Мировая энергетика: от «сланцевой революции» к здоровому прагматизму? (II)

telegram
Более 60 000 подписчиков!
Подпишитесь на наш Телеграм
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться
dzen
Более 120 000 подписчиков!
Подпишитесь на Яндекс Дзен
Больше аналитики, больше новостей!
Подписаться

Часть I

Прошедшая 29-30 мая в Брюсселе двухдневная, уже восьмая по счету, международная конференция «Энергетический диалог: Россия-ЕС. Газовый аспект» вновь не смогла преодолеть тупик, образовавшийся в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области. Руководство Евросоюза по-прежнему настаивает на присоединении России к так называемому «Третьему энергетическому пакету», предусматривающему фактический отказ российской стороны от участия в проектах по доставке и распределению российского газа в странах ЕС. По сути, речь идет о требовании к Москве согласиться на передачу части своих финансово-экономических полномочий в сфере энергетики Брюсселю - при невозможности для России влиять на принятие решений Евросоюзом... Аналогичный механизм применяется Европейским союзом в отношении отдельных государств еврозоны под предлогом реализации антикризисных программ. Однако Россия не входит в ЕС и не может брать на себя подобные обязательства в дополнение к уже прописанным в соответствующих соглашениях обязательствам по организации бесперебойной поставки энергоресурсов в страны Евросоюза. [1]

То, что потребности Европейского союза в источниках энергии возрастают и будут возрастать – ни для кого не секрет. И даже финансовый кризис ничего здесь не изменил. Сокращение инвестиций и режим жесткой экономики ударили в первую очередь по разработкам «на будущее», касающимся возобновляемых источников энергии и сланцевого газа, добыча которого в Европе в необходимых масштабах еще не началась. Основные споры экспертов ведутся лишь вокруг темпов роста зависимости ЕС от внешних источников энергоресурсов. Согласно оценкам, в настоящее время страны-члены Евросоюза импортируют до половины необходимых им энергоресурсов, причем доля нефти в закупках превышает 70%. В перспективе зависимость ЕС от внешних источников энергосырья к 2030 году может достичь по нефти – 92%, по газу – 81 %. [2]

Возникает вопрос: откуда брать ресурсы? Еще пару лет назад в Брюсселе не сомневались, что они поступят по газопроводу Nabucco. Первоначально данный проект предусматривал поставки газа с месторождений Азербайджана и Ближнего Востока через Турцию, с перспективой подключения к нему центральноазиатских поставщиков. Протяженность трубы должна была составить около 3300 километров, а потенциальные объемы перекачиваемого газа – 25–30 млрд. кубометров в год.

Звучит внушительно. Однако даже в лучшем случае эти поставки смогли бы удовлетворить не более 5% потребностей ЕС в газе, рассчитанных применительно к 2020 году. Иными словам, Nabucco не способен решить проблему энергетической безопасности Евросоюза, заменив поставки из России, особенно если учесть, что после ввода в действие газопровода «Южный поток» общий объем российских поставок в Европу составит 110–118 млрд. кубометров газа в год. Это позволит не менее чем наполовину обеспечить растущие запросы Евросоюза. Еще в 2009 году The New York Times констатировала, что поставки по Nabucco смогут покрывать лишь 12% объемов, предусмотренных для проекта, притом что поставки из России даже без «Южного потока» покрывают потребности Евросоюза в газе на треть. [3]

Но и это еще не всё. В реализации проекта Nabucco сложности возникли с самого начала. По состоянию на сегодняшний день последним участком этого газопровода, реально введенным в действие, остается 47-километровая нитка на маршруте Арад - Сегед, соединяющая венгерскую и румынскую газораспределительные системы.

А уже в начале 2012 года официальный представитель Министерства энергетики Турции заявил, что Анкара более не будет оказывать «полную поддержку» проекту Nabucco, поскольку альтернативные проекты «гораздо дешевле и проще в реализации». По его словам, приоритетным для Анкары (а также для ключевого участника Nabucco - Баку) отныне станут Трансанатолийский газопровод (TAP, использующий азербайджанский газ и уже существующую в Турции трубопроводную систему), а также поставки газа из России. Это обстоятельство дало основания лондонской газете The Financial Times предположить наличие энергетического альянса «Россия – Азербайджан - Турция» и сделать вывод о том, что «перспективы для проекта Nabucco, похоже, ухудшаются изо дня в день». [4]

Весной того же 2012 года с аналогичным заявлением выступил премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, сообщивший, что венгерская компания MOL решила отказаться от участия в проекте Nabucco. Тогда же представитель MOL подтвердил, что в проекте много неясностей, которые «сложно не замечать», в частности, касающиеся финансирования строительства и поиска ресурсов для заполнения трубы газом. [5]

Как результат, в уже утвержденные планы пришлось вносить новые изменения, и в настоящее время консорциум по строительству трубопровода рассматривает вопрос о пропуске трубы протяженностью 1300 км от турецко-болгарской границы до Австрии. Обновленный проект уже получил название Nabucco-West. Ну и как апофеоз растущего неверия экспертов и инвесторов в данный проект, в марте текущего года немецкий энергетический концерн RWE продал свою долю в проекте австрийской группе OMV.

Таким образом, первоначальный проект трубопровода Nabucco за последние годы претерпел вынужденные изменения, еще больше снизившие его экономическую целесообразность. Сохраняются серьезные проблемы и с наполнением трубы. Как справедливо отмечает финансовый аналитик компании Deloitte Грэхем Садлер, «трудно запустить и финансировать инфраструктурный мегапроект на газовом рынке, уже имеющем доступ к источникам поставок газа по конкурентоспособным ценам». В связи с этим он оценивает экономическую основу проекта Nabucco как «неустойчивую». [6]

Последний гвоздь в крышку гроба Nabucco может вбить Азербайджан. Национальный консорциум «Шах-Дениз» в настоящее время выбирает маршрут экспорта азербайджанского газа в Европу между проектами TAP и Nabucco-West. Решение должно быть принято до конца июня 2013 года. Тем не менее вице-президент Государственной нефтяной компании Азербайджана (ГНКАР) по маркетингу и инвестициям Эльшад Насиров уже, похоже, предвосхитил отказ от Nabucco-West, назвав Трансанатолийский газопровод единственной возможностью для Европы получать альтернативный газ. [7]

Однако какие-то соображения все еще не позволяют Еврокомиссии отказаться от антироссийских энергетических фобий. Вот и лозунг диверсификации по-прежнему имеет для Брюсселя только одно содержание – как воспрепятствовать росту российских поставок. Действия Еврокомиссии могут вполне вписываться в какие-то геополитические проекты, но при этом они наносят реальный вред европейским потребителям.

Неудивительно, что в странах Евросоюза растет понимание желательности и даже необходимости сотрудничества в энергетической области с Россией. Для стран Южной и Юго-Восточной Европы ключевую роль играет проект «Южный поток», против которого Еврокомиссия с самого начала развернула масштабную кампанию. Первым документом в рамках реализации проекта «Южный поток» стал российско-итальянский меморандум о взаимопонимании, подписанный в июне 2007 года между «Газпромом» и компанией ENI. В ноябре того же года Газпром и ENI подписали в Москве соглашение о создании совместной компании по подготовке технико-экономического обоснования проекта. Компания с соотношением долей 50% на 50%, призванная разработать и реализовать проект сооружения газопровода с начальной пропускной способностью в 30 млрд. кубометров газа в год, была зарегистрирована в Швейцарии в январе 2008 года. Тогда же было подписано (а в июле 2008 года ратифицировано) предварительное российско-болгарское соглашение об участии Болгарии в проекте и создании в этих целях совместного предприятия, отвечающего за сооружение болгарского участка газопровода. Что касается другого ключевого участника «Южного потока», Сербии, то предварительные соглашения с ней были подписаны еще до официального объявления о проекте, а именно в декабре 2006 года.

На случай возможных политических осложнений российская сторона подготовила запасной вариант транспортировки газа в северную часть Италии – через территории Хорватии и Словении и далее на австрийскую газораспределительную станцию в Арнольдштадте. В ноябре 2009 года по итогам российско-словенских переговоров в Москве было подписано соглашение, предусматривавшее сооружение ответвления от основной магистральной трубы газопровода, идущего через Словению в Северную Италию. А в марте 2010 года аналогичные договоренности был достигнуты с хорватской стороной. Кроме того, концерн MOL при согласовании с «Газпромом» заранее подготовил возможную замену: если австрийская сторона окончательно откажется от участия в проекте, роль газораспределительной станции в Баумгартене возьмет на себя аналогичный объект в венгерском городке Варошфельд.

В пользу энергетического партнерства с Россией высказываются и страны Центральной Европы. В частности, премьер-министр Чехии Петр Нечас в ходе состоявшейся 27 мая текущего года встречи с российским коллегой Дмитрием Медведевым подчеркнул, что считает «ключевой сферой» двустороннего сотрудничества энергетику. [8] Речь идет не только о максимальном использовании мощностей нефтепровода «Дружба» (как крупнейшей в мире системы магистральных нефтепроводов, проходящих по территории в том числе Чехии, Словакии, Венгрии, Польши и Германии), но и о сооружении подземного хранилища газа. Начало его строительства в Дамборжице (Южная Моравия) запланировано на 2014 год. Его мощность составит 448 млн. кубометров. Если же учесть, что с января 2013 года Чехия уже подключена к газопроводу «Северный поток», то ясно, что она может стать энергетическим мостом в отношениях ЕС и России. [9]

Более того, прослеживаются реальные перспективы создания в Центральной Европе крупной региональной сети, ориентированной на получение и распределение российского газа. Эти вопросы, в частности, будут обсуждаться 16 июня в Варшаве на заседании Вишеградской группы (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия). Речь пойдет о подписании «дорожной карты» по созданию общего газового рынка этих государств. В ходе состоявшихся на днях в Варшаве переговоров президентов Польши и Чехии Бронислава Коморовского и Милоша Земана польский лидер подчеркнул важность реализации многосторонних проектов «по соединению на границе как газовых, так и электроэнергетических коридоров». [10]

Тем временем официальное статистическое агентство ЕС Eurostat обнародовало новые данные по ценам на газ. Из них следует, что во второй половине 2012 года эти цены в странах ЕС выросли на 10,3% по сравнению со второй половиной 2011 года. Самый большой рост был отмечен в Латвии (21%), Эстонии (19%) и Болгарии (18%). [11] В Болгарии это обстоятельство стало главной причиной массовых антиправительственных выступлений, приведших к падению кабинета Бойко Борисова.

Задача удовлетворения растущих потребностей Евросоюза в энергосырье приобретает всё большее значение. И без России в решении данной проблемы не обойтись. Однако для этого необходимо устранить главный раздражитель в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области – навязывание российской стороне «Третьего энергетического пакета». Это в очередной раз подчеркнул постоянный представитель России при Европейских сообществах Владимир Чижов, выступая 29 мая в Европарламенте на втором заседании Межпарламентской рабочей группы по энергетике. Он призвал Евросоюз вывести из-под действия данного пакета трансграничные энергопроекты. «Фактически гарантиями инвестиций в крупные энергопроекты сегодня в Европе является не действие «третьего энергопакета», а именно предоставление отдельным проектам изъятий из него», - подчеркнул российский дипломат. В качестве примера он привел решение Еврокомиссии вывести на 25 лет из-под действия «третьего энергопакета» Трансадриатический газопровод (Азербайджан – Греция – Албания - Италия). [12] 

Наверняка Евросоюз пошёл бы на уступки России в столь важной для обеих сторон области, как энергопоставки, если бы не позиция США. Для Вашингтона максимальная изоляция России от энергорынков - вопрос стратегический, поскольку «зависимость от производителей энергоресурсов несовместима с однополярным миром и несет реальную угрозу статусу США как единственной сверхдержавы». [13] Не случайно столь пристальное внимание в концепции Pax Americana уделяется так называемому «Большому Ближнему Востоку», на долю которого приходится 62% доказанных мировых запасов нефти и более 40% газа. [14] Как пишет профессор Массачусетского технологического института Ноам Хомский, во внешнеполитическом курсе США «основные задачи глобального доминирования, сформулированные в послевоенный период, сохранили свою актуальность и по сей день». К этим задачам Ноам Хомский относит «сохранение контроля над основными источниками энергии в мире». [15] Стоит напомнить, что еще в 1945 году Госдепартамент США объявил энергоресурсы «одним из наиболее привлекательных трофеев в мировой истории». [16]

Так что, выдвигая заведомо неприемлемые требования к российским партнерам, Евросоюз играет по американским, а отнюдь не по своим, не по европейским правилам.

[1] Симония Н. Российская концепция глобальной энергетической безопасности: взаимозависимость производителей и потребителей энергии // Аналитические записки. 2007. Июнь. С.10-11.
[2] Куликова И. Можно ли сделать конструктивным энергодиалог Россия – ЕС? // Аналитические записки. 2007. Март. С. 111–112.
[3] The New York Times, 11.06.2008.
[4] The Financial Times, 03.02.2012.
[6] The Guardian, 21.02.2011.
[7] ИНТЕРФАКС-АЗЕРБАЙДЖАН 1625 290513 MSK
 29.05.2013 16:26
[8] РИА НОВОСТИ 27/05/13 15:36
[9] ИТАР-ТАСС 27.05.2013 14:52:13
[10] ИТАР-ТАСС 23.05.2013 17:31:57
[12] ИТАР-ТАСС 29.05.2013 18:28
[13] Крылов А.Б. Нефтяной рынок: конкуренция обостряется // Аналитические записки. 2007. Октябрь. С.50.
[14] Бжезинский З. Великая шахматная доска. М., 2009. С.51.
[15] Хомский Н. Гегемония или борьба за выживание: стремление США к мировому господству. М., 2007. С.27.
[16] Подробнее см.: Miller A.D. Search for Security. North Carolina, 1980.