header
Курильские острова
"112214"
Размер шрифта:
| 26.12.2019 Политика  | История и культура 
3428
4.87
5
1
15
Оцените публикацию: 1 2 3 4 5 4.87
logo

Мирному договору между СССР и Японией помешали США

Япония была готова согласиться на «хрущёвский компромисс», но Даллес пригрозил японцам аннексией Окинавы

25 декабря в одной из центральных японских газет «Санкэй симбун» появилось сообщение о рассекречивании и публикации документов и материалов МИД Японии 1955 -1956 гг., касающихся советско-японских переговоров о прекращении состояния войны и заключении между СССР и Японией мирного договора.

Особое внимание здесь привлекает основанное на документах признание японской стороны в том, что помешали заключению полноценного мирного договора между СССР и Японией Соединённые Штаты. Из документов следует, что японское правительство было готово согласиться на «хрущёвский компромисс» и подписать мирный договор на условии последующей передачи Японии  входивших в состав СССР острова Шикотан и островной группы Плоские (по-японски Хабомаи).

Мамору Сигэмицу и Джон Даллес в августе 1955 года в Вашингтоне

Мамору Сигэмицу и Джон Даллес в августе 1955 года в Вашингтоне

Этому воспротивились американцы. Как свидетельствуют документы, в августе 1955 года государственный секретарь США Джон Даллес заявил министру иностранных дел Японии Мамору Сигэмицу, что «идти на уступки (СССР) – отнюдь не лучшая политика». Он потребовал от Токио продолжить выдвижение претензий на все южные Курильские острова.

В те годы, подчёркивает «Санкэй симбун», это были «совершенно секретные» документы. Речь идёт о записях переговоров Сигэмицу с Даллесом в Вашингтоне 29 августа 1955 года. Госсекретарь США потребовал  от японской стороны проинформировать его о ходе и перспективах переговоров с Москвой. Сигэмицу передал Даллесу папку «Японо-советские переговоры», отметив, что «переговоры не очень-то продвигаются». На что опытный Даллес заметил: «Даже при незначительных уступках невозможно чего-то добиться от СССР». При этом он обнадеживал японца: «СССР серьезно заинтересован в заключении  договора, а потому, видимо, пойдет на уступки». И тут же подчеркнул, что, «получив какую-то территорию, СССР едва ли ее уступит». 

«Санкэй симбун» отмечает, что в рассекреченных материалах многие места, касающиеся «проблемы северных территорий» (Курильских островов), замазаны чёрными чернилами. Приводя воспоминания полномочного представителя Японии на переговорах, бывшего депутата парламента Сюнъити Мацумото, газета отмечает, что, хотя СССР проявлял готовность вернуть Японии Шикотан и Хабомаи, Япония, настаивая на возвращении четырёх островов, отвергла советское предложение. Напоминает «Санкэй симбун» и о том, как Даллес на завершающем этапе советско-японских переговоров пригрозил, что в случае признания островов Кунашир и Итуруп советскими США аннексируют Окинаву. В Японии этот эпизод известен как «угроза Даллеса».

Джон Фостер Даллес

Джон Фостер Даллес

О фактах вмешательства США во внешнюю политику вассальной Японии специалисты знают давно, но публикация японским правительством секретных документов позволяет ещё раз напомнить, как Вашингтон создал «проблему северных территорий».

* * *

25 января 1955 г. премьер-министру Японии Итиро Хатояме было сообщено по поручению Москвы, что «советская сторона полагает целесообразным обменяться мнениями по вопросу о возможных шагах, направленных к нормализации советско-японских отношений».

После продолжительных дебатов о месте проведения встреч удалось договориться – полномочные делегации должны были прибыть в Лондон. 3 июня в здании посольства СССР в английской столице начались советско-японские переговоры о прекращении состояния войны, заключении мирного договора и восстановлении дипломатических и торговых отношений. Советскую делегацию возглавлял известный дипломат Я.А. Малик, в годы войны являвшийся послом СССР в Японии, затем в ранге заместителя министра иностранных дел представителем Советского Союза в ООН. С 1953 по 1960 г. он был советским послом в Великобритании. Во главе японской делегации был близкий к премьер-министру Хатояма дипломат в ранге посла, депутат парламента  Сюнъити Мацумото.

В представленном делегацией меморандуме МИД Японии выдвигались следующие условия: передача Японии всех Курильских островов и Южного Сахалина; возвращение на родину осуждённых в Советском Союзе японских военных преступников; положительное решение  вопросов, связанных с японским рыболовством в северо-западной части Тихого океана; содействие приёму Японии в ООН и др.            

В Сан-Францисском мирном договоре (1951) японское правительство официально отказалось от Южного Сахалина и Курильских островов. Однако впоследствии, ссылаясь на то, что СССР не подписал этот договор и в договоре не указано, в чью пользу произошёл отказ, появились утверждения об отсутствии «окончательного решения». Между тем обязательность для Японии Ялтинского соглашения (которое предусматривало переход Южного Сахалина и Курильских островов к Советскому Союзу) вытекает из Сан-Францисского договора, где зафиксировано, что Япония признаёт все решения и все договоры союзников периода Второй мировой войны, а, следовательно, и Ялтинского соглашения. Из этого исходил и представлявший Японию на Сан-Францисской конференции премьер-министр Сигэру Ёсида, сформулировавший претензии только на острова Хабомаи и Шикотан, выделив их из Курильской гряды.

После подписания и ратификации в 1952 г. Сан-Францисского договора в Японии существовал консенсус по поводу того, что территориальные  претензии к СССР следует ограничить лишь этими двумя островами (см., например, совместную парламентскую резолюцию всех политических партий Японии от 31 июля 1952 года).

В Лондоне же японская делегация предъявила претензии на «острова Хабомаи, Шикотан, весь архипелаг Тисима и южную часть острова Карафуто (Сахалин)». В предложенном  японской стороной проекте соглашения было записано: «1. На территориях Японии, оккупированных Союзом Советских Социалистических Республик в результате войны, в день вступления в силу настоящего Договора, будет полностью восстановлен суверенитет Японии. 2. Войска и государственные служащие Союза Советских Социалистических Республик, находящиеся в настоящее время на указанных в пункте 1 настоящей статьи территориях, должны быть выведены в возможно более короткий срок, и, во всяком случае, не позднее, чем по истечении 90 дней со дня вступления в силу настоящего Договора».

Вскоре, однако, в Токио поняли, что эта попытка произвести коренную ревизию итогов войны обречена на провал.

Полученная японской делегацией Инструкция МИД № 16 предусматривала три этапа. Сначала надлежало требовать передачи Японии Южного Сахалина и всех Курильских островов с расчётом на дальнейшее обсуждение «проблемы»; затем, несколько отступив, добиваться уступки Японии  «южных Курильских островов» по «историческим причинам» и, наконец, настаивать как минимум на передаче Японии островов Хабомаи и Шикотан, сделав это непременным условием успешного завершения переговоров.

На переговорах в Лондоне незримо присутствовали американцы. Дело доходило до того, что чиновники Госдепартамента заставляли руководство японского МИД знакомить их с советскими нотами, дипломатической перепиской, с докладами делегации, инструкциями Токио о тактике ведения переговоров.

В обстановке, когда провал переговоров ещё больше оттолкнул бы Японию от СССР в сторону США, Н.С. Хрущёв решил «организовать прорыв». Он дал указание главе советской делегации  предложить  вариант,  по которому Москва соглашалась передать Японии острова Хабомаи и Шикотан, но только после подписания мирного договора.

Сообщение о готовности советского правительства на передачу Японии этих островов было сделано 9 августа в неофициальной обстановке в ходе беседы Малика с Мацумото в саду японского посольства в Лондоне. Не менее существенным было заявление советского посла о том, что «советская сторона не ставит условием нормализации советско-японских отношений и заключения мирного договора отказ Японии от ее обязательств, вытекающих из имеющихся у нее международных договоров».

Столь серьёзное изменение советской позиции очень удивило японцев, даже вызвало у них растерянность. Как признавал впоследствии Мацумото, когда он впервые  услышал предложение советской стороны о готовности передать Японии острова Хабомаи и Шикотан, то «сначала не поверил своим ушам», но «в душе очень обрадовался». Однако то, что было выгодно японцам, не устраивало американцев. США открыто воспротивились заключению Москвой и Токио мирного договора на предложенных советской стороной условиях. Оказывая сильное давление на кабинет Хатоямы, американское правительство не остановилось перед угрозами. Госсекретарь США Джон Даллес в октябре 1955 г. в ноте правительству Японии предупредил, что расширение экономических связей и нормализация отношений с СССР «может стать препятствием для осуществления программы помощи Японии, разрабатываемой правительством США». Впоследствии он «строго-настрого наказал послу США в Японии Аллисону и его помощникам не допустить успешного завершения японо-советских переговоров».

Вопреки расчётам Хрущёва, вывести переговоры из тупика не удалось. Линия премьер-министра Хатоямы на то, чтобы «сначала прекратить состояние войны, а затем решать неурегулированные вопросы», встречала упорное сопротивление со стороны не только американцев, но и антисоветски настроенных сторонников бывшего премьера Ёсиды, стремившихся превратить так называемую территориальную проблему в средство борьбы за власть в стране.

Несвоевременное, необдуманное решение Хрущёва пойти на территориальные уступки Японии дало противоположный результат. Токио воспринял предложенный компромисс не как жест доброй воли, а как сигнал для ужесточения предъявляемых Советскому Союзу территориальных претензий.

Оценку действиям Хрущёва дал один из членов советской делегации на лондонских переговорах, впоследствии академик РАН С.Л. Тихвинский: «Я.А. Малик, остро переживая недовольство Хрущева медленным ходом переговоров, и не посоветовавшись с остальными членами делегации, преждевременно высказал в этой беседе с Мацумото имевшуюся у делегации с самого начала переговоров утвержденную Политбюро ЦК КПСС (т.е. самим Н.С. Хрущевым) запасную позицию, не исчерпав до конца на переговорах защиту основной позиции. Его заявление вызвало сперва недоумение, а затем радость и дальнейшие непомерные требования со стороны японской делегации… Решение Н.С. Хрущева отказаться в пользу Японии от суверенитета над частью Курильских островов было необдуманным, волюнтаристическим актом… Уступка Японии части советской территории, на которую без разрешения Верховного Совета СССР и советского народа пошел Хрущев, разрушала международно-правовую основу ялтинских и потсдамских договоренностей и противоречила Сан-Францисскому мирному договору, в котором был зафиксирован отказ Японии от Южного Сахалина и Курильских островов…»

И японцы решили дождаться территориальных уступок от Москвы. Свидетельством этому стало прекращение  лондонских переговоров.

(Окончание следует)

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.