В начале этого года президент Трамп сидел в Овальном кабинете с госсекретарём Марко Рубио, когда ему в голову пришла гениальная идея: «А не отправить ли нам мистера Рубио на... постоянное место жительства в Каракас, столицу Венесуэлы». Трамп предположил, что Рубио мог бы стать новым лидером Венесуэлы.
Впрочем, утверждала The New York Times, Рубио вовсе не нужно переезжать в Каракас – он уже управляет Венесуэлой из Вашингтона. Рубио стал фактически «генерал-губернатором» Венесуэлы, получив власть над страной, контролируя ее правительство, финансы и распределение ее природных ресурсов.
Вечером в пятницу, 28 августа США заключили сделку по установлению контроля над большей частью нефтяных запасов Венесуэлы, что явилось открытой демонстрацией силы Вашингтона в энергетической сфере Западного полушария.
У Вашингтона вековая история вмешательства в дела Латинской Америки, и Трамп стремился утвердить доминирование США в Западном полушарии в рамках политики, которую он называет доктриной Донро.
«По моему указанию госсекретарь Марко Рубио и военный министр Пит Хегсет, тесно сотрудничая с глубокоуважаемым временным президентом Венесуэлы Делси Родригес, а также в партнерстве с частным бизнесом, обеспечили контроль США над более чем 65 МИЛЛИАРДАМИ БАРРЕЛЕЙ доказанных запасов нефти в Венесуэле без каких-либо затрат для американских налогоплательщиков. Эта историческая сделка БОЛЕЕ ЧЕМ В ДВА РАЗА увеличивает американские запасы нефти», – написал Трамп в своем посте в Truth Social.
«Наша цель – укрепить наши позиции в качестве страны-производителя энергоресурсов, поставить наши огромные запасы на службу национальному развитию, созданию рабочих мест, увеличению доходов наших работников и повышению благосостояния нашего народа», – заявила в Telegram-канале посаженная Трампом в президентское кресло Венесуэлы Делси Родригес.
Она сообщила, что сделка предусматривает разработку 17 нефтяных месторождений, инвестиции в размере более 100 миллиардов долларов и прогнозируемые налоговые поступления в размере 209 миллиардов долларов для правительства Венесуэлы.
Венесуэла обладает одними из крупнейших в мире запасов нефти: по оценкам Управления энергетической информации США, они составляют 303 миллиарда баррелей – около 17 процентов от общемировых запасов.
Прошло почти девять месяцев с того январского дня, когда американский десант сверг и похитил законно избранного президента Венесуэлы Николаса Мадуро, перебив около ста человек, в том числе кубинскую охрану главы государства. В одночасье Венесуэла из суверенного государства стала «дойной коровой» Америки.
Причем Трамп и его главные советники не скрывали, что нефть – главная цель их вторжения и вмешательства в дела Венесуэлы, которая при правительстве чавистов «фактически присвоила американские нефтяные месторождения путем национализации». Ни о каком «повышении благосостояния нашего народа» и речи не было.
Уже через несколько недель после ареста Мадуро, Национальная ассамблея Венесуэлы одобрила кардинальные изменения в законодательстве, регулирующем нефтяную отрасль, предоставив американским нефтяным компаниям контроль над нефтяным сектором страны. Этим решением была отменена большая часть национализированных в 2007 году нефтяных проектов Венесуэлы, что позволило, в частности, Chevron значительно расширить своё присутствие в стране.
По словам Рубио, эта сделка принесет Венесуэле почти 100 миллиардов долларов частных инвестиций, создаст тысячи высокооплачиваемых рабочих мест и поможет восстановить экономику страны. Удивительная «щедрость» скупого Трампа.
Эксперты прогнозируют, что к преддверию промежуточных выборов в ноябре венесуэльская нефть поможет Белому дому пополнить Стратегический нефтяной резерв США (по некоторым прогнозам, запасы нефти в США за счет Венесуэлы увеличатся более чем в два раза), будет способствовать падению цен на бензин и росту популярности республиканской партии среди обывателей.
Цены на бензин остаются одним из наиболее заметных показателей инфляции и расходов домохозяйств для американских потребителей. Трамп неоднократно называл цены на энергоносители ключевым экономическим вопросом в преддверии ноябрьских промежуточных выборов.
Подробности сделки пока не разглашаются, но один из неназванных источников охарактеризовал эту необычную схему как своего рода «государственно-частное партнерство» между США, частными компаниями и Венесуэлой. По словам чиновника, которого цитирует The New York Times, «при поддержке США Родригес предоставила частной компании (судя по всему, речь идет о Chevron. – Авт.) 100-летние концессии на месторождения с доказанными запасами в 63 миллиарда баррелей», что потенциально делает эту «неведомую» компанию вторым по величине корпоративным держателем запасов в мире после Saudi Aramco.
Сделка дает Соединенным Штатам 55% от общего объема добычи этой «новой частной компании», включая долю в собственности и право покупать нефть по себестоимости. Причем контролировать сделку будет Управление стратегического капитала Пентагона, которое помогает финансировать проекты, способствующие, как показали войны в Иране, Венесуэле, Йемене, Сомали, Нигерии, Сирии и Ираке, а также опосредованно в секторе Газа и Ливане, «укреплению национальной обороны США».
Кстати, в июне Трамп заявил, что США «в 28 раз» окупили расходы на военную операцию в Венесуэле за счет продажи нефти, и добавил, что США «тоже зарабатывают [на Венесуэле] много денег».
Хотя администрация Трампа неоднократно заявляла, что этот контроль выгоден обеим странам, она публично так и не раскрыла информацию о том, сколько венесуэльской нефти уже продано и сколько планируется продать до конца года, какой доход получен и как эти средства были использованы с момента захвата контроля над экспортом нефти после военной интервенции 3 января.
Меж тем стратегические нефтяные резервы США, согласно NPR (National Public Radio, Национальное общественное Радио), достигли самого низкого уровня более чем за четыре десятилетия. В начале августа они сократились до менее чем 300 миллионов баррелей по сравнению с 415 миллионами баррелей в начале года.
Поскольку стратегический нефтяной резерв США истощён до исторического минимума, а транзитные маршруты на Ближнем Востоке находятся под постоянной угрозой, прямой физический контроль над тяжелой нефтью Западного полушария может стать стратегической страховкой США.
По словам заместителя министра энергетики Кайла Хаустейта, сейчас из Венесуэлы в США поступает более 500 000 баррелей нефти в день. Хотя это не тот объём, на который рассчитывал Вашингтон, это значительная доля от общего объема добычи в Венесуэле, который составляет около 1,25 миллиона баррелей в сутки. Но это только начало.
Согласно данным Bloomberg по отслеживанию танкеров и по отчетам о скидках на венесуэльскую нефть, оценочная стоимость контролируемого США экспорта нефти выросла с 600 миллионов долларов в январе до примерно 3,7 миллиарда долларов в апреле.
Многие экономисты ожидали, что в этом году в Венесуэле начнётся активное восстановление экономики, учитывая, что до января страна была вынуждена продавать нефть со значительным дисконтом на международных рынках, чтобы обойти санкции США. Спустя девять месяцев после фактического захвата нефтяных вышек страны, экономические показатели развития и уровня жизни Венесуэлы в лучшем случае скромны, а в худшем вообще не обеспечили «свободу» и не улучшили уровень жизни населения. Как поясняет Financial Times (FT), слабые признаки восстановления в Венесуэле могут указывать на то, что США перевели не все доходы Каракасу.
Американские законодатели от обеих партий взволновались и начали оказывать давление на администрацию, требуя объяснить, куда ушли деньги и что делается для предотвращения коррупции при их распределении.
«Вторжение Трампа в Венесуэлу с самого начала было связано с нефтью, властью и коррупцией. Миллиарды долларов венесуэльских нефтяных доходов контролируются администрацией Трампа без какой-либо прозрачности или гарантий», – заявил FT Хоакин Кастро, член Конгресса от Демократической партии, добавив, что Конгресс «держат в неведении».
В 2024 и 2025 годах Венесуэла получала около 18 миллиардов долларов в год за счет экспорта нефти. По оценкам FT, к концу июля 2026 года продажи венесуэльской нефти, прошедшие через счета, контролируемые правительством США, принесли более 13 миллиардов долларов. Сумма значительная.
И эти 13 миллиардов США хранятся на счетах, находящихся под надзором американских властей. И сохранение этих 13 миллиардов долларов отвечает исключительно целям «национальной безопасности и внешней политики» США. И только США.
Ещё один аспект, который привлекает внимание, заключается в том, что администрация Трампа взяла на себя надзорные функции в отношении части венесуэльской нефтяной ренты, не предавая гласности все соглашения, регулирующие участие операторов, покупателей, банков и других организаций.
Министерство энергетики США заявило, что средства «будут распределены на благо американского и венесуэльского народов».
Каждые шесть месяцев, согласно указу Трампа от 9 января, «министр финансов по согласованию с госсекретарем уполномочивается представлять в Конгресс периодические и итоговые отчёты» об этих средствах.
В апреле высокопоставленный сотрудник Госдепартамента Майкл Козак сообщил, что в Венесуэлу было отправлено около 3 миллиардов долларов нефтяных доходов и что международная сеть независимых фирм KPMG проводит аудит банковских счетов. Он сказал, что администрация будет предоставлять ежеквартальные отчеты о расходовании средств.
Но демократы из комитета по иностранным делам утверждают, что с тех пор не получили никакой информации. Никакой информации о поступлении 3 млрд долларов также нет и от правительства Венесуэлы.
Если американские законодатели не ведают, что творит администрация Трампа с нефтедолларами Венесуэлы, то тем паче Венесуэла больше не может свободно контролировать доходы, получаемые от своего основного экспортного продукта. Белый дом контролирует сбор, хранение и расходование «добычи».
Таким образом, возникает вопрос: какая часть этих доходов фактически возвращена Венесуэле? Ответа до сих пор нет.
За исключением нескольких деталей, предоставленных Конгрессу и изложенных в президентском указе 14373, администрация Трампа почти не предоставила никакой информации о системе, созданной для продажи венесуэльской нефти, получения доходов и использования средств.
На портале «Суверенная прозрачность», созданном правительством Дельси Родригес, указан только один перевод на сумму 300 миллионов долларов, соответствующий «внеочередной продаже мазута».
Таким образом, ситуация оказывается парадоксальной: Соединенные Штаты контролируют миллиарды долларов доходов Венесуэлы от продажи нефти, даже создали механизм аудита, но по-прежнему скрывают все финансовые потоки.
Впрочем, иного и быть не должно. Механизм, созданный после 3 января 2026 года, устанавливает отношения особой глубокой экономической зависимости: «суверенная» Венесуэла продолжает добывать и экспортировать свои основные природные богатства, а ее сюзерен – Соединённые Штаты – напрямую контролирует всю финансовую схему экспорта венесуэльской нефти и доходов от ее продажи.
Профессор Гарвардского университета Рикардо Хаусманн, бывший министр планирования Венесуэлы, назвал эту сделку «позорной». «Венесуэльцы не будут уважать эту нелегитимную сделку, и ни одна крупная нефтяная компания США не отнесется к ней серьезно, потому что они знают, что она долго не продержится», – написал Хаусманн в социальных сетях, добавив, что у Родригеса «нет ни легитимности, ни конституционных полномочий заключать от имени Венесуэлы подобные сделки».
В результате американской атаки экономика Венесуэлы замедлилась и выросла всего на 2,5% в годовом исчислении в первом квартале 2026 года (самый низкий показатель с 2021 года), несмотря на то что доходы от экспорта нефти выросли на 25%.
В XXI веке складывается невероятная картина практически «неоколониальных» отношений. Венесуэла в значительной степени нуждается в средствах на восстановление разрушенной экономики, последствий от землетрясения, в то время как держава, которая подвергла ее военной агрессии, присваивает себе нефтяные прибыли, которые на сегодняшний день являются основным источником доходов Венесуэлы.
Есть у Трампа кроме денег и войны еще одна страсть – очень любит изменять географические названия. Мексиканский залив переименовал в «Американский залив», озеро Онтарио в «Озеро Америка». Считает «американской территорией» Канаду, Гренландию, Панамский канал и Ормузский пролив. Трамп также предположил, что мог бы попытаться переименовать Атлантический и/или Тихий океаны. И, конечно, может объявить Венесуэлу ещё одним штатом США, назвав ее Трампоэла. Чем Трамп не «шутит», пока сидит в Белом доме...
