Турция и Россия, Босфор и Дарданеллы

Российско-турецкие отношения беспрестанно испытываются на прочность

С 7 октября 2022 года власти Турции планируют заметно увеличить стоимость сборов за проход торговых судов через проливы Босфор и Дарданеллы в обоих направлениях, сообщила в конце августа газета Sabah со ссылкой на источник в турецком транспортном ведомстве. Плата увеличивается в пять раз, новая пошлина устанавливается в размере 4 долларов за тонну. Возрастают и сопутствующие сборы, что поднимет доход Турции с нынешних 40 миллионов до 200 миллионов долларов. До сих пор взимаемый Турцией сбор за проход судов через проливы определялся установленной в 1983 году устаревшей системой французского франка (0,8 долл. по скидке в 75%).

На Босфор и Дарданеллы традиционно приходится до трети объема ежегодных внешнеторговых перевозок России, в том числе 15-20% объема экспорта нефти, не менее 20% экспорта зерна и примерно столько же ежегодного евро-азиатского грузового транзита через российскую территорию. Если же учесть западные санкции и общее удорожание с весны 2022 г. международных транспортно-логистических цепочек, то, по некоторым оценкам, повышение платы способно повысить конечные цены на импортируемые в Россию или экспортируемые из неё товары минимум на 20-25%.

Подобного рода сценарий видится ещё более неблагоприятным в связи с переориентацией на Турцию (главным образом путём реэкспорта) торгово-экономических связей России с государствами Евросоюза (за исключением  трубопроводных поставок нефти) и с прочими марионетками Вашингтона и Лондона, формально следующими в фарватере антироссийских санкций. С целью их максимального обхода многие зарубежные компании перерегистрируют свои прежние российские филиалы как турецкие и таким образом продолжают свой бизнес в России.

Решение Анкары резко взвинтить плату за прохождение судов через проливы принято на фоне продолжающейся специальной военной операции на Украине, начатой Россией 24 февраля. Соответственно, повысилась зависимость многих государств, особенно причерноморских, от изгибов турецкой транзитной политики.

В начале августа МИД РФ предостерёг коллективный Запад от саботажа в вопросе выполнения второй части июльской «зерновой» сделки, предусматривающей свободный доступ на международный рынок российского продовольствия и удобрений сроком на три года. Однако «удорожание прохода судов через Босфор с 7 октября, безусловно, создаёт дополнительный негативный фон для экспорта российского зерна.  Сперва сделка по «зерновому коридору» выпустила на мировой рынок украинское зерно с существенным дисконтом, что способствовало снижению экспортных цен на российское зерно. Теперь же удорожание приведет к росту ставок фрахта и себестоимости экспорта российского зерна»,  рассказал Интерфаксу глава правления Союза экспортеров зерна Эдуард Зернин.

Будучи основным бенефициаром конвенции Монтре, «турецкая сторона ещё с середины 1980-х годов вводит дополнительные рестрикции по проходу торговых судов через Босфор – Дарданеллы, успешно используя в качестве предлога экологическую проблематику»,  поясняет ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, эксперт в области морского права Павел Гудев. При этом любые изменения в правилах судоходства в проливах «должны согласовываться и подтверждаться всеми участниками Конвенции и вводиться через Международную морскую организацию».

Здесь можно вспомнить, что, например, в 2019 году очередное изменение Анкарой правил судоходства в проливах, вынудившее большее количество судов использовать буксиры, привело к образованию очередей из танкеров с российской и отчасти с казахстанской и азербайджанской нефтью.

Нелишне и напоминание о том, что Турция – член НАТО и, согласно Конвенции Монтрё, в случае участия в военных действиях имеет право на запрет проход через Дарданеллы и Босфор военных судов любых стран. Кроме того, в ходе боевых действий, в которых Турция участия не принимает, она вправе запретить транзит через проливы и невоенных судов воюющих сторон.

Фото: @DrYAZICIOGLU

Последние недели турецкими СМИ обсуждается беспрецедентный нажим, оказываемый на Анкару Белым домом, с целью сворачивания турецко-российских контактов повсюду, где только возможно. Например, издание Yeni Şafak поведало о сотруднике ЦРУ, назойливо интересовавшемся сделками с приобретаемой россиянами недвижимости и о способах перевода денег. Не останавливаются американцы и перед прямыми угрозами предпринимателям и органам власти. Именно в таком духе выдержано письмо заместителя министра финансов США Уолли Адейемо, адресованное Ассоциации турецких промышленников и предпринимателей и Турецко-Американскому деловому совету. Глава последнего, Мехмет Али Ялчиндаг, был вынужден пуститься в ведущем деловом издании страны в пространные объяснения, суть которых – присяга на верность курсу Вашингтона и Брюсселя в отношении Украины, с некоторой примесью робких оправданий за невозможность стереть столь выгодные для Турции «торговые и двусторонние отношения с Россией буквально за один день».

М. Ялчиндаг:

М. Ялчиндаг: "Наша политика выгодна Украине и всему миру"

Между тем, согласно публикуемым «Коммерсантом» данным Министерства торговли Турции, экспорт из этой страны в Россию с мая по июль 2022 года возрос до 2,04 млрд. долл., что на 642 млн. долл. больше, чем за аналогичный период прошлого года. В июле Турция поставила в Россию товаров на 730 млн. долл. (в июле 2021 года – на 417,3 млн. долл.). Российский экспорт в Турцию составил в этом же месяце 4,4 млрд. долл. (годом ранее 2,5 млрд. долл.) Российский газ закрывает до 45 % потребностей ближневосточной страны, а средний дневной импорт в Турцию российской нефти превысил в 2022 году 200 тыс. баррелей в сутки (в 2021 г. – 98 тыс.). Как пишет Politico, в списке крупнейших поставщиков в Турцию во втором квартале Россия обошла даже Китай. Возросший «за первые месяцы этого года до мая включительно» в два раза товарооборот между двумя странами отметил и президент России Владимир Путин на встрече с Эрдоганом 5 августа в Сочи.

Создаётся впечатление, что в контексте растущей российской зависимости от турецкого экспортного маршрута, как и от турецкой внешнеэкономической политики в целом, заблаговременное разглашение информации о грядущем повышении платы за черноморский транзит нацелено на получение от Москвы уступок. Можно предположить, что составляющие возможного внешнеполитического торга, столь излюбленного турецкой дипломатией, могут касаться не только Сирии, Южного Кавказа, Северной Африки или Балкан. К примеру, повышение экспортных цен на российские энергетические ресурсы едва ли устроило бы турецкие власти, пребывающие в постоянном поиске денег для затыкания текущего дефицита и решения иных внутренних проблем. Не следует забывать и об Организации тюркских государств, рассматриваемой многими наблюдателями как альтернатива евразийской интеграции (очередной её саммит должен пройти в ноябре в Ташкенте). Сохраняя «железобетонную» позицию по Крыму, в минувшем августе Эрдоган обсуждал во Львове вопросы восстановления инфраструктуры на подконтрольной киевскому режиму территории, что вполне может быть использовано для втягивания Турции в прямой конфликт с Россией. Известны и проблемы при реализации проекта «Аккую», который обсуждался в ходе очередного телефонного разговора президентов России и Турции 3 сентября. Примечательно, что одновременно Эрдоган выразил готовность «сыграть роль посредника по вопросу о ЗАЭС [Запорожская АЭС, ежедневно обстреливаемая боевиками ВСУ, готовыми уничтожить кого угодно, даже инспекторов МАГАТЭ. – Прим. авт.], как она сделала это в случае с зерновым соглашением». Эта новость тотчас была подхвачена средствами западной и киевской пропаганды.

Соответственно, возможную внезапную отмену решения о повышении платы за проход проливов, о котором пока официально не объявлено, либо же его перенос на неопределённое время, можно будет рассматривать как часть куда более широкой палитры беспрестанно испытываемых на прочность российско-турецких отношений.