Уже на протяжении нескольких десятилетий китайскую экономику привыкли считать самой динамичной в мире. Ее разгон начался с 80-х годов прошлого столетия, когда на смену «большому скачку» (1958–1962 гг.) и «культурной революции» (1966–1976 гг.) пришли реформы Дэн Сяопина. Высочайшая динамика экономического развития Поднебесной даже затмила «экономические чудеса», которые после Второй мировой войны наблюдались в Германии, Японии и Южной Корее. Поднебесная их затмила не только высокими показателями прироста валового внутреннего продукта (ВВП), но также продолжительностью китайского «экономического чуда». Так, в учебниках по экономике продолжительность японского «экономического чуда» определяется хронологическими рамками 1955 – 1978 гг., т. е. восемнадцатью годами. Хронологические рамки «экономического чуда» в ФРГ – с 1948 года до середины 1960-х годов (всего 17 лет). Хронологические рамки «китайского экономического чуда», по мнению некоторых экспертов, охватывают период с конца 1970-х годов до наших дней. То есть его продолжительность превышает четыре с половиной десятилетия.
С начала реформ до конца прошлого столетия экономика Китая многократно демонстрировала приросты ВВП, превышающие 10 процентов в год. Рекорд был зафиксирован в 1984 году – 15,2%.
В нынешнем столетии показатели приростов несколько снизились. В период 2001-2009 гг. темпы составляли в среднем около 9–10% в год. Впрочем, в 2007 году был зафиксирован рекордный скачок – 14,2%. Во втором десятилетии нынешнего века (до 2019 года включительно) среднегодовые темпы прироста ВВП оцениваются в 7,5%.
А вот в 2020 году впервые за четыре десятилетия динамичная китайская экономика «споткнулась». Прирост ВВП составил скромную величину 2,3%. Правда, такое падение динамики не было исключительно китайским феноменом. Дело в том, что так называемая пандемия ковида, объявленная Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), парализовала практически всю мировую экономику. Мировой ВВП в указанном году сократился на 4,3%. Так что на фоне большинства стран мира экономика Поднебесной в 2020 году выглядела вполне прилично. В 2021 году прирост ВВП Китая составил 8,1%. В 2022 году экономика Поднебесной вновь споткнулась. Прирост ВВП составил лишь 3,0%. Причиной замедления эксперты называли последствия политики «нулевой толерантности» к COVID-19 (локдауны ударили по производству и логистике). Итак, в 2020 и 2022 гг. были рекордно низкие приросты ВВП, которые последний раз фиксировались в китайской экономике лишь в 70-е годы прошлого столетия. Партийно-государственное руководство Поднебесной квалифицировало эти сбои как «форс-мажор» и определило, что на ближайшие годы плановые показатели прироста ВВП составят 5 процентов в год. Плановый показатель в последующие три года выполнялся: в 2023-2025 гг. приросты ВВП составляли почти точно 5 процентов.
Поскольку экономическая динамика Китая значительно превышала динамику всей мировой экономики, то доля Поднебесной в мировом ВВП неуклонно росла со времени начала китайского «экономического чуда». Приведу оценки Международного валютного фонда, сделанные с учетом паритета покупательной способности валют. Доля Китая в мировом ВВП (%): 1980 г. – 2,06; 2000 г. – 6,65; 2010 г. – 12,72; 2020 г. – 18,51; 2025 г. – 19,61. Такого стремительного взлета за последнее столетие не демонстрировала ни одна страна мира (может быть, за исключением каких-то экзотических офшорных юрисдикций).
Для справки отмечу, что в 1980 году Китай, самая населённая страна мира, не входил даже в первую десятку мировых экономик. Он отставал от ведущих экономик западного мира, но даже от ряда развивающихся стран. Так, доля Бразилии в 1980 году равнялась 3,97% мирового ВВП, доля Индии – 2,73%. В 2000 году Китай уже стал третьей экономикой мира после США и Японии (у нее доля в мировом ВВП равнялась 6,77%). Впрочем, уже в 2001 году Китай обошел Японию и стал второй экономикой мира.
На фоне стремительного взлета Китая наблюдалось медленное, но неуклонное снижение позиций США в мировой экономике. Приведу долю США в мировом ВВП за те же годы, что и по Китаю (%): 1980 г. – 21,6; 2000 г. – 20,42; 2010 г. – 17,06; 2020 г. – 15,24; 2025 г. – 14,54.
Достаточно часто наталкиваюсь на материалы, в которых авторы называют США «экономикой № 1», а Китай – «экономикой № 2». Это неверно. Такие суждения базируются на сравнении показателей ВВП, рассчитанный по рыночному курсу юаня к доллару США. Правильное сравнение базируется на использовании паритета покупательной способности (ППС) юаня к доллару. А он значительно выше, чем рыночный курс юаня. Пользуясь случаем, напомню, что Китай стал первой экономикой мира ровно десять лет назад, обойдя США по величине реального ВВП (т. е. рассчитанного на основе ППС).
А как обстоят дела в китайской экономике в текущем году? В 1 квартале прирост ВВП, по данным национальной статистической службы, составил 5,0; во втором – 4,3%. В целом по итогам первого полугодия прирост ВВП по сравнению с первым полугодием 2025 года составил 4,7%. Отмечу, что в прошлом году плановый показатель роста ВВП был скорректирован и стал «вилочным» – 4,5-5,0%. Итак, в первом квартале плановый показатель выполнялся. А вот по итогам второго квартала оказался невыполненным. Хуже ситуация была только в пандемийные годы.
Динамика китайской экономики могла быть ещё хуже, но существенная часть прироста ВВП была обеспечена за счет активного наращивания экспорта и увеличения профицита внешней торговли (превышение экспорта над импортом). По данным китайской таможенной статистики, положительное сальдо внешнеторгового баланса КНР по итогам 2025 года составило 1,2 триллиона долларов. Впервые данный показатель пробил планку в один триллион. Это исторический максимум не только для Китая, но и для всех стран мира. За счет рекордного профицита обеспечена примерно треть (32,7%) прироста ВВП Китая в прошлом году. Эксперты говорят, что это рекордный вклад внешней торговли в экономический рост Китая с 1997 года. Для сравнения: в 2021 году этот вклад оценивался в 19,5%.
Трамп и его команда, вводя в прошлом году протекционистские меры в сфере внешней торговли, рассчитывали, что главный удар будет нанесен по Китаю. Но они просчитались. Поднебесная сумела адаптироваться к новым реалиям, переориентировав часть своего экспорта с США на другие страны, в том числе страны-члены АСЕАН и БРИКС.
За первую половину текущего года экспорт вырос на 17,6%. В июне он вырос на 27 %. Государство активно стимулирует вывоз китайских товаров на мировой рынок с помощью кредитов, субсидий и налоговых льгот (фактически игнорируя запреты Всемирной торговой организации на государственную поддержку экспортеров). Особую ставку Пекин делает на продукцию, связанную с искусственным интеллектом (полупроводники и прочие компоненты электроники, вычислительное оборудование и др.). Также наращивается экспорт аккумуляторов, солнечных панелей, электроавтомобилей.
За 1 половину 2026 года профицит торговли Китая составил 576 млрд долл., что лишь на 10 млрд долларов меньше показателя первой половины 2025 года. Многие эксперты уверены, что и в этом году профицит внешней торговли превысит планку в 1 трлн долларов. Впрочем, есть скептики, которые обращают внимание на новые для Китая барьеры, которые в этом году возникли или могут возникнуть. Например, Брюссель грозит до конца года ужесточить режим импорта странами ЕС китайских товаров (на сегодняшний день ЕС является вторым для Китая торговым партнером после АСЕАН).
Главным фактором начинающегося торможения китайской экономики эксперты называют снижение или даже падение спроса на внутреннем рынке Поднебесной. Розничные продажи во втором квартале практически перестали расти: показатель увеличился лишь на 0,2% год к году после роста на 2,4% в январе - марте. Инвестиции в основной капитал сократились на 5,7% за первое полугодие, ускорив падение с 4,1% за первые пять месяцев года.
Долгие годы главным драйвером китайской экономики был рынок недвижимости. Сегодня на нем наблюдается самый резкий спад с 1992 года: инвестиции в строительство жилья и коммерческой недвижимости в январе–июне упали на 18%, стоимость проданных в новостройках квартир – на 13,6%. За период 2021-2025 гг. доля в ВВП сегмента жилищной недвижимости с учетом строительства и ряда других компонентов сократилась с 25% до 19%. На рынок недвижимости прямо или опосредованно завязаны многие отрасли китайской экономики, поэтому спад на этом рынке с некоторым временным лагом отразится на них.
Некоторые наблюдатели и эксперты посчитали, что длительное «экономическое чудо» Китая завершилось в пандемийный период 2020-2022 гг. Другие посчитали, что это было время «форс-мажора» и что после его завершения китайское «экономическое чудо» продолжится. Но, судя по тому, что мы наблюдаем в экономике Поднебесной в этом году, на китайском «экономическом чуде» можно поставить точку.
По оценкам МВФ, прирост ВВП Китая по итогам 2026 года составит 4,4%. Да, конечно, на фоне ряда других стран очень неплохо. Вот оценки на этот год по некоторым другим экономикам (%): США – 2,3; Япония – 0,7; Германия – 0,8. Вместе с тем ряд стран уже на протяжении нескольких лет имеют темпы экономического роста более высокие, чем Китай. Среди них я бы особенно выделил Индию, Вьетнам и Индонезию. МВФ оценивается приросты ВВП у названных стран соответственно в 6,5; 7,1; 5,0 %. Особо обращу внимание на Индию, которая уже достаточно долго занимает третье место в мире по величине ВВП (после Китая и США). В прошлом году доля Индии в мировом ВВП составила 8,21%. Некоторые эксперты считают, что именно Индия может получить звание «локомотива мировой экономики», которое более четырех десятилетий принадлежало Поднебесной.
