Согласно информации японских СМИ, в конце мая официальная делегация из Токио, имена участников которой не разглашаются, вела в Москве переговоры в ряде профильных российских министерств и бизнес-ассоциаций, включая производителей удобрений, палладия, алюминия и других металлов, а также поставщиков сжиженного природного газа (СПГ) и нефти. Заявленной целью консультаций стало обсуждение защиты активов работающих в России десятков японских компаний, среди которых такие крупные холдинги, как Mitsui & Co., Mitsui O.S.K. Lines и др.
По словам Хидэхико Исии, главы отдела по связям с Россией Министерства экономики, торговли и промышленности Японии, на этот раз повестка не включала в себя новое экономическое сотрудничество между двумя странами. Согласно итоговому заявлению, переговоры были «прагматичными и конструктивными», достигнута договорённость об их продолжении, антироссийские санкции Японии не обсуждались.
Едва ли по случайному совпадению, также начиная с мая, японская нефтеперерабатывающая компания Taiyo Oil возобновила крупные закупки с проекта «Сахалин – 2» на фоне кризиса на Ближнем и Среднем Востоке. Японский кабмин до того заключил соглашение с Минфином США (декабрь 2025 г.) о продлении санкционных исключений по нефти для «Сахалина – 2», так как действующая генеральная лицензия истекала 18 июня 2026 г.
Токио подобные от Вашингтона послабления для нефтеимпорта с «Сахалина – 2» получает ежегодно, начиная с 2022 г., поскольку поставки эти технологически неразрывно связаны с давними, притом долгосрочными (вплоть до середины 2030-х гг. включительно) контрактами Японии по российскому СПГ.
В июне Япония увеличила импорт СПГ из России на 52% – в годовом исчислении до 382 тыс. тонн (за июль предварительная цифра роста – не менее 30%), а с начала года поставки российского СПГ в Японию выросли незначительно – на 0,3% до 2,905 млн тонн.
В том же июне импорт российского газа рекордно вырос на 52%. Закупки же Страной восходящего солнца российского энергетического угля в первом полугодии увеличились на 15,8%. На энергоресурсы приходится 61,1% импорта Японии из РФ в первом полугодии. Поставки американского СПГ в Японию в июне выросли на 51% – в годовом исчислении до 410 тыс. тонн, хотя с начала года импорт из США сократился на 7% – до 2,507 млн тонн. С Ближнего Востока прибыло всего два танкера общим объемом 126 тыс. тонн, что значительно меньше, чем 356 тыс. тонн за аналогичный период прошлого года.
Напомним, весной 2023 г. правительство и МИД Японии объявляли о планах поэтапно отказаться от зависимости от российских энергоносителей, включая уголь и нефть, однако не стали заставлять две свои крупные компании – Mitsui&Co и Mitsubishi Corporation – выходить из «Сахалина – 2» или сокращать энергоимпорт из России.
Как известно, нефть является побочным продуктом сахалинского газового проекта, а технологически без регулярных добычи и отгрузок сырья снизятся и добыча газа, и производство СПГ. Что касается последнего, то «Сахалин – 2» ныне обеспечивает 9-10% ежегодного СПГ-спроса Японии. Некоторые японские источники сообщали с начала 2026 г. о фактической 11-12-процентной доле того же проекта в спросе страны по СПГ.
Северосахалинский «Сахалин – 2» обеспечивает производство примерно 11,5 млн тонн СПГ в год. На 2026 год структурам «Газпрома» принадлежит около 77,5% проекта, в то время как японским компаниям – 22,5% (Mitsui&Co – 12,5, Mitsubishi Corporation – 10%). Акционеры из Японии сохранили здесь свое участие не только благодаря их политике в отношении РФ, но ввиду прямого разрешения национального правительства (июнь 2022 г.), признавшего проект «критически необходимым» для энергетической безопасности. Такое разрешение подтверждалось в 2023 и 2025 гг.
За первое полугодие 2026 г. Япония нарастила импорт нефти из России на рекордные 245,5% в сравнении с аналогичным периодом прошлого года. Так, в мае и июне 2026 года японские энергетические гиганты Taiyo Oil, Idemitsu Kosan и Eneos совокупно импортировали из России (в основном с «Сахалина – 2») около 1,53 млн баррелей нефти, предварительная оценка июля – не менее 1,47 млн барр. За май-июль (в целом) это почти на 20% выше показателей предыдущих трёх месяцев.
На фоне эскалации ближневосточного кризиса правительство Такаити стремится снизить давнюю 85-процентную зависимость от импорта энергоресурсов из неспокойного региона. Со второй половины 2025 г., после почти 10-летнего перерыва, наращиваются поставки нефти и СПГ из стран Юго-Восточной Азии и западной Океании (Бруней, Индонезия, Малайзия, Папуа–Новая Гвинея). Быстро растёт импорт из Австралии, являющейся к настоящему времени ведущим поставщиком СПГ в Японию (25 млн тонн за последний год). Второе место уверенно занимает Малайзия (9 млн тонн.), а третье – Россия (5,4 млн тонн.).
Надо отметить, что Япония имеет максимально диверсифицированную базу СПГ-экспортёров. В 2025 году поставки шли почти из 20 стран (включая центральноафриканскую Экваториальную Гвинею и южнокарибский Тринидад и Тобаго), причём большинство их контролируется японскими нефтегазовыми компаниями, включая владение газовозами (почти 20% всего их флота – под флагом Японии) и/или крупными долями в СПГ-заводах в странах-поставщиках. В то же время диверсифицированная стратегия закупок СПГ не в состоянии полностью защитить страны от волатильности на мировых энергетических рынках, и в этой связи вовсе не случайно, что с 2021 года, несмотря на санкционную истерию, Япония так и не сократила импорт СПГ российского происхождения.
