Лидеры Казахстана, России, Китая

Американская Большая игра в Евразии продолжается

В Центральной Азии США хотят противопоставить друг другу Россию и Китай

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Сотрудничество Москвы и Пекина мешает планам американских стратегов. Они рассматривают сложившиеся российско-китайские отношения как угрозу своему влиянию в Евразии. Подорвать российско-китайское сотрудничество могло бы, с точки зрения американцев, столкновение интересов РФ и КНР в одном из сопредельных с обеими державами районов. Наиболее «подходящей» для этого Вашингтону представляется Центральная Азия.  

Проработка гипотетических сценариев такого столкновения ведётся не только на экспертно-аналитическом, но и на политико-пропагандистском уровне – через СМИ и социальные сети. Чаще всего акцентируется внимание на экономическом «вторжении» Китая в «российскую зону влияния»; за этим, утверждают авторы подобных материалов, должна последовать китайская военно-политическая экспансия.

Используются в этой работе и американские военные структуры информационно-психологических операций. Так, издаваемый Центральным командованием армии США (CENTCOM) интернет-ресурс «Каравансарай» опубликовал в марте материал «Китай подрывает российское влияние в сфере безопасности в Центральной Азии». В материале утверждается, что растущее экономическое и военное присутствие Китая в Центральной Азии начинает якобы вызывать трения между Пекином и Москвой, ранее считавшейся «гарантом региональной безопасности». Рассуждения автора строятся на том, что Китай должен защищать свои инвестиции, а Россия не может не быть «недовольной» вторжением КНР в традиционно российскую «зону влияния».

В подкрепление тезиса о растущем военном присутствии Пекина в Центральной Азии приводятся данные о поставках китайских систем ПВО, беспилотных летательных аппаратов и лёгких бронемашин для Туркменистана, а также о продаже беспилотников и оказании технической поддержки армиям Казахстана и Узбекистана.

Страны Центральной Азии действительно приобретают китайское оружие. Так, в январе 2015 г. стало известно о поставках Китаем небольших партий ЗРК средней дальности HQ-9 Туркмении и Узбекистану по контрактам, заключённым ещё в 2013 г. Кроме того, Узбекистану был поставлен как минимум один комплект ударных китайских беспилотников Pterodactyl (Yilong-1) производства Chengdu Aircraft Industry Corporation. Одновременно Туркменистан закупил у Китая обзорные РЛС большой дальности, а несколько десятков туркменских военных прошли обучение в КНР.

Однако причём тут «трения» между Москвой и Пекином? Россия за последние годы поставила Туркмении 10 танков Т-90С, не менее 8 БМП-3, более тысячи КамАЗов, шесть РСЗО «Смерч», два вертолёта Ми-17-1В, а также два ракетных катера проекта 12418 «Молния». Общий объём и стоимость этих поставок не сопоставимы с китайскими; в логику «вытеснения» России из Туркмении Китаем эти данные не вписываются и потому в материале «Каравансарая» они вообще не упоминаются. Кроме того, Туркмения – нейтральное государство, которое ни в каких военных блоках не состоит. Это не мешает ей быть экономически связанной с Китаем через сеть трансконтинентальных газопроводов, а также с Турцией.

Примечательно, что в качестве оценщиков российско-китайского военного «соперничества» в Центральной Азии «Каравансарай» использует в основном грузинских и украинских авторов, взгляды которых  укладываются в американскую  трактовку происходящего. Видимо, в России или Китае специалистов, подходящих «Каравансараю», не найти.

Ещё одно направление американской пропагандистской деятельности – культивирование слухов о китайской военной базе, которая якобы располагается в труднодоступной местности Горного Бадахшана (Таджикистан). В апреле прошлого года вашингтонский Институт Центральной Азии и Кавказа опубликовал статью профессора Военного колледжа армии США Стефана Бланка о зондировании Пекином возможности размещения военной базы в Ваханском коридоре Афганистана, которая препятствовала бы проникновению в китайский Синьцзян уйгурских боевиков и обеспечивала безопасность транспортного коридора в направлении Индийского океана. Но, во-первых, речь шла именно об Афганистане, а, во-вторых, Пекин решительно отрицал наличие у него подобных планов.

В феврале тему китайского военного присутствия в Центральной Азии продолжила The Washington Post, опубликовавшая обширную статью о возможном нахождении китайских военных на территории Горного Бадахшана, в 85 километрах от районного центра Мургаб. География этого района удобна для контроля за Ваханским коридором, соединяющим Афганистан с китайским Синьцзяном. На спутниковых снимках видна группа строений, напоминающих скорее погранотряд, чем полноценную военную базу, военной техники на снимках нет. По предположению аналитиков, китайцы, с которыми удалось пообщаться репортёрам издания, могут быть представителями военизированных подразделений, подчинённых Народно-освободительной армии КНР, но не входящих в её состав.

В отличие от «Каравансарая» скоропалительных выводов о возможном столкновении Москвы и Пекина The Washington Post не делает, но отмечает, что китайцы осторожно пытаются нащупать «красные линии», которые проводит в этом регионе Россия, и её возможную реакцию на размещение в Горном Бадахшане китайских военных. Зато делает выводы соросовское издание Eurasianet, утверждающее, что в долгосрочной перспективе появление китайских войск в Таджикистане изменит всю расстановку сил, ибо это будет первый опыт размещения китайского военного объекта на территории бывшего СССР.

Спекуляции на эту тему будут продолжаться. Однако Москва и Пекин, сознавая, что их интересы в Центральной Азии могут пересекаться, умеют строить отношения так, что  неразрешимых проблем не возникает. Поэтому и возникла, в частности, перспективная идея сопряжения Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и китайского «Экономического пояса Шёлкового пути» (проект «Пояс и путь»).

Фото: пресс-служба Президента РФ