Европейский союз, возглавляемый невыбранными гражданами бюрократами, от Урсулы фон дер Ляйен, укравшей миллиарды при поставках антиковидных вакцин, до недоразумения по имени Кая Каллас, медленно, но верно превращается в аналог НАТО. В 2024 году финансовые вливания в местный ВПК выросли на 37% (по сравнению с 2021-м) и составили 343 миллиарда евро. В минувшем году они достигли, по предварительным подсчётам, 381 миллиарда евро.
Парламентариям Пятой республики под водительством пти-наполеона Эммануэля Макрона предлагается одобрить меры по «укреплению армии» и запустить механизм привлечения на военную службу 50 тысяч добровольцев к 2035 году. Разговоры об отправке французских легионеров для расквартирования в Одессе вроде как стихли, но нельзя исключать повторения их высадки, как в 1918 году. Правда, ранее город-порт уже оккупировали поляки, румыны, сербы, греки и, конечно, же британцы. К слову, пребывание французов тогда длилось 103 дня.
Сегодня Польша уже довела траты на военные нужды до 4,1% от ВВП. Грозный премьер-министр пан Дональд Туск объявил, что необходима армия численностью 500 тысяч человек и что «каждый взрослый мужчина» должен пройти подготовку на случай войны. А в Греции, где жива память о режиме «чёрных полковников», предлагают гречанкам в возрасте от 20 до 26 лет добровольно надеть униформу.
Генсек НАТО Марк Рютте призвал европейцев увеличить расходы на войну, чтобы быть готовыми «сражаться с русскими», а военный министр Германии Борис Писториус предположил, что вооруженное столкновение между НАТО и Россией начнётся уже в 2028 году.
По совокупности своих целенаправленных приготовлений к войне Европейский союз и самые драчливые страны под его крышей, можно прогнозировать, стремительно приближаются к роковой черте.
Амбиция и амуниция
В какой степени Европа будет готова к масштабной агрессии против России в 2028 году, как это видится Борису Писториусу? Если взять чисто военно-стратегический аспект, то имеет смысл процитировать эксперта, чьё мнение приводит сайт ПолитНавигатор:
«Несмотря на масштабность и беспрецедентные темпы модернизации, 2025 год показал, что польская программа перевооружения остаётся структурно несбалансированной и уязвимой. Закупки тяжёлой техники – танков, САУ, ракетных систем – растут быстрее, чем возможности промышленности, логистики и кадрового обеспечения. Значительная часть ключевых проектов зависит от внешних поставщиков, что делает систему чувствительной к задержкам, перегрузке производственных линий и изменениям внешнеполитической конъюнктуры».
Не менее, если не более значимым фактором сдерживания агрессивных замыслов служит устойчивая тенденция отставания в технологически продвинутых сферах. В начале столетия страны-члены ЕС занимали второе место в мире по количеству инновационных решений, а сейчас опустились на четвёртое место позади Китая, США и Японии. Европейцы за две последние пятилетки стали закупать китайские передовые технологии в два раза больше, что обходится им в 500 миллиардов евро.
Более того, отказавшись от дешёвых российских энергоносителей, прежде уверенный локомотив развития – германский автопром, химическая отрасль и фармацевтика – буксует. Китайские автомобильные бренды теснят конкурентов на их собственной территории. Многие европейские компании переводят производство в страну восходящего юаня – ничего личного, просто бизнес, ведь цены на вводимые ресурсы в Китае ниже (электричество в два раза, а природный газ в четыре раза дешевле).
Перспектива и вовсе мрачная. За последние 35 лет доля Евросоюза в суммарном мировом ВВП снизилась с 27% до 17%, а набирающая темп деиндустриализация способна привести к потере ключевых драйверов экономического развития, а значит и к потере покупательной способности населения, что уже девальвирует ценность этого региона как ёмкого рынка сбыта для тех же китайских товаров.
Моя знакомая, недавно посетившая Бретань, регион на северо-западе Франции, поразилась тому, что в маленьких городках она нигде не встречала молодых людей, словно их корова языком слизала… Статистика объясняет этот феномен просто: страны Евросоюза сползают в демографическую яму – рождаемость в среднем упала до минимальных значений за последние 80-100 лет.
Внешне неброский, но симптоматичный штрих к портрету Европы: здесь, по данным ВОЗ, фиксируется самый высокий уровень потребления алкоголя в мире. Причиной смерти каждого 11-го жителя Европы является передозировка крепкими напитками, что добавляет ежегодно около 800 тысяч человек в общий мартиролог.
Примечательна и градация патриотических настроений у такой прежде драчливой нации, как британцы. В августе прошлого года опрос, проведённый по заказу газеты Daily Express, выявил следующее: «Трое из пяти британцев не стали бы сражаться за Великобританию, если бы страна подверглась нападению» (Three in five Brits would not fight for the UK if the country came under attack). Едва ли у почивавших на протяжении десятилетий на мягких перинах сытого благополучия континентальных европейцев доля отказников будет меньше.
Одно дело амбиции малокомпетентных управленцев во власти, подумывающих о своём выживании в условиях милитаристской истерии или даже войны, а другое дело – наличие амуниции, читай: реального экономического и демографического потенциала для ввязывания в конфликт, который, по определению, будет высокой интенсивности.
Истерика высшей пробы и голоса здравомыслия
Британцы должны быть готовы «жертвовать сыновьями и дочерями ради победы над Россией», торжественно провозгласил главный маршал авиации Великобритании Ричард Найтон.
В интервью газете The Mirror профессор Энтони Глис, специалист по безопасности и разведке из Букингемского университета, рисует апокалиптическую картину ближайшего будущего, когда Россия вторгнется в Европу и «дойдёт до Пиренеев».
«У нас закончатся свежие продукты за считаные дни. Масштабная российская кибератака на критически важную инфраструктуру приведёт к тому, что мы не сможем снять деньги, оплачивать счета, у нас может не быть электричества, газа, и – если Путин захочет – он сможет отключить свет, – кликушествует профессор. – Будет введена карточная система, бензин станет недоступен, лекарства исчезнут».
Затем в Лондоне сформируют пророссийское правительство и – оцените фантазийный кошмар, расписанный профессором Глисом, – «мы станем колонией Путина. Русский будут преподавать в наших школах».
На этом фоне утешительным диссонансом прозвучало заявление с трибуны Европарламента депутата из Португалии Жуана Оливейра: «У Евросоюза проблемы с инфраструктурой, социальной сферой и здравоохранением, но вместо того, чтобы решать их, чиновники в Брюсселе разжигают воинственные настроения под предлогом “российской угрозы”».
Депутат от Германии Михаэль фон дер Шуленбург призвал «нажать на тормоз» и добавил, что Евросоюзу пора остановить милитаризацию, которая заводит его в тупик, и начать переговоры с Россией.
В газете Berliner Zeitung в обстоятельной статье, названной им эссе, известный экономист Джеффри Сакс, выступающий в последнее время и в роли политолога, поделился, судя по всему, итогом многолетних размышлений о взаимоотношениях условного Запада и России:
«Написанная кровью история двух с лишним столетий учит не тому, что России нужно доверять во всём, без оговорок. Она учит тому, что Россию и её интересы безопасности необходимо воспринимать всерьёз. Европа неоднократно отвергала мир с Россией не потому, что он невозможен, а потому, что признание российских опасений ошибочно считалось незаконным. Пока Европа не откажется от этой привычки, она будет оставаться в цикле саморазрушительной конфронтации…»
Окончательный вывод Джеффри Сакса звучит почти как приговор: «Русофобия не сделала Европу безопаснее. Она сделала её беднее, более расколотой, милитаризованной и зависимой от внешних сил». Вот только сомнительно, что эта мысль заставит прозреть самых русофобских лидеров Европы, таких как Фридрих Мерц, Эммануэль Макрон и Кир Стармер, чьи рейтинги колеблются вокруг 15%.
Момент истины, если кто не понял
Объём воинственной риторики, льющейся из уст европейских политиков, подкреплённой конкретными шагами по наращиванию потенциала потенциальной агрессии против России, свидетельствует о том, что континент исчерпал свою модель развития.
Истончение запаса прочности прежнего общественного договора, позволявшего жителям Старого Света на протяжении как минимум семи десятилетий наслаждаться материальным благополучием и психологическим комфортом, толкает сейчас правящие кланы к развязыванию локальной войны, которая якобы «всё спишет».
«Спишет» – это в теории, а в действительности война доведёт до верхнего предела структурно-системный кризис в экономике Евросоюза и представит во всей омерзительной наготе идейное банкротство формальных элит.
Как выразился госсекретарь США Дин Ачесон, утратив империю, Британия другой роли себе в мире не нашла. Точно так же и Европа, а вернее, её правящие классы демонстрируют неспособность вписаться в меняющиеся геополитические реалии. Это когда Китай, первая экономика мира по ППС, отстаивает принципы свободной торговли – без дискриминации и нечестной конкуренции; когда выстроилась очередь на присоединение к интеграционному и антилюдоедскому объединению БРИКС; когда ряд стран Глобального Юга требуют от бывших метрополий возместить постфактум ущерб от многовекового колониального и постколониального ограбления.
«Если с Европы сбить спесь, – язвительно оценивает ситуацию The New York Times, – то она может прийти к тому, что роль декоративного сада на задворках нового мирового порядка её вполне устраивает».
Однако, пока глобалисты ведут дело к радикализации европейских правящих кланов, провоцируют внутреннюю напряжённость в обществе, в том числе через стравливание коренных и не абсорбируемых мигрантов, насыщают информационное поле миазмами человеконенавистнической идеологии («москаляку на гиляку» – это их творение), приучают к мысли о неизбежности панъевропейской войны.
«Назовём вещи своими именами: фашизм в Европе вновь поднимает голову. И на его пути опять только Россия, – констатирует политолог Елена Панина, возглавляющая Институт международных политических и экономических стратегий (РУССТРАТ). – Правы те, кто говорит, что такие, как Рютте, следующую Большую Европейскую войну пережить уже не должны. Чтобы не было у них внуков и правнуков, которые тоже пожелают реванша через 80 лет».
Для достижения этой цели, как верно указывает Елена Панина, «следующая денацификация Европы должна быть проведена дистанционно – самым мощным оружием в мире. Мы не можем каждые 80 лет платить за её “оздоровление” десятками миллионов жизней наших граждан. В принципе, Президент России всё популярно объяснил ещё 2 декабря: “Если Европа вдруг захочет начать с нами войну и начнёт её, то может очень быстро произойти ситуация, при которой нам не с кем будет договариваться”».
Для Европы наступает, нет, вернее, уже наступил момент истины. От правящих кланов требуется всего лишь принять новую реальность и быть готовой в неё встроиться, отказаться от рисковой ставки на милитаризацию как экономики, так и сознания граждан с балансированием на грани вооруженного конфликта. В летописи чётко прописан итог двух прежних крестовых походов тогдашнего «европейского союза» на Восток под водительством Наполеона и Гитлера. Беспамятство никого до добра не доводило.
Война, даже скоротечная и без ядерных обертонов, никак не разрешит накопившиеся проблемы, но окончательно переведёт Европу в статус цифрового концлагеря, что уже подспудно оформляется (как иначе удержать в повиновении разочарованных обывателей), и в условиях диктата Соединённых Штатов поместит в категорию глухой периферии, обладающей ограниченным суверенитетом.
Вспоминаются пророческие строки Блока: «О, старый мир! Пока ты не погиб, Пока томишься мукой сладкой, Остановись, премудрый, как Эдип, Пред Сфинксом с древнею загадкой!.. Россия – Сфинкс».
