header
Сталин и Рузвельт
"158167"
Размер шрифта:
| 20.07.2021 Политика  | История и культура 
1306
4.64
5
1
11
Оцените публикацию: 1 2 3 4 5 4.64
logo

Политика СССР в обстановке угрозы войны на два фронта

Рузвельт был не прочь одолеть Японию силами Красной армии

Заключая в апреле 1941 года пакт о нейтралитете с Японией, Сталин стремился избежать войны на два фронта – против Германии и Японии. Американский посол в Москве Лоуренс Штейнгардт писал: «Тем, кто утверждает, что советско-японский пакт представляет угрозу для Соединённых Штатов, я отвечаю, что Советский Союз имеет опасного соседа на западе и заинтересован в обеспечении мира на востоке. Я сам поступил бы точно так же на месте Советского правительства».

Сталин понимал, что советско-японский пакт о нейтралитете позволит Японии проводить операции на юге, не испытывая давления со стороны Советского Союза. Однако это не значило, что СССР был заинтересован в японо-американской войне. Москве было бы выгоднее, если бы США вступили в войну не в Азии, а в Европе.

После нападения Германии на СССР позицию американских правоконсервативных политиков выразил тогдашний сенатор, позднее президент США Трумэн: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии и пусть они убивают [друг друга] как можно больше».

Рузвельт не разделял такой взгляд. Накануне германского нападения на СССР он сообщил Черчиллю, что, если немцы нападут на Россию, он немедленно публично поддержит «любые заявления, которые может сделать премьер-министр (Черчилль), приветствуя Россию как союзника».

Вечером 22 июня Черчилль, выступая по радио, сказал: «За последние двадцать пять лет никто не был более последовательным противником коммунизма, чем я», но, уничтожив русскую державу, агрессор бросит все силы против Великобритании; поэтому английское правительство окажет России и русскому народу «всю ту помощь, которая в наших силах». 24 июня и Рузвельт заявил о желании США «предоставить Советскому Союзу помощь, на которую они способны».

Однако решений за этими словам не последовало. Быстрое продвижение немецких войск вглубь СССР создавало впечатление, что Советы долго не продержатся. А в начале июля в Вашингтоне получили разведданные о том, что в ближайшее время Советский Союз подвергнется нападению Японии. Информация была получена благодаря тому, что американская разведка раскрыла японские дипломатические шифры.

3 июля, на следующий день после Императорского совещания в Токио, где рассматривался вопрос об ударе по СССР, заместитель государственного секретаря США Самнер Уэллес, вызвав советского посла Константина Уманского, сделал заявление: «По имеющейся у американского правительства достоверной информации, правительство Японии намерено аннулировать свой пакт о нейтралитете с СССР и совершить нападение на СССР. Американское правительство уверено в достоверности этой информации так же, как оно было уверено в подлинности информаций, сообщённых советскому послу в январе 1941 года об агрессивных намерениях Германии в отношении СССР».

Поблагодарив Уэллеса за информацию, Уманский задал ему ряд вопросов:

«1. Как сочетать эту информацию с самоочевидной боязнью японцев, что в случае нарушения ими мира они подвергнут свои жизненные центры риску разгрома со стороны нашей авиации, и собираются ли, по информации американского правительства, японцы вступить на путь развёрнутой наземной агрессии против нас, или, как многие в Вашингтоне полагают, на путь морской блокады. Уэллес ответил, что на основании полученной американским правительством информации у него создаётся впечатление, что аннулирование пакта о нейтралитете является делом самого ближайшего будущего, что боязнь удара нашей авиации остаётся серьёзнейшим фактором в расчётах японцев и что вполне возможно, что первым этапом их выступления против нас будет блокада, за которой, однако, в случае дальнейшего продвижения немцев, последуют и наземное, и воздушное нападение.

2. Я спросил Уэллеса, какова будет позиция американского правительства в случае, если события действительно пойдут по линии информации американского правительства. Уэллес ответил: «В случае враждебного выступления Японии против СССР, будь то блокада или прямое нападение, американское правительство наряду с политикой помощи СССР поставками немедленно прекратит всякие экономические отношения с Японией, как по линии поставок ей сырья, оборудования и нефтепродуктов, так и по линии намечавшихся финансовых операций, и нанесёт в этой области японцам ощутимый ущерб». На мой вопрос, не накопили ли уже японцы своими широкими и поныне продолжающимися закупками нефтепродуктов в США значительные ресурсы, Уэллес ответил: «К сожалению, это так». Уэллес добавил, что американское правительство надеется, что военные события на западной границе СССР не отразятся на количестве сосредоточенных на Дальнем Востоке Вооружённых Сил СССР».

Советский посол незамедлительно проинформировал Москву о содержании состоявшейся беседы.

Сведения о том, что опасность японского нападения на СССР нарастает, поступали в Москву не только от группы Зорге. Японскими дипломатическими шифрами накануне войны владели как американцы, так и советские разведчики.

В условиях опасности войны на два фронта советское руководство было крайне заинтересовано в конкретных действиях США по предотвращению японского нападения на СССР. 8 июля 1941 года нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов в телеграмме послу Уманскому писал: «…нам особенно интересно было бы знать, какие меры американское правительство может и хочет принять для предотвращения или затруднения выступления против нас Японии и какова будет его позиция в случае такого выступления. Мы не хотели бы, однако, придавать слишком официальный характер нашим запросам по этому поводу, но нам представляется вполне естественным, чтобы Вы попросили свидания с Рузвельтом в связи с новым положением, созданным нападением на нас Гитлера… Вы могли бы указать, что недавнее заявление Уэллеса о желательности избежания новых конфликтов в Тихом океане не обязательно будет понято Японией как предупреждение против конфликта в прилегающих к нам водах и на материке. Спросите Рузвельта, не считает ли он, что более ясным и решительным заявлением, высказанным публично или в дипломатическом порядке непосредственно японскому правительству, Рузвельт мог бы значительно уменьшить шансы выступления Японии».

На состоявшейся 10 июля 1941 года беседе Уманского с Рузвельтом советский посол, выполняя инструкции Москвы, настойчиво просил президента чётко дать понять японцам, что их направленные против СССР действия побудят США принять конкретные меры. Сообщая о содержании беседы, советский посол доносил:

«…Я заявил Рузвельту, что, возможно, позиция Японии ещё окончательно не определилась и не ясна самому японскому правительству, внутри которого, по-видимому, происходит борьба, но что именно поэтому было бы крайне важно, чтобы американское правительство «помогло» японскому правительству ориентировать свою политику в мирном направлении, дав публично или дипломатическим путём понять японцам, что всякие авантюры против СССР на море и на материке вызовут со стороны США такие-то и такие-то конкретные мероприятия. Мне кажется, что подобное чёткое, недвусмысленное заявление подействовало бы отрезвляюще, достигнув цели, в которой заинтересованы оба наших правительства: воспрепятствовать или по меньшей мере затруднить агрессию Японии против нас, нарушению ею свободы морей в Тихоокеанском бассейне… Однако Рузвельт избежал ответа по вопросу об американском предупреждении Японии. Я заявил Рузвельту, что мы отнеслись с должным вниманием к дружественному сигналу Уэллеса о враждебных по отношению к нам намерениях Японии, но, как видно из моей недавней беседы с Уэллесом и из сообщений прессы, внутри японского правительства ещё есть колеблющиеся и отнюдь не поздно авторитетно нажать на него способами, которые американское правительство сочтёт правильным избрать…

Рузвельт зачитал мне цитаты из трёх явно приготовленных для беседы со мной шифровок как подтверждение противоречивой информации о политике Японии:

а. Шифровка из Чунцина сообщает из китайских источников, что японцы взяли твёрдый курс на нападение на нас, избрав закрытие Сангарского пролива и пролива Лаперуза в качестве первого этапа;

б. Шифровка из не названного мне Рузвельтом источника о том, что японцы сконцентрируются на проникновении в Южный Индокитай, создании там морских и воздушных баз и затем на проникновении в Сиам для последующей атаки в тыл Сингапуру и в Голландскую Индию, и что немцы рекомендуют японцам идти именно в этом направлении, не рисковать на данном этапе столкновением с нами, а связывать американские и английские силы в Тихом океане, выжидая германской «победы» над нами, после которой японцы должны будут ударить по СССР. В качестве «цены» немцы обещают японцам наше Приморье;

в. Шифровка из китайского источника в Берлине сообщает о том, что японцы, как только договорятся через немцев в Виши о расширении их зоны влияния в Индокитае и без военных действий закрепятся там, перейдут к блокаде берегов СССР и затем нападут на него.

Рузвельт заявил, что эта противоречивая информация о намерениях Японии, затрагивающих и американские, и советские интересы, действительно отражает глубокий раскол внутри правящих кругов Японии, часть которых боится упустить выгодный момент для агрессии, а другая часть более реалистически осознаёт экономическую слабость Японии, истощённость народа, опасается экономических репрессий со стороны американского правительства, боится воздушного удара со стороны СССР. Рузвельт в заключение этой части беседы заявил следующее: «Если всё же случится так, что возьмут верх авантюристические элементы, то я надеюсь, что ваша авиация выберет хороший, ветреный день и засыплет картонные города Японии доброй порцией зажигательных бомб. Японский народ не виноват, но, видимо, не будет другого средства дать понять правителям Японии безумие их политики за последние годы. Тогда они поймут. Не сомневаюсь в вашем воздушном превосходстве над японцами. По нашим сведениям, у вас на Дальнем Востоке не менее двух тысяч самолётов, уже проявивших себя в стычках с японцами».

Как видно из этой беседы, Рузвельт ушёл от прямого ответа на поставленный Москвой вопрос. Стало также ясно, что в Вашингтоне не сделают практических шагов для предотвращения войны СССР на два фронта.

(Окончание следует)

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.