Зачем Германии Южный Судан?

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Раздел единого ещё недавно Судана и отделение от него Южного Судана (со столицей в Джубе) – проект, получивший активную поддержку Берлина. Речь идёт не только о политической поддержке, но и о программах по созданию органов власти и административного аппарата в новообразовавшемся государстве. Сообщалось об участии в создании конституции Южного Судана юристов-международников из Института сравнительного публичного и международного права им. Макса Планка в Гейдельберге; о приглашении в Германию по линии Фонда им. Конрада Аденауэра суданских сепаратистов; о консультационных услугах, оказываемых властям Южного Судана различными министерствами ФРГ; о присутствии с 2005 г. в Южном Судане немецких солдат. 

Интерес Берлина к этой далекой и неспокойной африканской стране обусловлен как экономическими, так и геостратегическими соображениями. На территории Южного Судана находятся три четверти всех запасов суданской нефти, он граничит с Кенией и Угандой – странами, которые принято считать прозападными. Хартум же занимал антизападную позицию, за что, видимо, и поплатился расчленением страны. Можно вспомнить, что свой первый визит президент Южного Судана Салва Киир нанес в Тель-Авив, где встречался с президентом, главой МИД и министром обороны Израиля. Речь шла об экономическом сотрудничестве Джубы и Тель-Авива и об открытии в Израиле посольства Южного Судана. Израильское политическое и экономическое присутствие в Восточной Африке является традиционно сильным. Отношения Германии и Израиля по всем параметрам являются партнерскими. Уганда и Кения всегда находились в поле зрения Тель-Авива, поскольку присутствие в первой означало контроль над стратегически важным пунктом в глубине Восточной Африки, а во второй – обеспечивало транзит из Израиля в Индийский океан. Это же позволяло израильтянам с тыла воздействовать на политику своих недругов из числа мусульманских государств Северной Африки – Египта, Судана и др. 

Сейчас в интересах Уганды и Кении - сближение Южного Судана с Восточноафриканским сообществом, которое также считается объединительным проектом прозападного толка. Тесная кооперация Джубы с Восточноафриканским сообществом свяжет Южный Судан множеством нитей с Кенией и Угандой,  у которых близость богатого нефтью региона также вызывает несомненный интерес. Джуба, в отличие от Хартума, не имеет выхода к морю для транспортировки своей нефти на внешний рынок. 

Свои порты для транспортировки нефти согласна предоставить Кения. Кроме того, кенийцы еще в 2005 г. заявляли о намерении открыть в Южном Судане свое консульство, чтобы способствовать привлечению на рынок южно-суданской нефти кенийских компаний. Военное сотрудничество между Джубой и Найроби также набирает обороты. Ставки настолько высоки, что правительство Кении неоднократно выражало готовность взяться за обучение нескольких тысяч южно-суданских полицейских, а ВВС Уганды подвергали бомбардировкам позиции сторонников бывшего вице-премьера Южного Судана Риека Мачара (Кампала, правда, это отрицает). Р. Мачар – представитель народности нуэр, президент Южного Судана Салва Киир – представитель народа динка. Между этими двумя крупными южно-суданскими народностями существует застарелый конфликт,  что проявилось в полной мере, как только Джуба получила независимость от Хартума. 

Политика Берлина в отношении Судана следует в целом в русле политики Вашингтона и Лондона, а именно: расчленение единой некогда страны и отделение Южного Судана должно означать не только отсечение от Хартума крупного района, имеющего важное стратегическое значение, но и переход контроля над большей частью нефтяных богатств суданской территории в другие руки. В данном случае интересы Германии, США и Великобритании совпадают – эти западные державы стремятся «защитить» Восточную Африку от проникновения Китая... На сегодня более половины суданской нефти экспортируется в КНР, а китайские рабочие и инженеры в Судане уже давно не редкость. 

Сотрудничество Пекина и Хартума – это не только нефть, но и вооружение. Судан получает из Китая и танки, и самолеты, и артиллерийское вооружение. Международная изоляция Хартума, предпринятая силами трех ведущих западных государств (США, Великобритания, Германия) подтолкнули Судан к еще большему сближению с Пекином, но это не означает, что Пекин не ищет возможности сотрудничества с южно-суданскими властями. Для Запада важно сделать так, чтобы нефтяные контракты в Южном Судане прошли мимо китайцев. Несмотря на то, что западным концернам удалось первыми закрепиться на рынке южно-суданской нефти, китайское присутствие там становится все заметнее. 

Следует признать, что Хартум предоставил Западу немало поводов для вмешательства в ход конфликта, проводя политику арабизации и исламизации южно-суданских провинций, населенных христианами. Теперь Вашингтон, Лондон и Берлин позиционируют себя как борцы за права южно-суданского населения. Правда, затяжные межэтнические конфликты раздирают многие африканские страны и далеко не все из них удостоились «счастья» стать предметом заботы западных поборников демократии. Южному Судану «повезло», потому что у него есть нефть.

Внимание Берлина к Восточной Африке – не новое веяние в германской внешней политике, а хорошо забытое старое. В конце XIX века Германская Восточная Африка включала Кению, Танзанию, Руанду и Бурунди. Сегодня эти страны являются членами прозападного Восточноафриканского сообщества, в зону влияния которого предполагается втянуть Южный Судан. 

Впрочем, германские эксперты не уверены, что Берлину стоило вмешиваться в события в этой части планеты. Южный Судан быстро сползает в пучину межплеменной войны. Нет никакой уверенности в том, что конфликт не перекинется на соседние страны и вся Восточная Африка не погрузится в пучину затяжных вооружённых столкновений.