Папа-иезуит Франциск поздравляет украинских униатов
2586

Папа-иезуит Франциск поздравляет украинских униатов

На прошлой неделе бывший государственный секретарь Ватикана кардинал Тарчизио Бертоне посетил Львов, где он возглавил мессу по случаю «25-летия возобновления на Украине деятельности римско-католических структур», а заодно «передал верующим Украины сердечные приветствия Папы Франциска».

Папский нунций на Украине Клаудио Гуджеротти в связи с этим отметил, что для «Вселенской Церкви» (так они именуют свою структуру) минувшая четверть века была «опытом большого волнения и веры… Восстановление структур латинской Церкви сопровождалось восстановлением структур греко-католической Церкви».

Запамятовали, правда, в Ватикане, что в 1990 году, когда «апостольская столица» усиленно искала содействия Русской Православной Церкви в возобновлении своей деятельности на территории СССР, глава «Папского совета по развитию христианского единства» кардинал Кассиди заявил: «Мы отвергаем унию как метод обретения единства, ибо она противоречит общему преданию наших церквей [здесь и далее выделено мною. – В.Б.]. Уния как метод там, где она применялась, не способствовала сближению Церквей. Наоборот, она вызывала новые разделения. Положение, сложившееся таким образом, служило поводом для столкновений и несло несчастия, которые отложились в исторической памяти…»

Так почему же «святой престол» допустил-таки возрождение религиозной организации под названием «Украинская греко-католическая церковь» (УГКЦ) и продолжает её лелеять, если римские кардиналы признают, что уния несёт разделение – тягчайшее из богомерзких деяний?

Ответ на этот вопрос прямо вытекает из целей унии, введённой в XVI веке на Юго-Западной Руси Орденом иезуитов.

Искусственный отбор

…В 1937 году УГКЦ выдвинула концепцию «наибольшего соответствия униатства церковности украинского народа». Как ни странно, концепция верна: ведь «украинский народ» сегодня - это, собственно говоря, субэтнос «нерусских», то есть общность людей, объединённых по принципу отрицания и состоящая из потомков русинов, малороссов да и отчасти великороссов, которым внушили, что они не русские.

Первыми жертвами этой операции по «изменению сознания» стали карпатские русины – подданные Габсбургов. Австрийская империя рассматривала население Подкарпатской Руси, Галиции и части Буковины, ощущавшее свою историческую общность с «большой Россией» как крайне неблагонадёжный элемент. Ещё острее стояла эта проблема для поляков, видевших в России извечного врага.

В католической Польше понимали, что важнейшим этнообразующим фактором, объединяющим белорусов, великороссов, малороссов, русинов, является Православие. Только вытравив его, можно не просто разделить русских, но и образовать племя русскоговорящих «антирусских». Сначала для таковых был избран австрийский этноним «рутены», но латинизированное самоназвание не прижилось, поэтому остановились на польском предложении «украинцы».

Правда, это был уже конец XIX века, а работа началась много раньше, в конце XVI столетия. И начал его Рим – силами и средствами Ордена иезуитов. Естественно, иезуитскими методами пряника («Мы вам оставим всю вашу обрядность и молитвы) и кнута (Малая и Белая Русь были залиты кровью тех, кто отверг «пряник»).

Даже креатуре Венской академии Грушевскому пришлось признать, что «уния утверждалась в разорённой стране, благодаря предательству одних, коррупции других и малодушию третьих». Любомыр Гузар в бытность свою «патриархом УГКЦ», стесняясь кровавой истории этого иезуитско-униатского предприятия, оправдывался: «Такая была политическая ситуация этой эпохи в середине Польского королевства… Но это прошлое».

Что ж, напомним эпоху куда более близкую.

Все ли знают, что первые концлагеря в Европе появились не в Третьем рейхе и не в «тоталитарном» СССР, а в милых униатскому сердцу пасторальных городках Терезин и Талергоф? Здесь за неполные три года – с 1914 по 1917 г. – было уничтожено, по разным оценкам, от 100 тыс. до 200 тыс. человек, возжелавших вернуться в Православие или просто не отрекшихся от имени русского.

Более 60 тысяч мирных жителей из русинов были казнены вне концлагерей.

Несколько десятков тысяч (точное количество установить невозможно) погибли в ходе принудительных депортаций вглубь Австро-Венгрии.

От 100 тыс. до 400 тыс. галичан бежали в Россию.

«Для трехмиллионного галицко-русского населения это были невосполнимые потери», – пишет малороссийский историк Александр Каревин. – Погибли лучшие».

Идеологом геноцида русин выступила УГКЦ во главе с польским графом иезуитом Романом-Марией Александром Шептицким.

Уже после Первой мировой войны в Варшаве снесут величественный кафедральный Александро-Невский собор и по меньшей мере 20 тысяч православных граждан Польши будут насильственно обращены в унию.

К 1933 году – за первые 10 лет существования возрождённой Речи Посполитой – у православных Польши отнимут 45% храмов.

Кто «ще не вмер»

Если погибли лучшие, кто же сформировал «націю»?

«Вопрос о собственной конфессиональной идентичности… оставался актуальным для галичан по сути в течение всего периода национального пробуждения, – признаёт украинский «религиовед» В. Елэнськый, именуя «национальным пробуждением» украинизацию. – Ответ на вопрос, кем они в конце концов являются …находился в центре острой общественной дискуссии. Греко-Католическая церковь сыграла серьезную роль в процессе кристаллизации этнонациональной идентичности галичан».

«Долгое время галичане оставались русинами, потом смогли превратиться в политических украинцев, – подтверждает современный украинский историк В. Расэвыч. – …Первые меры в этом направлении обозначились… изменением статуса униатской церкви, которая благодаря австрийцам стала называться Греко-Католической... Действующие священники начали получать постоянную государственную плату... Фактически Греко-Католическая Церковь в прямом смысле этого слова «родила» будущую светскую украинскую элиту…»

Менее благостную картину «кристаллизации» будущей украинской «элиты» представил галицкий историк Илья Тёрох (1880-1942) в своей статье «Украинизация Галичины».

«С назначением Шептыцкого главой униатской церкви [в 1900 году. – В.Б.] приём в духовные семинарии юношей русских убеждений прекращается, – свидетельствует Илья Иванович. – Из этих семинарий выходят священниками заядлые политиканы-фанатики, которых народ назвал попиками. С церковного амвона они, делая свое каиново дело, внушают народу новую украинскую идею, всячески стараются снискать для нее сторонников и сеют вражду в деревне. Народ противится, просит епископов сместить их, бойкотирует богослужения, но епископы молчат, депутаций не принимают, а на прошения не отвечают.

Учитель и попик мало-помалу делают свое дело: часть молодежи переходит на их сторону, и в деревне вспыхивает открытая вражда и доходит до схваток, иногда кровопролитных. В одних и тех же семьях одни дети остаются русскими, другие считают себя украинцами. Смута и вражда проникают не только в деревню, но и в отдельные хаты… Одни другим разбивают народные собрания и торжества, уничтожают народное имущество (народные дома, памятники – среди них памятник Пушкину в деревне Заболотовцы). Массовые кровопролитные схватки и убийства учащаются...

Чтобы избавиться от попиков, многие из униатства возвращаются в православие и призывают православных священников. Австрийские законы предоставляли полную свободу вероисповедания, о перемене его следовало только заявить административным властям. Но православные богослужения разгоняются жандармами, православные священники арестовываются и им предъявляется обвинение в государственной измене…

В самом начале этой войны [Первой мировой. – В.Б.] австрийские власти арестуют почти всю русскую интеллигенцию Галичины и тысячи передовых крестьян по спискам, вперед заготовленным и переданным административным и военным властям украинофилами (сельскими учителями и попиками) с благословения преусердного митрополита графа Шептыцкого и его епископов… За арестованных и избиваемых русских священников добровольно заступаются епископы католики: польский и армянский, а униатские епископы во главе с Шептыцким, несмотря на просьбы жен и детей, отказывают в защите своим русским галицким священникам. Этого нужно было ожидать: они же их предали на убиение.

…Галицкая Русь превратилась в исполинскую страшную Голгофу, поросла тысячами виселиц, на которых мученически погибали русские люди только за то, что они не хотели переменить свое тысячелетнее название… Такова краткая история происков Ватикана, поляков и немцев в насаждении ими украинства на Карпатах среди издревле русского населения Червоной Руси».

«Возвратившиеся из австрийских концентрационных лагерей русские интеллигенты и крестьяне бесстрашно отстаивали свое русское имя и Русь, – продолжает Илья Тёрох. – Уважат ли Советы историю Галичины и, памятуя, что ее имя не Украина, а Русь, не будут ли мешать, как это делали поляки, немцы и Ватикан, оставшемуся в ней страстотерпцу русскому населению жить своей русской жизнью, или же поощряя и дальше искусственно созданный сепаратизм, утвердят за ней неестественное, неисторическое и подложное новое имя и доконают русских галичан для вящей радости разъединителей русского народа и всего славянства, – покажет недалекое будущее».

…И будущее показало. Илья Иванович Тёрох, скончавшийся в 1942 году в Нью-Йорке, не узнал судьбы последних русских галичан, вышедших из австрийских концлагерей. Мы – знаем.

Правда лжепастырей

Говорят, народ должен знать своих героев.

УГКЦ не только подготовила передовой отряд Майдана и будущих карателей Донбасса, Мариуполя, Одессы (неонацистские организации, объединившиеся в «Правый сектор», проходили выучку на территории крупнейшего униатского «монастыря»), но и, собственно, организовала всю эту «еврореволюцию». На следующий день после её победы «Самооборона Майдана» по призыву «Духовной рады Майдана» попыталась захватить Киево-Печерскую и Почаевскую лавры, и только окрик с Запада («Не сметь портить нам картинку новой демократической Украины»!) удержал погромщиков от штурма.

Кто-то возразит: мол, клич выходить на Майдан дал 21 ноября 2013 года активист «Украинской правды» Мустафа Найем. Да, но через неделю киевский Евромайдан уже протух, на нём от силы набиралось 300-400 человек. И тогда самым массовым на Украине стал львовский Евромайдан. Созвал его в тот же день 21 ноября местный Украинский католический университет (УКУ), действующий в системе УГКЦ. Главной целью львовских униатов был объявлен набор молодёжи для поддержки «революции» в Киеве…

И всё же главный козырь иезуитов – искусство мимикрии. Как писал ещё в 1910 г. во львовской газете «Галичанин» депутат Галицкого сейма и австрийского парламента Николай Антоневич, «именно на униатов возложена обязанность действовать любезно и умно, чтобы православный Восток стал католическим».

Вот уже четверть века окучивают парохи (так называют униатских «священников» в Галичине) православную Малороссию, Слобожанщину, Новороссию. Даже Донбасс. Приезжают куда-нибудь в Луганскую область. Освоившись, сразу переходят со своего говора на чистый русский, прекращают увешивать иконы рушниками, строят часовенки в византийском стиле (сейчас на контролируемой украинской армией части Донбасса они растут как грибы), скупают в православных лавках облачение и утварь, отращивают бороды-лопаты и лишь тихонечко скороговоркой поминают на службе не местного православного архиерея, а униатского. А много ли народа понимает, что происходит на самом деле? Способна ли чему-то научить ныне живущих трагедия русской Галиции?

…Историк Церкви, митрополит Макарий Булгаков (1816-1882) предупреждал: «Если папа по снисхождению дозволил русским, принявшим унию, сохранять свои церковные обряды и церемонии, то лишь те, которые, на его взгляд, окажутся непротивными истине и учению католической веры». А «его взгляд»: беспрекословное подчинение единственно «непогрешимому» из людей – папе римскому.

О настоящем отношении унии к православию однажды проговорился тот же Гузар. В 2005 г. он произнёс проповедь у строившегося тогда в Киеве «кафедрального собора УГКЦ» (который сам по себе – вызов поместной Церкви на её канонической территории, куда, образно выражаясь, никогда не ступала нога униата). Так вот, Гузар заявил, что с появлением здесь, прямо напротив Лавры его резиденции, «над Киевом развеется мрак и взойдет солнце Истины Христовой в единстве с папой римским».

Понимайте так: до появления в Киеве гражданина США, выходца из рогульской (*) диаспоры Гузара центр Крещения Руси жил во мраке. И сразу же за этим – во исполнение «пророчества» Шептыцького от 1929 года («Многим из нас Бог еще окажет милость проповедовать в церквах Большой Украины... по Кубань и Кавказ, Москву и Тобольск») учреждается Донецко-Харьковский «экзархат УГКЦ» – на земле Святогорской Лавры и родине святителя Иоанна Шанхайского!

И даже после Гаванской встречи Патриарха Московского с понтификом римским, на которой вроде бы договорились отказаться от недостойных методов прозелитизма, УГКЦ, по определению Шевчука, «выдвинулась в новозаветный выход» на Восток. Об этом лидер униатов объявил 19 июня 2016 г. в присутствии апостольского нунция на Украине Клаудио Гуджеротти и государственного секретаря Ватикана кардинала Паролина. Последний и сам призвал к тому же униатскую молодёжь Львова: «Сегодня восток Украины нуждается в вас — не стоит колебаться в служении».

Тайное знание не для «хлопской веры»

Председатель Синодальной богословско-канонической комиссии УПЦ МП митрополит Августин как-то предложил Ватикану работать «на своём пространстве… – от Европы до Америки»: «Вот, лютеране – они же от вас вышли. Их и возвращайте. А мы как-нибудь сами справимся».

Однако потому-то и работает Запад на ниве унии, что главное для него не эфемерное «христианское единство», а геополитическое расчленение исторической России. Для Ватикана же это – промежуточная цель.

Протоиерей Сергей Лепин ещё в 2007 г. воспроизвёл публикацию газеты «День» (выходила в Москве в 1861-1865 гг.) под названием «Проект об уничтожении православного и униатского вероисповеданий, равно и русской народности в русских областях, подвластных некогда Польше». Это перевод документа 1717 г. «Pro abboto.monaster. Witebsc.an.1758.», найденного в 1852 г. в некогда базилианском (базилиане – униатский аналог Ордена иезуитов) монастыре недалеко от Полоцка. Бумага относится к переписке римской нунциатуры и польских иерархов с протоархимандритами базилианского ордена.

Вот пара выдержек из документа:

– «Шляхта русского закона, хотя и состоящая в унии, а тем более схизматики, не должны быть допускаемы ни к каким государственным должностям, особенно же к таким, в которых они могли бы приобрести друзей, нажить себе имение и получить какое-либо уважение, и за тем почет русинов. Это следует ограничить новою, более строгою, чем прежде, сеймовой конституцией. В особенности же каждый поляк обязан, находясь в собраниях, чуждаться русского, по соседству не заводить с ним никакой дружбы, разве для своей выгоды».

– «Попы.. будучи оставлены без образования и в невежестве, не в состоянии будут ни знать начала своих обрядов, кем и когда они установлены.., ни научать народ, что обряды эти действительно происходят от греческих св. отцев, ни.., наконец, оказать разумное сопротивление при их уничтожении».

Да, это лишь проект. Однако не воплощён ли он в жизнь?

В эпоху гонений на Церковь в СССР, когда Рим получил «конкурентные преимущества» для своей миссии на территории исторической России, экзарх католиков восточного обряда в РСФСР Леонид Фёдоров мог позволить себе откровенность: «Не осветивши российскую тьму настоящим пониманием католичества, нечего и думать о крупных успехах. Путём прозелитизма [а «католичество восточного обряда» и есть прозелитизм. – В.Б.] можно приобрести тысячи душ, но эти тысячи будут только новым препятствием между нами и теми десятками миллионов, которые мы должны привести в "единое стадо"».

Это значит, что при определённой геополитической ситуации уния, создающая для Ватикана дополнительно «препятствие» в виде «национальных особенностей католицизма», будет отброшена. Не сейчас ли, по мнению «святого престола», наступают такие времена? Папский нунций Гуджеротти так прокомментировал недавний визит на Украину бывшего госсекретаря Ватикана: «После недавних событий, Оранжевой революции, Майдана, вопросы о смысле жизни возникают все чаще. И Католическая Церковь испытывает в это время большую ответственность за то, чтобы суметь найти тех людей, которые в поисках, и пытаться ответить на их вопросы».

А что же уния? Не даёт ответы на вопросы о смысле жизни?

«Уния, – напоминает глава пресс-службы УПЦ МП Василий Анисимов, – была рождена для борьбы с православием и вне этой борьбы её существование – просто бессмыслица. Переформатировать её на что-то доброе, нужное, вечное не удастся. Барракуда, говорят, без яда не живёт. Чем бы униаты не занимались – всё это лишь технологии по продвижению католицизма».

(*) Как поясняет галицкий писатель Ю. Виннычук, исторически «во Львове рогулями называли жителей пригорода, которых от города отделяли рогульки, рогатки или же шлагбаумы на дорогах. Въезд на телегах в город разрешался только ночью, а на рассвете, продав свой товар перекупщикам, крестьяне и жители предместий покидали город».

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.