Идея интеграции разных скоростей – не новость для Европы. С самого зарождения Евросоюза его состав плавно расширялся. И каждое новое расширение ставило под вопрос права и полномочия, которые получали новые члены объединения.
Ситуация с Украиной гораздо сложнее, чем расширение ЕС в нулевых годах, когда в него вошли бывшие страны Восточного блока. Тогда движение на восток стало для старых членов объединения возможностью экспансии своей экономической и антироссийской политики. Потому что одновременно с ЕС к границам России продвигался военный блок НАТО.
Украина хотела вступить сразу и в НАТО, и в ЕС. О вступлении в НАТО речь уже не идет, потому что Москва явно показала свое несогласие с членством Украины, а Молдова туда и не собиралась. Поэтому Киев синхронно с Кишиневом пока двигается лишь в ЕС.
Однако переговорный процесс последние годы постоянно тормозился правом вето Будапешта, который хочет решить вопрос прав этнических венгров на Украине. Невзирая на то, кто сейчас находится у власти, премьер Орбан или премьер Мадьяр. Киеву даже пришлось согласиться на специальные права для венгерской диаспоры, хотя украинское законодательство еще осталось неизменным.
Все последние месяцы хунта Зеленского требовала ускоренного членства Украины в ЕС, высказывая идеи о вступлении в 2027 или в 2028 годах. Однако не все так просто, как этого хотят в Киеве.
Понимая желание киевской власти показать прогресс Украины на пути в ЕС, в Брюсселе рассматривали вопрос, как изменить правила вступления, чтобы ускорить этот процесс для новых членов. На самом деле проблему решали с другой стороны: как дать стране членство без полного объема сопровождающих его политических и экономических прав, а также доступа к общеевропейским фондам. Тем более что бюджет Украины уже большей частью финансируется европейскими странами.
В итоге 6 октября Еврокомиссия объявила, что не будет менять правила, а станет использовать юридические нормы, которые уже существуют в европейском законодательстве. А также использовать механизм «поступательной интеграции» страны. Получается, что Киеву предлагают такую же условную коробку с конфетами, как для других стран, вот только ее вес будет намного меньше, чем у предыдущих стран. Потому что часть прав будет ограничена.
В принципе, у Брюсселя даже не было возможности внести изменения в основополагающие договоры ЕС, потому что согласовать новые нормы процесса расширения со всеми 27 странами-членами практически нереально. Во многих из них эти изменения потребуют ратификации парламентом или национального референдума. Что довольно сложно, учитывая рост популярности европейских правых сил, которые не стремятся к расширению ЕС и не хотят финансировать Украину.
Таким образом, Еврокомиссия предложила использовать механизм «переходов», который позволяет отойти от строгих норм единогласия при принятии решений. Хотя для этого все равно требуется получить согласие всех стран-членов для применения этого механизма. Условно говоря, если Будапешт один раз согласится на его применение, то для открытия новых кластеров переговоров о вступлении Украины в ЕС венгерский голос будет уже не нужен. Достаточно будет голосов за от других стран.
Самое интересное, что этот механизм можно будет использовать для всех стран–кандидатов. Даже если он не ускорит сам процесс переговоров, то уберет возможность шантажа правом вето от тех стран, которые хотят добиться выполнения того или иного условия от кандидатов.
Нужно понять, что документ Еврокомиссии сам по себе намеренно сформулирован таким туманным образом, чтобы вызывать меньше вопросов у европейских столиц. И получить их согласие на применение механизма «переходов». А дальше невнятные формулировки будут расширены и дополнены европейскими юристами в ущерб правам отдельных стран.
Тем более что условия вступления в ЕС для стран–кандидатов сами по себе сформулированы также довольно абстрактно. Это проведение требуемых Брюсселем реформ, соблюдение демократических ценностей объединения и завершение процесса переговоров о вступлении, которые могут тянуться много лет. С другой стороны, сам ЕС должен «быть готовым» к вступлению в него новой страны. Как видно, эти условия прекрасно соответствуют известной русской поговорке: «Закон – что дышло: куда повернул, туда и вышло».
Касательно возможности «поступательной интеграции» в Брюсселе предлагают рассматривать для нее четыре страны–кандидата: Албания и Черногория на Балканах, а также идущие тандемом Молдова и Украина. Условия же «поступательности» будут опять-таки устанавливать в ЕС.
Рассматривается возможность прописать в двусторонних документах о вступлении в ЕС ряд определенных ограничений: от представленности в структурах Еврокомиссии до секторальных квот на продажу национальных товаров на внутреннем рынке. Причем эти условия могут действовать не год-два, а целых 15-20 лет.
Уже сейчас Еврокомиссия прописала в своем документе, что «новая страна-член может обязаться некоторый период времени не голосовать против решений о будущих расширениях и не переносить в ЕС двусторонние споры». В данном контексте «может» означает «должна». Выбора не будет.
Касательно Украины дополнительные ограничения будут накладываться на ее сельхозпродукцию, потому что украинские производители, по мнению европейцев, чересчур эффективны. Еврокомиссия так и указала: «Масштабы, структура и чрезвычайно высокая продуктивность агропромышленного сектора дают основания для рассмотрения целевых механизмов, которые бы существенно ограничили финансовую поддержку и доступ на общий рынок для чувствительных сельскохозяйственных товаров».
Проблема в том, что в европейских странах превалирует такая форма организации агропроизводителей, как семейные фермы. А на Украине еще осталось «множество больших конкурентноспособных хозяйств, которые вместе обрабатывают 15 миллионов гектаров». И могут составить конкуренцию западным фермерам в случае открытого доступа на внутренний рынок Евросоюза.
Это означает, что все мечты украинских аграриев о беспрепятственной продаже своей продукции в ЕС так и останутся нереализованными. Потому что сверх определенной квоты они ничего не смогут продать. А за ее соблюдением будут тщательно следить соседние страны – те же Польша, Венгрия. Или даже Франция, фермеры которой получают постоянные субсидии из фондов ЕС. Так что украинские продукты вряд ли получат много места на полках европейских супермаркетов.
Пока что четкого перечня возможных ограничений нет, но в Киеве уже заявили о том, что они противоречат задекларированной Брюсселем логике полноправного членства. Вот только спрашивать киевскую власть особо никто не будет. Берите, что дают, другого не будет.
Не следует забывать, что Еврокомиссия уже готовит очередной семилетний бюджет ЕС на 2028-2034 годы. И в статье расходов на Киев стоит скромная сумма в 100 млрд евро. О финансировании Украины как страны-члена ЕС речь вообще не идёт. Скорее наоборот, ряд стран ЕС требуют сокращения расходов бюджета.
Так что вряд ли столь желанное членство в ЕС принесет Украине то, на что рассчитывают ее граждане и обанкротившаяся киевская власть.
