К избирательной кампании в США подключился Международный уголовный суд

О ведении войны юридическими средствами

5 марта апелляционная палата Международного уголовного суда (МУС) вынесла решение, согласно которому прокурор МУС может начать расследование военных преступлений, совершённых в Афганистане.

Обращает на себя внимание единодушное одобрение решения МУС со стороны «мировой блогосферы». Европейские, австралийские и даже американские юристы устроили решению Международного уголовного суда настоящую овацию, а панегирики «защите гражданского населения» переполнили юридические форумы и социальные сети.

И это следует отметить особо. Варварские бомбардировки авиацией НАТО Югославии в 1999 году, циничное уничтожение мирного населения в Ираке, тотальное разрушение Ливии – всё это не вызвало у тех же юристов никакой реакции. Во всех указанных случаях жертвы их не интересовали. Так почему вдруг такая единодушная забота о жертвах в Афганистане?

Причина – в кампании по выборам президента США. Напомним, что американская агрессия против Афганистана началась в 2001 году. К тому времени Международный уголовный суд существовал уже почти четыре года, но никакого интереса к агрессии он не проявлял. «Совестливые юристы» объясняли это тем, что ни Афганистан, ни США не были государствами - участниками Статута МУС. Однако в 2003 году США подписали Статут МУС, а в 2003 году то же сделал и Афганистан. Это всё равно не привело ни к каким расследованиям в МУС.

Формально запросы прокурору МУС о расследовании ситуации в Афганистане были сделаны, и почти двадцать лет (!) прокуроры МУС помалкивали, проводя «изучение» поступивших запросов. Лишь в апреле 2019 года, за год до прекращения полномочий прокурора МУС Ф. Бенсуды, она направила запрос в судебную палату с просьбой разрешить начало официального расследования ситуации в Афганистане. Однако к великой радости это трусливой прокурорши судебная палата отказала ей в данном запросе. Это была игра в «независимый суд». Аргументы суда были столь примитивны, что стало ясно – на стадии апелляции дело будет пересмотрено. О заранее разработанном сценарии говорили и пропагандистские шаги других участников мировой lawfare. Особенно выделялось обращение с требованием пересмотра данного решения, подписанное бывшими прокурорами четырёх международных трибуналов: по бывшей Югославии, по Руанде, по Сьерра-Леоне и даже Нюрнбергского трибунала; бывшему прокурору одного из Нюрнбергских процессов Б. Ференцу 11 марта 2020 г. исполняется 100 лет, и столетний прокурор оказался очень кстати, ибо его более молодые коллеги успели запятнать себя оправданием массы преступлений США (чего, например, стоит решение Карлы дель Понте об отказе проводить расследование преступлений НАТО в Югославии).

И вот 5 марта апелляционная палата Международного уголовного суда «триумфально» отменила решение судебной палаты. Кстати, сделала это юридически топорно, с нарушением ряда статей, но «совестливые юристы» ничего, конечно, не заметили.

В ответ на решение апелляционной палаты МУС Государственный департамент США сделал жёсткое заявление, назвав Международный уголовный суд «неподотчётным никому политическим институтом, маскирующимся под юридический орган». Госдеп подчеркнул, что США примут все необходимые меры для защиты своих граждан от «так называемого суда».

А время объявить о своём решении МУС выбрал показательно – аккурат после того, как администрация Трампа подписала мирное соглашение по Афганистану с талибами (они тоже оказались под следствием, что особо оговорено в решении МУС).

Вообще, это не первый случай, когда после попыток заключения мирных соглашений МУС реагирует мгновенно. Можно вспомнить о показаниях бывшего президента Южной Африки Т. Мбеки, рассказавшего, как МУС сорвал мирное соглашение о прекращении конфликта в Уганде, вмешавшись в процесс урегулирования сторон. Фактов о деятельности МУС достаточно, чтобы сделать вывод о том, что одной из целей этого института является поддержание конфликтов. Решение по Афганистану это снова подтвердило. Оно стало частью одного из направлений многослойной гибридной войны, получившего название lawfare. Этот английский термин трудно перевести, он придуман по созвучию с термином warfare (ведение войны), но смысл его ясен: ведение войны юридическими средствами.

Если раньше те или иные правовые институты использовались для lawfare эпизодически (называлось это «злоупотреблением правом»), то с началом активной фазы гибридной войны в глобальном масштабе началось создание постоянных органов для ведения такой войны.

Обратим внимание на трансформацию таких авторитетных ранее органов, как Международный cуд ООН и Европейский cуд по правам человека (ЕСПЧ). Сюда же следует отнести и Гаагский суд, который несколько дней назад вновь пересмотрел решение в отношении компании ЮКОС. Сюда же, безусловно, относится и открывшийся 9 марта «международный» судебный процесс в Нидерландах по сбитому над Донбассом самолёту MH17.

Решение Международного уголовного суда по Афганистану – важное событие в глобальной lawfare. Оно может оказать влияние на политическую ситуацию в США. Главными «мишенями» МУС могут стать крупные американские военные. Угроза выписки ордера на их арест создаёт вполне определённую ситуацию между армией США и администрацией Трампа. В отличие от «совестливых» юристов, воспевающих «справедливость», в американской армии прекрасно понимают реальный смысл действий МУС.

Двадцать лет прокуроры Международного уголовного суда не обращали никакого внимания на преступления в Афганистане. Перед ноябрьскими выборами в США, на которых весьма вероятна победа Трампа, они своё внимание на Афганистан обратили. Представители высшего командования американской армии поставлены в ситуацию, когда их личная безопасность зависит от того, кто победит на выборах.

Карикатура: mintpressnews.com