Зоны деэскалации – новый важный элемент в сирийской стратегической игре
1000

Зоны деэскалации – новый важный элемент в сирийской стратегической игре

Российская инициатива с созданием в Сирии четырёх зон деэскалации серьёзно перемешала карты в ближневосточном стратегическом пасьянсе. Для многих эта инициатива стала неожиданностью, поскольку раньше с похожей идеей («зоны безопасности») настойчиво выступали американцы, имея в виду поддержку сил оппозиции в борьбе с Башаром Асадом. Разрабатывал эту идею влиятельный Вашингтонский институт изучения Ближнего Востока, её энергично продвигали представители прежней администрации. Солидаризовалась с названной идеей и новая команда в Белом доме. Вот почему на этот раз в Вашингтоне, вопреки привычке отбрасывать всё, что исходит из Москвы, инициативу России вынуждены были поддержать и госсекретарь Р. Тиллерсон, и президент Д. Трамп. А на подписании соответствующего документа в Астане присутствовал помощник госсекретаря по Ближнему Востоку Стюарт Джонс, хотя США первоначально взирали на «астанинский процесс» крайне скептично. Сработал известный принцип дзюдо, когда сила противника была обращена на него самого. Примечательно, что и сирийская оппозиция, отказавшаяся в Астане подписать соглашение как для неё невыгодное, сейчас, по признанию Дамаска, в основном его соблюдает. Более того, руководитель оппозиционного центра наблюдения за правами человека (Syrian Observatory for Human Rights) Рами Абдель Рахман признал, что уровень боевых операций правительственных войск в очерченных пределах существенно понизился.

Зоны деэскалации не должны служить полигоном по отработке раздела Сирии

На сегодняшний день зоны деэскалации в предложенном Россией виде, решая в первую очередь задачи защиты населения, одновременно отвечают интересам сохранения сирийской государственности и законной власти. Они наконец-то позволяют Дамаску полностью сосредоточиться на борьбе с «Исламским государством» (ИГ). Это уже проявилось в успешном наступлении правительственных войск на востоке провинции Алеппо с севера на юг вдоль Евфрата. Освобождена важная авиабаза Джира; сконцентрированы значительные силы вокруг Пальмиры, начались операции по скорейшей деблокаде находящегося почти три года в осаде гарнизона в Дейр-эз-Зоре численностью до 4 тыс. бойцов. Появление здесь большой группировки позволяет Дамаску сорвать попытки «умеренной оппозиции» отсечь правительственную армию от иракской границы. Появилась надежда, что в районе провинции Дейр-эз-Зор сирийским правительственным войскам удастся соединиться с союзнической, по существу, армией Ирака. 

Принципиально важно и то, что в зонах деэскалации не должно быть иностранного военного присутствия, враждебного официальным властям. Эти зоны не должны служить плацдармом для интервенции или полигоном по отработке раздела Сирии. Присутствие турецкой армии на севере страны и американского спецназа в курдских районах остаётся незаконным. А Турция, подписав соглашение в Астане, дезавуировала тем самым свои прежние попытки провозгласить «зоной безопасности» оккупированную ею полосу сирийской территории между Джераблусом и Аззазом.

Пока можно сказать, что в целом зоны деэскалации оправдывают возложенные на них надежды. Тем не менее в дальнейшем не исключено возникновение проблем, связанных как с различной интерпретацией достигнутого соглашения, так и с попытками размыть его суть.

Что происходит на иордано-сирийской границе

Некоторые аналитики в Израиле поначалу утверждали, что речь идёт об установлении в Сирии «трёх зон влияния»: к востоку от Евфрата и на юге в сторону Иордании и Израиля – США, к западу и в центре – России и на севере – Турции. При этом Иран и все союзные ему иностранные шиитские подразделения должны были бы покинуть страну. Об этом якобы договорились Трамп и Путин. Возможно, такая интерпретация проистекала из действительных намерений американской стороны, ставших известными израильтянам. Однако, когда выяснилось, что гарантами соглашения должны быть Россия, Турция и Иран, а никак не США, которые лишь молча согласились с российско-турецко-иранским соглашением, настроения в Израиле резко переменились. Была высказана особая озабоченность возможным присутствием в одной из зон деэскалации – в иордано-израильско-сирийском треугольнике (провинции Кунейтра и Дераа) – иранских наблюдателей и подразделений. По данным DEBKAfile’s, израильское правительство направило Москве и Вашингтону свои замечания, в которых говорилось о «неприемлемости» присутствия иранских военных наблюдателей на границах Израиля. На возможное размещение в этой зоне российских и турецких миссий наблюдения Израиль также смотрит «с недоверием»; военное командование полагает, что данная зона, особенно если над нею будет установлен бесполётный режим, затруднит для израильской армии контроль за действиями ливанской «Хизбаллы». Возникнут препятствия и для нанесения воздушных ударов по возможным поставкам в Сирию «продвинутых вооружений» из Ирана. Однако обеспокоенность в Израиле значительно спала после того, как Москва заверила, что в южной зоне не будет ни турецких, ни иранских наблюдателей, а только российские. Имеется также понимание, что эти функции могли бы выполнять присутствующие на Голанских высотах силы миссии ООН по разделению (UN Disengagement Observer Force). Вполне вероятно, что проблема обсуждалась и во время недавнего телефонного разговора министров обороны России и Израиля С. Шойгу и А. Либермана.

Негативно к «зональному плану» отнеслось руководство основной политической силы сирийских курдов – Партии демократического союза. По мнению ПДС, «это путь к секторальному разделу страны». Вероятно, сирийские курды увидели здесь угрозу своему проекту федерализации Сирии по принципу выделения национальных автономий, хотя это как раз угрожает целостности страны куда больше. Кроме того, курды, очевидно, почувствовали аппетит к освобождению от ИГ новых территорий на востоке Сирии. И, конечно, введение «зон» неудобно курдским формированиям тем, что высвобождающиеся правительственные части могут вновь перехватить у них инициативу в борьбе с ИГ на востоке.

За всем этим угадывается скепсис Вашингтона. Там ещё не выработали до конца своё отношение к идее зон деэскалации. Отвергнуть эту идею после собственных многолетних призывов к установлению таких зон не вполне удобно. Принять – не хочется, потому что в нынешнем виде эти зоны больше на пользу Дамаску. Скорее всего, в Вашингтоне возьмут курс на постепенное выхолащивание идеи за счёт увеличения количества подобных зон. Возможно, «откровения» израильтян по поводу намерения американцев создать в Сирии крупнейшую сферу собственного контроля были вовсе не безосновательны. Именно в этом направлении развиваются сейчас события в южной Сирии, куда вторгаются из Иордании вооружённые отряды сирийской оппозиции, тренируемые американскими советниками.

Попытки увеличить количество зон деэскалации за счёт территорий, подконтрольных США и Турции, несостоятельны. Прежде всего, с этим никогда не согласится правительство Сирии. Кроме того, смысл создания подобных зон – в прекращении там военных действий, отделении «умеренных» оппозиционеров от «радикалов» и налаживании нормальной гражданской жизни. Первые два условия уже выполнены. И, согласно принципу, известному как «бритва Оккама», не следует умножать сущности сверх меры. Ну а по поводу увеличения поставляемой в зоны деэскалации гуманитарной помощи из США и Турции (сейчас такая помощь очень отстаёт от военных поставок) никто возражать не будет.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.