунал в любой срок. В решении трибунала об отказе Милошевичу выехать для лечения  гарантии России просто не упоминаются, как будто их и не было! Мне довелось прямо спросить одного из членов той судебной палаты, почему было проигнорировано само существование гарантий РФ. На это судья Я.Бономи ответил в том смысле, что он не может раскрывать секреты обсуждения между судьями.

Вот почему при назначении медицинской комиссии для профессора В.Шешеля необходимо требовать проведения медицинского консилиума не в составе врачей, назначенных самим трибуналом, а только тех врачей, которых выберет сам пациент. От этого зависит жизнь выдающегося сербского политика.

_________________________________ 

(1) См. пресс-релиз МТБЮ: http://www.icty.org/sid/10477.

(2) Internal Memorandum from T.MacFadden, Chief of Detention, to H.Holtius, Registrar of 19 December 2005, para 3.

(3) ПисьмоП.Фальке – секретарю МТБЮ Х.Хольтиусу от 6 января 2006 года: «Re: Medical Data concerning Mr. Slobodan Milosevic», // Документ МТБЮ IT-02-54-T, p.45634

(4) Письмо Р.Угеса на запрос секретаря МТБЮ от 24 января 2006 года, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627.

(5) Cм.: Assigned Counsel Submission of 20 January 2006, para 9, p.5.

(6) См.: Report of Dr. Touw, 20.01.2006, p.3, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45566.

(7)См. Report of Dr.Uges, 24.01.2006., // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45627.

(8) См.: Assigned Counsel Submissions Pursuant to Order on Release of Medical Information of 6 February 2006, para 26.

(9) Confidential Submissions on Accused’s Medical Condition of 28.02.2006, para 5.

(10) Сonfidential Deputy Registrar Submission Pursuant to the Trial Chamber’s Order for Submissions from Registrar on Medical Information of 14 Frebruary 2006.

(11) Медицинская карта, приложенная в: Attachment A to the Confidential submissions, filed by Assigned Counsel 6.02.2006

(12) Attachment A to the Assigned Counsel Submission of 20 February 2006.

(13)Internal Memorandum of 7.03.2006, from J.Hocking, Deputy Registrar; to: Judge Robinson, // Документ МТБЮ: IT-02-54-T, p.45508.

Оцените статью
0.0