header
Ашура в Ираке
"94623"
Размер шрифта:
| 03.11.2021 Политика 
1276
4.82
5
1
17
Оцените публикацию: 1 2 3 4 5 4.82
logo

Выборы прошли. И что дальше?

«Протесты будут продолжаться до тех пор, пока мы не добьёмся пересчёта голосов или даже не проведём новые выборы»

Проведенные в Ираке 8-10 октября досрочные парламентские выборы обернулись для властей новыми проблемами. В столице и других крупных городах центральной и южной части страны развернулись массовые акции протеста против объявленных 17 октября результатов. Радикальные шиитские группировки, ориентированные на Иран, потеряли значительное количество мест в парламенте и отреагировали резко.

Демонстранты заблокировали главную дорогу, связывающую Багдад с северными провинциями. В провинции Васит горящими шинами была блокирована трасса к северу от города Кут, в Басре – основные магистрали в центре провинции. Представитель группировки «Катаиб Хезболла» Абу Али аль-Аскари призвал подать в суд на премьер-министра Мустафу аль-Кязыми за «манипуляции» и пригрозил «нежелательными для правительства последствиями». Движение Аммара аль-Хакима объявило, что будет добиваться отмены результатов выборов: «Протесты будут продолжаться до тех пор, пока мы не добьемся пересчета голосов или даже не проведем новые выборы».

20 октября протестующие потребовали провести судебный процесс над главой и членами Высшей независимой избирательной комиссии Ирака (IHEC) «для справедливого наказания за совершенные ими правовые нарушения». Возле штаб-квартиры IHEC был разбит палаточный лагерь, который заполнило множество молодых крепких мужчин. Массовые митинги охватили и район правительственных учреждений (бывшая «Зеленая зона»), причем настрой участников решителен – они пригрозили военными действиями, если их требование ручного пересчета голосов не будет выполнено.

«Народное ополчение» – это не просто проиранское движение, это хорошо организованное и вооруженное формирование, построенное по армейскому принципу. Его командование оперативно издало документ, в котором по-военному коротко и четко поставлена задача: «Предоставить бойцам ополчения отпуск с выплатой каждому по 50 тыс. динар и направить для поддержки митингующих. Обеспечить гражданским транспортом, питанием, ночлегом, а также агитационными материалами». В другом приказе отмечено, что тех, кто откажется от участия в акциях, ждет невыплата денежного содержания с внесением в списки неблагонадежных.

Приказ о направлении бойцов «ополчения» для участия в акциях протеста. Датирован 21.10.2021

Приказ о направлении бойцов «ополчения» для участия в акциях протеста. Датирован 21.10.2021

IHEC дрогнула 19 октября: «На сегодняшний день мы получили 1300 апелляций на результаты парламентских выборов. Не все поданные обращения могут доказать факт фальсификации всеобщих выборов, однако они будут приняты во внимание и рассмотрены. Окончательные результаты досрочных парламентских выборов будут объявлены через 17 дней».

Протестующие стали наращивать давление, обвиняя уже не только избирательную комиссию, но проводников иностранного влияния, в том числе со стороны ООН. Примечательно, что премьер-министр Израиля Нафтали Беннет приветствовал промежуточные результаты выборов: «Мы внимательно следим за развитием событий в Ливане и Ираке. В обоих случаях мы видим события и тенденции, которые начинаются снизу, подъем сил, уставших от иранского контроля со стороны «Хезболлы» в Ливане или шиитских ополчений в Ираке, которые потерпели серьезный удар на выборах». Глава израильского правительства выразил надежду на то, что ливанский и иракский народы успешно освободятся «от мертвой хватки КСИР и построят себе лучшую жизнь».

Тут Беннет не просто отошел от протокола. Во-первых, он явно перепутал страну, вмешательство которой влечет гибель тысяч людей и обрекает миллионы на страдания. А главное, ослеплённый ненавистью к Ирану, израильский премьер фактически подталкивает Ливан к новой гражданской войне. Доказательством тому служит резкое обострение отношений с Бейрутом (вплоть до отзыва послов и экономической блокады) стран, развязавших агрессию в Йемене (Израиль активно эту агрессию поддерживает) только из-за того, что ливанский министр назвал вещи своими именами. Политика Тель-Авива в отношении Багдада аналогична: чем хуже будет там ситуация, тем лучше для еврейского государства.      

Что касается ООН, то эта «самая авторитетная международная организация» не упустила случая в очередной раз дискредитировать себя: из штаб-квартиры в Нью-Йорке в Багдад было направлено поздравительное послание народу и правительству Ирака по случаю парламентских выборов, которые прошли «гладко и отличались значительными техническими и процедурными улучшениями по сравнению с предыдущими». Шиитский религиозно-политический лидер Муктада ас-Садр приветствовал заявление Совета Безопасности ООН и заявил, что такая поддержка удовлетворит всех относительно достоверности результатов выборов. Одновременно он назвал действия протестующих «постыдными» и угрозой стабильности Ирака.

Огонь оказался настолько близко к фитилю новой гражданской войны, что IHEC дрогнула ещё раз: 26 октября было объявлено о начале ручного пересчета результатов выборов. Эта процедура затронет около 2000 из 3681 избирательного участка страны. Комментариев от ООН на этот раз не последовало.

Ставка оппозиции на силовую составляющую не могла не обеспокоить федеральные власти и 23 октября в Багдаде обьявили о создании нового шиитского ополчения. Группировка получила название «Катаиб аль-Мухандис» в честь Абу Махди аль-Мухандиса,  который был убит 3 января 2020 года в аэропорту Багдада американским беспилотником вместе с иранским генералом Касемом Сулеймани. Уже исходя из названия многие отнесли ее к проиранским, хотя власти подчеркивают, что новое формирование якобы не связано с «народным ополчением» Х. Файяда и подчиняется напрямую премьер-министру. В своем первом заявлении «новое ополчение» не стало мелочиться: «Мы будем сильным фронтом для защиты безопасности и стабильности Ирака вместе с иракской армией и другими службами».

Еще больше тумана напустило указание М. ас-Садра закрыть штаб-квартиры своего военизированного ополчения «Сарайя ас-Салам» («Роты мира») в 11 провинциях, за исключением четырёх – Багдад, Кербела, Наджаф и Салах эд-Дин. Он назвал свое решение «проявлением доброй воли» и призвал ополченцев продолжить службу на благо страны без оружия. Без сомнений, это очередной популистстский ход, возможность реализации которого близка к нулю. Одновременно Муктада ас-Садр демонстрирует уверенность в том, что именно ему предстоит решать, кто возглавит страну после формирования нового состава парламента. Известие о ручном пересчете голосов он прокомментировал язвительно: «Очень вероятно, что после пересчета проигравшие получат еще более огорчительные результаты». Однако всё может оказаться иначе.

Движение садристов получило, согласно промежуточным данным, 73 места, а для большинства в парламенте необходимо 165 мандатов. У М. Ас-Садра не очень хорошие отношения с арабами-суннитами и курдами, а в последнее время и многие шииты предпочитают не иметь с ним дел. Так, 24 октября состоялась очередная координационная встреча шиитских фракций, созванная по инициативе бывшего премьера Нури аль-Малики; садристов на заседание не пригласили, ясно дав понять, что с ними говорить не о чем.

Между тем от того, какой будет коалиция парламентского большинства, зависит многое. Уже ясно, что пост президента Ирака сохранит Бархам Салех, а спикером парламента останется Мухаммед аль-Халбуси, но ключевой является должность премьер-министра, а здесь ситуация неопределённая. Многое говорит о том, что правительство возглавит новый человек, а кто он – непонятно.

В этих условиях вновь оживились отряды запрещённого в России ИГ*, которые демонстративно атаковали крупные армейские гарнизоны. 27 октября нападению подверглось одно из подразделений 11-й пехотной дивизии, расположенной в столичном пригороде Рашидия. Завязавшийся бой был настолько интенсивным, что армейское командование вызвало на помощь фронтовую авиацию. В тот же день боевики атаковали базу иракской армии в провинции Салах эд-Дин – как минимум двое военнослужащих погибли, около 10 получили ранения.
 

В тот же день террористы ИГ* атаковали шиитскую деревню в провинции Дияла, убив 13 мирных жителей и ранив 15. Прибывшие подразделения «народного ополчения» обвинили в нападении суннитов из соседней деревушки и совершили туда рейд, в результате которого были убиты семь человек. Десятки суннитских семей покинули свои дома, опасаясь мести «ополченцев». Для предотвращения эскалации между суннитами и шиитами в район Микдадия были срочно переброшены армейские части, с 28 октября там введен комендантский час.  

30 октября нападению подвергся полевой лагерь «пешмерга» в провинции Киркук. В результате интенсивного обстрела с применением гранатометов, минометов и снайперского огня погибли двое военнослужащих, имеются раненые. Вспышку насилия осудили премьер-министры Ирака и курдской автономии, а миссия ООН в Ираке выпустила очередное пафосное заявление: «Для борьбы с непрекращающимися угрозами и насилием, которые подрывают стабильность Ирака, национальное единство имеет ключевое значение. Те, кто стремится навредить и разделить, не смогут этого сделать, если иракцы будут единым целым». Утверждение верное, но на практике все иначе.

Наибольшая террористическая активность отмечается в провинциях Киркук. Дияла, Нейнава и Салах эд-Дин. Ранее Эрбиль и Багдад объявили о достижении соглашения по созданию совместных бригад федеральных войск и пешмерга, в конце октября премьер  аль-Кязыми объявил о включении 20-й бригады пешмерга в структуру министерства обороны. Решение вызвало многочисленные вопросы, поскольку тыловое обеспечение, финансирование и снабжение остается за министерством пешмерга.

Особо следует отметить то, как оценивает отношения между силовыми структурами Багдада и Эрбиля глава ДПК Масуд Барзани. В своей книге, вышедшей в октябре и моментально ставшей в Курдистане бестселлером, он особо остановился на событиях 26 октября 2017 года. В его изложении, четыре года назад иракская армия и шиитское «народное ополчение» развернули крупномасштабное наступление против сил пешмерга с целью установления контроля над территориями Курдистана и ослабления или уничтожения конституционного образования автономного региона в ответ на успех референдума о независимости. При попытке захватить район Пишабур, где находится стратегический пограничный переход, соединяющий Иракский Курдистан с Сирийским Курдистаном, наступавшие применяли современное вооружение, первоначально поставленное США для помощи иракской армии в ее войне против ИГ.  

Масуд Барзани, который тогда был президентом Курдистана и главнокомандующим курдскими вооруженными силами, прямо указывает: «26 октября 2017 года курдские силы яростно сражались против войск Ирака и «народного ополчения», которых поддерживали иранские военные и ливанская «Хезболла»... Это было крайним оскорблением со стороны премьер-министра аль-Абади, позволившим внешним силам диктовать условия переговоров с курдами, после чего я решил не продолжать переговоры».

Ещё более показательно мнение президента Иракского Курдистана Нечирвана Барзани. Выступая 26 октября в Эрбиле на форуме Института исследований Ближнего Востока (MERI), он оценил обстановку так: «Сунниты Ирака постоянно опасаются своего будущего. Иракские шииты всегда говорят о прошлом: они боятся прошлого. Однако курды в Ираке опасаются своего прошлого, настоящего и будущего. Пока сохраняется этот страх, вы не можете вернуть стране политическую стабильность».

28 октября Министерство нефти Ирака сообщило, что в нынешнем году дополнительные доходы от продажи чёрного золота составили 16 млрд. долларов, а всего за год продажа нефти должна принести в бюджет более 132 млрд. По словам представителя министерства, эти средства «будут способствовать снижению инфляции и объема государственного долга».

Неизвестно, согласится ли иракская сторона возместить долг российской компании ЛУКОЙЛ, которая сообщила, что «по состоянию на 30 июня 2021 года стоимость нефти, которая должна была быть получена от Ирака в качестве компенсации наших расходов по проекту Западная Курна-2 и нашего вознаграждения, составляла 500 миллионов долларов». Не вызывает сомнений, однако, что необходимые средства будут выделены на новый проект МО Ирака.

Как уже сказано, основная террористическая активность отмечается во внутренних районах, но военное командование сосредоточилось на инженерном оборудовании границы с Сирией. Еще в 2019 году был утвержден план прорыть ров шириной 3 и глубиной 3 метра протяженностью 220 км, чтобы «предотвратить передвижение остатков [запрещённого в России] «Исламского государства»*. Вскоре после окончания работ летом текущего года выяснилось, что вследствие песчаных бурь от рва осталась лишь канава, и теперь намечено возвести бетонную стену, дополнив ее системами видеонаблюдения и тепловизионными камерами, подключенными к онлайн-серверу, на котором будут отслеживаться все передвижения. Учитывая, что протяжённость ирако-сирийской границы превышает 560 км, там есть над чем ещё спокойно поработать.

Заглавное фото: REUTERS/Thaier Al-Sudani

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.

Статьи по теме

Комментарии для сайта Cackle

Вы уже отметили данную новость.

Вы можете отмечать новость только 1 раз в сутки.