Предположим, что коллективный разум украинской хунты или его остатки, задумался над вопросом будущей интеграции Незалежной в культурное пространство ЕС. Культурный багаж для этого у хунты имеется и состоит из целого набора фундаментальных открытий, начиная с шедевра Л. Кучмы «Украина – не Россия» и заканчивая историческими изысканиями Института археологии Украины о древней «трипольской культуре», ставшей предшественницей европейских ариев и породившей тип сверхчеловека (укр. «надлюдина»). Правда, в существующей политической практике хунты эти открытия не используются, а в ход больше идут доказавшие свою надежность способы нацистского контроля над обществом и соответствующее обращение к духам породивших их галицийских упырей эпохи двух мировых войн.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что даже глубоко проработанная концепция «Триполья» хороша только для хуторских селюков западных областей Незалежной и для несмышленной молоди, заливающей адреналином весь бредовый посыл этой концепции. Ведь специалисты в Киеве привычно используют этот гормон как гасящее средство для рассудка.
Короче говоря, расчет на то, что ЕС примет нацистские ужимки и прыжки сегодняшней «правящей элиты» за достойный вклад в европейскую культуру, явно не катит. Надо что-то делать, ведь куранты истории вот-вот пробьют сигнальное время и хунте придется предъявлять европейским хозяевам нечто неоспоримо достойное, чтобы те согласились постоять за нее на фронтах международной дипломатии. Даже если, к примеру, остатки киевского обоза очутятся в Варшаве, то ясновельможному сейму придется объяснить народу, почему духовные наследники Бандеры и волынских палачей пользуются его защитой.
Повторим, коллективный разум хунты по этому поводу озаботился. Точнее, его напрягли сами польские благодетели, не спустившие Зеленскому нового приступа героизации бандеровщины. Хотя от Зеленского другого ждать не приходится. Он давно путает берега между трезвым рассудком и наркотическим бредом, находя в этом свободном плавании возможность для полета фантазии. Таким образом глава хунты уже закончил себе выправление билета в один конец, но речь идет не о нем. По сумме содеянного он потерял право на будущее, что ему в свое время объяснит обманутый, ограбленный и униженный народ Украины. Речь идет об отвратительных выползнях украинского национализма, которых европейские пестователи (пестуны?) хотели бы приберечь для дальнейших боев против России. Повторяя известные исторические примеры, они сбегут от российской армии за рубеж и будут формировать всяческие органы зарубежного правления своей бывшей родиной. И, повторим, ни камлания над могилами вождей-ненавистников всего неукраинского, ни походы в древнюю трипольскую культуру им не помогут. Нужно будет новое культурное слово бегунцам от исторического возмездия. Такое новое-преновое слово, чтобы принявшая их общественность сказала: «Ай, молодцы!»
И вот министр иностранных дел Украины Андрей Сибига такое слово молвил. Он предложил Польше, вместо того чтобы меряться несовместимыми национальными героями, взять за основу совместное почитание какого-нибудь деятеля, который служил и вашим, и нашим. Деятель этот оказался под рукой. Это украинский генерал-хорунжий Марк Безручко, профессиональный военный, не замаравший себя сотрудничеством с заполошными националистами и даже одно время служивший полякам. Краткая историческая справка сообщает, что Марк Безручко родился в 1883 г. в Таврической губернии, в православной крестьянской семье. Начал службу в императорской армии нижним чином и дослужился до адъютанта Генштаба в звании капитана. Награжден орденами и Георгиевским оружием. В 1918 переметнулся в новоявленную Украинскую республику, в которой дослужился до начальника штаба действующей армии УНР.
07.12.1919 г. в составе остатков армии УНР, потерпевшей поражение в ходе наступления Красной армии РСФСР (с востока) и Войска Польского (с запада), был интернирован польскими властями.
В январе 1920 года формировал в Брест-Литовской крепости из остатков интернированных частей украинской армии и мобилизованных на территории, подконтрольной полякам, украинцев, боеспособные части и соединения «армии УНР» в составе Войска Польского.
После подписания Варшавского договора 1920 года, во время советско-польской войны, украинские дивизии Марка Безручко и Александра Удовыдченко совместно с польской армией начали наступление на Киев. 7 мая 1920 года 6-я пехотная дивизия Безручко вместе с польскими войсками вошла в Киев.
В ноябре 1920 года, после прекращения боевых действий и отвода украинских войск за реку Збруч, Безручко был повторно интернирован поляками. Возглавлял военную миссию и интернированный штаб армии УНР в Варшаве.
23 мая по 5 августа 1921 года руководил военным министерством правительства Украинской народной республики в изгнании, член Высшего военного совета УНР. С 1927 года был членом засекреченного украинского Генерального штаба министра военных дел УНР в изгнании генерала Владимира Сальского.
Работал в Варшаве в польском военном картографическом институте.
В 1931-1935 годах — председатель Украинского военно-исторического общества в Варшаве.
Автор книги «Украинские сичовые стрельцы на службе Отечеству». Был редактором и издателем военно-исторического мемуарного сборника «За Державу».
Погиб в Варшаве в феврале 1944 года при невыясненных обстоятельствах.
К справке стоит добавить, что в период его гибели антифашистское подполье в Варшаве возглавляли ставленники польского правительства в Лондоне, готовившие варшавское восстание в августе-октябре 1944 г.
Типичная биография царского офицера инородного происхождения, превратившегося в перекати-поле под влиянием военных ветров. Он служил сначала российскому императору по присяге, но не верой и честью, затем наплевал на присягу и метнулся к Петлюре, а закончил в польской армии, которая имела открытый аппетит на украинскую территорию. Возможно, это стало поводом для его устранения бандеровским подпольем, как знать.
Вопрос сегодня идет о другом: состоятельна ли попытка хунты подменить свои кумиры с волчьим оскалом на перевертыша без царя в голове, способного услужить и нашим и вашим? Ведь речь идет не о коллаборационизме, которого в украинско-польской истории с избытком хватает, а о символе будущей дружбы. Да, Безручко стал безвредным для поляков и последние годы доживал в Варшаве. Возможно, и Андрею Сибиге хотелось бы пойти его путем без досадного финала «по невыясненным обстоятельствам». Но ведь этим образом рушатся кумиры адриналинового поколения националистов с кратким лозунгом «Героям слава». Какой он герой? Какой он идеал? Это приспособленец без любви к Незалежной и ее великому трипольскому наследию.
Варшава, возможно, благожелательно воспримет такую находку хунты, ведь ей предстоит выводить на приемлемый трек две антагонистические параллели: историю взаимной ненависти двух народов по причине волынского геноцида и попытку встраивания Украины в ЕС на общепринятых условиях. А эти условия с самого начала исключают актуализацию «кровавого геройства» УПА» и польскую операцию «Висла», принесшую великие страдания украинцам занятых Польшей территорий после Второй мировой войны.
Операция «Висла» – военно-административная акция польских вооруженных сил 27-28 апреля 1947 года по переселению населения других национальностей, преимущественно украинцев, с юго-восточных земель Польши на северные и западные территории страны. Акция была проведена с целью ликвидации известной своими преступлениями против поляков организационной сети запрещённой в России террористической организации ОУН-УПА* на территории Польши, члены которой, по данным польских спецслужб, пользовались поддержкой местного населения. Операция проводилась в жестких условиях принуждения и несоблюдения прав человека. Применялись внесудебные расправы, депортации, отказ в медицинской помощи.
По завершении операции эти организации фактически прекратили своё существование в стране.
Парламент Польши в августе 1990 года осудил операцию «Висла», а в июле 2007 года она была также осуждена в совместном заявлении Украины и Польши.
Как знать, может быть инициатива Сибиги станет прологом к новой странице польско-украинских отношений?
