Почему Донецк и Луганск не доверяют миссии ОБСЕ
1081

Почему Донецк и Луганск не доверяют миссии ОБСЕ

Встреча глав ДНР и ЛНР с заместителем главы специальной мониторинговой миссии ОБСЕ Александром Хугом была требованием времени – военная провокация украинской стороны под Авдеевкой, которая привела к резкому обострению конфликта на Донбассе, была весьма однобоко представлена в отчётах миссии. Наблюдатели не только не заметили нападения ВСУ на территорию республик, но и танков в жилой зоне Авдеевки. И если бы журналист ВВС, снявший миссию ОБСЕ рядом с украинскими танками и не разгоревшийся вслед за этим скандал, никто бы не узнал правды.

Претензий к необъективности миссии ОБСЕ у ДНР и ЛНР накопилось множество. Хуга в буквальном смысле слова пришлось призывать к ответу и требовать, чтобы миссия не позорила страны ОБСЕ, которые она представляет. Разговор получился жёсткий и честный.

«На переходе возле Станицы Луганской постоянно в ночное время выезжает украинский БТР с ПТУРом, это запрещённое вооружение, которое должно быть отведено. Это никак не отражено в отчетах ОБСЕ. Несколько дней назад, 7-8 февраля, в районе посёлка Золотое шла погрузка подбитой украинской тяжелой техники – танков и БТР, хотя там не велись боевые действия. В отчётах ОБСЕ тоже об это ничего не сказано. У нас идут обстрелы наших населённых пунктов, нашей инфраструктуры – электрических вышек, водонапорных станций, школ, больниц. ОБСЕ несколько раз запрашивала у нас координаты школ и детских садиков. Мистер Хуг, эти здания не имеют способности передвигаться. Мы неоднократно давали вам координаты наших объектов. Но в результате по странной случайности происходят обстрелы украинской стороной именно по этим координатам. Это вызывает у нас недоумение. Каким образом координаты этих обьектов попадают к ВСУ? 

Мы не понимаем, почему миссия не замечает украинские танки, которые стоят возле жилых домов, это предполагает, что в случае ответа обязательно пострадают жилые здания. 

Вы знаете, что мы первыми начинаем отвод вооружений, ещё когда украинская сторона только собирается это делать. Мы всегда говорили, что готовы решать конфликт мирным путём. Но, к сожалению, поведение СММ ОБСЕ даёт нам право говорить о том, что существует однобокий подход к вопросам, оговорённым минскими соглашениями. Почему ОБСЕ однобоко даёт оценку происходящим событиям, явно выгораживая ВСУ?» – высказался руководитель ЛНР Игорь Плотницкий.

«Наша разведка сообщила, что на Украине существует план до конца года занять определенное количество квадратных километров «серых зон», в связи с этим и было начато наступление под Авдеевкой. Журналист ВВС снял наблюдателей миссии ОБСЕ, разговаривающих с украинскими военными в Авдеевке, рядом с ними находились танки, которые согласно минским договорённостям должны быть отведены на места постоянной дислокации. Как миссия ОБСЕ реагирует на подтягивание к линии разграничения украинской тяжёлой техники и РСЗО? Кто из миссии ОБСЕ за это отвечает?

Я, как глава Донецкой народной республики, не отдам приказа об отводе ни одной артиллерийской системы, ни одного танка, ни одного миномёта с линии фронта до тех пор, пока мы не убедимся в том, что украинские военные свою технику отведут. Моей подписи в минских документах не будет, пока мы в этом не убедимся. Теперь играем по нашим правилам – нам это право дала наступательная операция ВСУ под Авдеевкой», – сказал глава ДНР Александр Захарченко.

«Я не представляю какие-то стороны конфликта, я представляю 57 стран-участников ОБСЕ. Не будем также забывать, что Совбез ООН утвердил пакет мер, в котором чётко прописано, что роль ОБСЕ заключается в том, чтобы наблюдать, как стороны выполняют минские соглашения. На обеих сторонах от линии разграничения наблюдение проводится по принципу беспристрастности. То вооружение, которое вы упомянули, которое не проходит по нашим отчётам, – результат того, что наблюдатели нашей миссии не имеют полного доступа к местам хранения как на украинской стороне, так и на этой стороне. В наших отчётах чётко указано, что у обеих сторон конфликта на линии разграничения присутствует тяжёлое вооружение, которое не должно там находиться. И все те, кто поставил подписи под минскими соглашениями, должны сделать всё для того, чтобы это оружие исчезло с линии разграничения», – высказался Александр Хуг.

«Мы должны обеспечить безопасность нашим государствам, нашим жителям, – парировал Захарченко. – Больше мы никому ничего не должны».

«ОБСЕ всегда утверждала: для того чтобы обеспечить мирное сосуществование, надо заменить военную логику гражданской логикой. Согласно минским договорённостям, вы должны сделать свой вклад в нормализацию ситуации. Наша задача – убедиться в том, что обе стороны конфликта делают это. Я согласен с вами, что безопасность гражданского населения должна быть приоритетом. Но лучше достигнуть этого без оружия, чем с оружием», – не отвечая на конкретные претензии, произнёс Хуг.

«Вы знаете, мы живём в такое интересное время, когда с оружием безопасность достигается намного быстрее, чем без оружия. Если у меня дома стоит автомат – точно такой же, как у моего противника на линии разграничения, то со своим автоматом я в большей безопасности, чем без него», – ответил на это Захарченко.

«В промежуток времени с 29 января по 9 февраля миссия зафиксировала 50 жертв среди гражданского населения по обе стороны от линии разграничения», – отметил заместитель главы СММ ОБСЕ.

«Я живу на своей земле, – сказал Захарченко, – как и 2,5 миллиона людей. Моральное право защищать свою семью, свою жену, своих детей и своих соседей у меня есть, в отличие от всех остальных. И когда я расстреливаю свой дом в Красном Лимане и дом своих родителей в Артёмовске, я стреляю в свой дом, а те, кто пришёл сюда из Днепропетровска, Львова, Киева, – они стреляют в мой дом что в Артёмовске, что в Красном Лимане, что в Донецке. Ни один снаряд Донецка не упал на территорию Киева, Харькова, Львова, Ужгорода, но почему-то снаряды падают в Куйбышевском районе Донецка, в Авдеевке, Красногоровке, Марьинке, Луганске. Почему-то взрываются наши ЛЭП, наши трубопроводы, почему-то погибают наши комбаты».

«Я понимаю вашу позицию. В ночь 2 февраля как минимум два человека погибли в Авдеевке и два человека погибли в Донецке в результате обстрелов. На обеих сторонах. И очень важно то, чтобы конфликт, который продолжается вот уже третью зиму, был решён гражданским путём, а не военным. Вы упоминали, что существует 50 процентов вероятности того, что конфликт может быть решён мирным путём. И если это поддержите и вы, и украинская сторона, то эти 50 процентов только усилятся. Чтобы укрепить этот мирный путь, должна быть добрая воля всех сторон, а не только одной стороны. И я понимаю, что вы не будете предпринимать никаких шагов, зная, что другая сторона может использовать это себе во благо. И поэтому я здесь, я прошу вас поддерживать диалог через ОБСЕ, через другие платформы, через Минск.

Также я согласен, что это ваша земля. И также я согласен, что те, у кого есть право контроля, должны пользоваться им разумно и ответственно», – призвал Хуг.

«Вы хорошо сказали, что одной из целей миссии является беспристрастность. Но хотелось бы вам напомнить, что беспристрастность должна быть отражена в отчётах, а не только на словах. Мы говорим о том, что не видим объективных оценок в отчётах миссии ОБСЕ. Когда я смотрел, как вас обстреливали ВСУ, у меня в душе промелькнула надежда, что вы скоро начнёте говорить правду. Но наверное всё-таки политика побеждает. ОБСЕ в последнее время применяет вместе с ВСУ новую тактику. Тактика ВСУ, которые проходят обучение у американских и канадских инструкторов, нам понятна и достаточно известна, она имеет много названий, одно из них – «тактика медвежьих лап». Это постепенный захват «серых» территорий. Когда ВСУ нарушили наши границы на Светлодарской дуге и мы вынужденно пришли к необходимости вооружённого ответа, то на тот момент миссия ОБСЕ показывала в отчетах не наши границы, а показывала границы Украины по версии ВСУ. Мы призываем миссию к объективным оценкам событий, к тому, чтобы вы правду говорили людям о нарушениях минских соглашений украинской стороной. Если же вы видите, что нарушаем мы, – точно так же показывайте. Мы готовы отвечать, в отличие от Украины, за свои поступки. Мы готовы говорить: если мы в ответ применяем тяжёлую технику и вооружение, то это только в ответ. Ни одно нападение ВСУ не останется без ответа. Но кто разрешил нападать и кто замолчал факт нападения ВСУ на наши территории, захвата нашей земли? Эта ответственность лежит на вас.

Вы сказали о логике замены войны на мир. Хорошие слова. Но чтобы произошла смена логики, должна быть смена ситуации. Мы честно выдерживали свои договорённости. Мы пытались мирным путём прийти к решению проблем. Мы неоднократно заявляли: если есть возможность проливать чернила, а не кровь, мы будем это делать. Именно поэтому наши представители до сих пор ездят в Минск на переговоры, чтобы как можно меньше пролилось нашей крови. Но оставлять нападения Украины без ответов мы будем, и это тоже правда. Хватит. Если не работают международные организации, которые взяли на себя ответственность быть арбитрами, а не тем судьёй, кто подсуживает одной из сторон, то мы, как главы республик, обязаны нести собственную ответственность и будем её нести, отвечая на каждый удар ВСУ таким же ударом. 

Альтернативы минским соглашениям нет. Мы готовы выполнять каждый пункт, под которым подписались. Но мы просим вас, а иногда даже требуем быть объективными и честными. И не позорить те 57 стран ОБСЕ, которые вы представляете. Необъективность и ложь не красят ни одну страну» – таков был ответ Игоря Плотницкого.

«Я внимательно выслушал ваши требования по поводу более объективного освещения событий. Вы можете быть уверены – как только у нас будет доступ к тем объектам, где как раз требуется объективность, мы будет отражать это в отчётах миссии. Некорректно говорить, что мы представляем ВСУ, мы представляем ОБСЕ», – Александр Хуг снова прикрылся аргументом об «отсутствии доступа».

«Мы считаем, что доверие должно быть взаимным, – резюмировал Плотницкий. – На сегодняшний день наше доверие к СММ ОБСЕ сильно пошатнулось. Если вы хотите восстановить наше доверие, то, что касается допуска на наши объекты, мы точно так же хотим увидеть допуск миссии на объекты ВСУ.

То, что вы называете доверием, превращается в глупость. А мы не намерены оплачивать глупость кровью наших людей».

«Ни для кого не секрет, что в местах дислокации тяжёлой техники на украинской стороне эта техника отсутствует. Исчезать она начала незадолго до наступления ВСУ под Авдеевкой. Ждём объективных отчётов ОБСЕ об этом, как и объективных отчётов о произошедшем под Авдеевкой, в районе промзоны, Донецка, Ясиноватой, Новоазовска, Станицы Луганской.

Мы уверены, что единственное политическое решение – это Минск. И поэтому хотели бы увидеть добрую волю военнослужащих ВСУ на отвод своих вооружений от линии разграничения первыми», – поставил точку Захарченко.

Похоже, что постоянный довод СММ ОБСЕ про «отсутствие доступа» к местам дислокации тяжёлого вооружения, позволяющий не замечать танки даже среди авдеевских многоэтажек, уже не действует ни на руководителей ДНР и ЛНР, ни на жителей республик.

Соб. корр ФСК

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.