20 лет назад, если не ошибаюсь, осенью 2006, года автор этих строк в очередной раз приехал в Японию в качестве приглашенного профессора Осакского университета экономики и права для участия в исследовательской работе и сбора дополнительных материалов для готовящейся очередной авторской монографии. Как всегда, во время научной командировки было много встреч и бесед с учеными, политиками, политологами, журналистами и, что называется, простыми японцами. К моему удивлению собеседники, уходя от привычных тем двусторонних японо-российских отношений, в первую очередь поднимали вопрос об испытании в Корейской Народно-Демократической Республике ядерного заряда.
Отношение японцев к произошедшему в недружественной соседней стране было не просто тревожным, а паническим, или, как сейчас принято говорить, алармистским. «Теперь нам придется жить под дамокловым мечом, ибо от непредсказуемого режима Кимов можно всего ожидать. Если их не остановить, волей-неволей об овладении ядерным оружием задумаются японцы и южнокорейцы. Времени для этого потребуется немного…» – предупреждали собеседники.
Разъяснения о том, что для Пхеньяна ядерное оружие и ракетные средства его доставки вовсе не представляют угрозу Японии, а являются исключительно оборонительным оружием сдерживания, призванным не допустить попыток нападения на КНДР с целью уничтожения ее руководства и страны, воспринимались скептически.
Испытание ядерного заряда в 2006 году повлекло за собой принятие Советом Безопасности (СБ) ООН резолюции 1718, предусматривавшей эмбарго на поставки в КНДР некоторых видов вооружений, материалов и оборудования, которые могли бы содействовать осуществлению программ, связанных с ядерным оружием, баллистическими ракетами или другим оружием массового уничтожения. Затем СБ ООН еще неоднократно ужесточал санкционный режим в отношении КНДР.
Последовавшие годы, сопровождавшиеся совершенствованием в КНДР ядерного, а затем и термоядерного оружия, и созданием современных баллистических ракет, заставили противников этого государства – США, Японию и Республику Корея (Южная Корея) добиваться от Пхеньяна согласия на переговоры о денуклеаризации Корейского полуострова. А именно, отказа северокорейского руководства от ядерной и ракетной программ.
21 апреля 2018 года лидер КНДР Ким Чен Ын заявил о приостановке ядерных испытаний и присоединении своей страны к глобальному процессу ядерного разоружения, а также заверил, что КНДР не будет передавать ядерное оружие и технологии другим странам. В мае был закрыт ядерный полигон Пхунгери (были взорваны три из четырех тоннелей для испытаний).
США требовали одностороннего разоружения КНДР. Одновременно Вашингтон и Пентагон стали привлекать ядерную составляющую в сценарии совместных военных учений с Японией и Южной Кореей, провокационно организовывать заходы в южнокорейские порты американских ударных авианосцев и подводных лодок с ядерным оружием на борту. В январе 2020 года власти КНДР заявили, что больше не будут соблюдать односторонний мораторий на испытания ядерного оружия и испытательные полеты межконтинентальных баллистических ракет.
В сентябре 2023 года Верховное народное собрание КНДР приняло закон о поправках в Конституцию страны, закрепляющих статус ядерных сил и их ускоренное развитие для гарантии прав страны на существование, сдерживания войны и защиты мира и стабильности в регионе и всем мире.
Лидер КНДР Ким Чен Ын назвал внесение поправок в статью 58 главы 4 Конституции КНДР, касающихся ускоренного развития ядерных сил, «историческим событием». «Блестяще выполнена необходимая историческая и политическая задача, предназначенная гарантировать верховным законом республики ядерную политику нашего государства, ядерной державы в подлинном смысле этого слова», – сказал он, отметив также, что в Конституции была зафиксирована «священная борьба народа» за осуществление ядерной политики.
Ким Чен Ын также назвал внесение поправок в Конституцию «мощным политическим оружием». По его словам, укрепление ядерных сил является «самой справедливой и своевременной мерой», которая «соответствует требованиям нынешнего времени». «Весь мир признает тот факт, что наша республика неизбежно обладает ядерным оружием для самообороны в обстановке долгосрочной конфронтации с самым крупным на планете обладателем ядерного оружия, самым опасным военным государством – США – и его сателлитами», – добавил Ким Чен Ын.
Тем не менее США, Япония и Южная Корея продолжают требовать от Пхеньяна переговоров о денуклеаризации. Это потребовало от руководства КНДР поставить окончательную точку в данном вопросе, по сути дела, закрыть его. Представитель министерства иностранных дел КНДР сделал следующее заявление: «Денуклеаризация Корейской Народно-Демократической Республики – вопрос, который как теоретически, так и практически окончательно закрыт и абсолютно необратим».
В МИД КНДР подчеркнули, что утратившие актуальность и практическую осуществимость заявления США, Японии и Южной Кореи о денуклеаризации не могут оказать никакого влияния на статус КНДР. Понятие «денуклеаризация» должно в первую очередь применяться к намерениям Японии и Южной Кореи обзавестись собственным ядерным оружием, которые, как утверждается в заявлении, при поддержке США вступают в «крайне опасную стадию», а также к стремлению к ядерному противостоянию стран – членов НАТО, участвующих в механизмах совместного использования американского ядерного оружия.
Ещё в марте текущего года в программной речи на первой сессии Верховного народного собрания КНДР 15-го созыва Ким Чен Ын пообещал, что страна никогда не откажется от статуса ядерной державы. «Правительство КНДР будет и впредь неуклонно укреплять статус ядерного государства как абсолютно необратимый и в наступательном порядке разворачивать борьбу против противостоящих нам сил, чтобы сокрушить все их провокационные действия против (нашей) республики», – заявил лидер КНДР.
Как сообщило Центральное телеграфное агентство Кореи (ЦТАК), одновременно КНДР приняла решение о качественном и количественном усилении своих ядерных сил. Решение было принято на заседании Центрального военного комитета Трудовой партии Кореи, которое проходило под руководством генерального секретаря Трудовой партии Кореи, главы КНДР Ким Чен Ына. «На совещании были приняты решения по вопросу модернизации технической инфраструктуры боевых систем, укрепления ядерных сил как в качественном, так и в количественном отношении», – информирует агентство.
Обвинения в адрес Пхеньяна в том, что обладание республикой ядерным оружием якобы создает угрозы соседним государствам и США, беспочвенны, ибо КНДР ни на кого нападать, конечно же, не намерена. Да, и арсенал ядерного сдерживания северокорейцев не сопоставим с американской мощью оружия массового уничтожения. В действительности, как недавно отмечал министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, «ядерный компонент внедряется и в резко активизировавшиеся военные учения в рамках тройки США – Республика Корея – Япония, привнося дополнительные серьезные раздражители в ситуацию на Корейском полуострове».
«Под прикрытием пропаганды о наличии неких угроз для Запада, которые исходят из пространства Южно-Китайского и Восточно-Китайского морей, из зоны Тайваньского пролива всерьез продвигается идея создания нового военного альянса – прямого аналога НАТО. Даже название придумали похожее – "Организация Индо-Тихоокеанского договора". Все это нагнетает внешнее давление на Китайскую Народную Республику, Корейскую Народно-Демократическую Республику, на наших ближайших партнеров в регионе, да и, собственно, на законные интересы России на наших восточных рубежах», – констатировал глава МИД РФ.
