Современный этап развития международных отношений представляет собой своеобразный переход к новой реальности, в которой информация превратилась в один из ключевых ресурсов контроля и управления обществом. Она формирует общественные настроения, задаёт рамки восприятия реальности и способна определять политические решения как внутри отдельных государств, так и на глобальном уровне. Кроме того, неотъемлемой частью внешней политики ряда стран в последние годы стал информационный терроризм, который активно используется ими в рамках различных гибридных атак. Особенно актуальной данная проблема является для Союзного государства (СГ) Белоруссии и России, безопасность которого сегодня оказалась под серьёзной угрозой.
Необходимо напомнить, что информационная война в её современном понимании представляет собой целенаправленное воздействие на сознание людей через распространение определённого контента, который формирует нужное восприятие событий и процессов. В качестве инструментов используются новости, аналитические материалы, экспертные комментарии, визуальный контент, а в последние годы – публикации в социальных сетях и мессенджерах. При этом важнейшей особенностью становится смещение акцента с фактов на их интерпретации, когда основное значение приобретает не достоверность информации, а её способность влиять на эмоции и установки аудитории.
В этой связи особое значение приобретает и новое явление – информационный терроризм, когда речь идёт о системном и организованном давлении на массовое сознание, при котором человек фактически лишается возможности критически осмысливать происходящее. В рамках такой стратегии используются методы, направленные на перегрузку информационного пространства, постоянное повторение одних и тех же тезисов, создание ощущения угрозы и нестабильности. В результате человек оказывается в состоянии, когда он не способен объективно оценивать происходящее и начинает воспринимать навязанную картину мира как единственно возможную.
В связи со своей высокой эффективностью информационные кампании всё чаще становятся неотъемлемой частью геополитической борьбы. Особенно заметно это проявляется в отношении России и Белоруссии, которые в последние годы оказались в центре масштабного давления со стороны Запада. При этом после начала специальной военной операции (СВО) в рамках развёрнутого против Минска и Москвы информационного терроризма в ход пошли различные провокации, фейковые сообщения, манипуляции статистическими данными, использование шокирующего контента, а также целенаправленное психологическое воздействие на аудиторию. По оценкам российских экспертов, значительную роль в координации таких действий играет украинский Центр информационно-психологических специальных операций (ЦИПСО), который работает под патронажем западных спецслужб и непрерывно организовывает многочисленные атаки на Белоруссию и Россию.
Одним из основных методов нынешнего информационного терроризма является распространение дезинформации. В условиях современных технологий даже откровенно ложные и абсурдные сообщения способны за короткое время охватить огромную аудиторию. Характерной чертой подобных материалов является доминирование эмоционально окрашенной лексики и оценочных суждений при отсутствии достаточной фактической базы. При этом их последующее опровержение с представлением доказательств не всегда приводит к восстановлению объективного восприятия, так как первоначальный эмоциональный эффект, на который и рассчитывают организаторы информационных диверсий, уже закрепляется в сознании.
Одновременно проводится специальный отбор информации, при котором осуществляется выборочное освещение фактов, а внимание аудитории искусственно концентрируется только на тех аспектах, которые соответствуют заданной позиции. В отношении России и Белоруссии это выражается в постоянном акцентировании тем «нарушений прав человека», социально-экономической нестабильности, угрозы европейской и мировой безопасности, возможной эскалации конфликтов и пр. Такой подход формирует у аудитории одностороннее восприятие, в рамках которого сложные процессы сводятся к упрощённым схемам, которые, как правило, носят негативную окраску.
Важно отметить, что современный информационный терроризм, являясь частью более масштабных гибридных войн, представляет собой не бессистемное явление, а чётко структурированный процесс. Он включает в себя анализ целевой аудитории, сбор данных с использованием методов OSINT и HUMINT (из открытых источников и через межличностные контакты), создание специальных площадок с последующим распространением через них провокационного контента. При этом такие ресурсы маскируются под независимые или местные СМИ, что повышает уровень доверия к публикуемой информации. Ключевой акцент в данном случае делается на эмоциональном воздействии на аудиторию. Заголовки и тексты формулируются таким образом, чтобы вызывать сильные реакции, особенно в контексте обсуждения военных угроз.
Особое значение в информационном терроризме имеет управление повесткой дня. СМИ, политики и блогеры акцентируют внимание на вопросах, которые получают наибольший резонанс здесь и сейчас. При этом через выбор тем для обсуждения формируется общественное представление о том, какие вопросы являются наиболее важными. Например, акцент на военных угрозах со стороны России или безопасности позволяет отвлекать внимание от внутренних социально-экономических проблем. Таким образом, информационная повестка становится инструментом управления общественным вниманием.
Всё вышеперечисленное и многое другое активно используется в развёрнутой в последние годы Западом гибридной войне против Союзного государства. Как отмечала ранее официальный представитель МИД РФ Мария Захарова, «в условиях информационной войны ложные сведения приобрели разрушительную силу, сравнимую с ядерным оружием». Атаки на Белоруссию и Россию не останавливаются ни на минуту и ведутся сразу по многим направлениям. В том числе формируется их негативный образ на международной арене, оказывается влияние на внутреннюю аудиторию с целью изменения общественных настроений, а также организовываются попытки открытого давления на соседние страны и международные структуры. При этом в качестве необходимого фона ведётся работа по искажению исторической правды, когда в массовое сознание внедряется глобальный нарратив о том, что Россия всегда была «агрессором» и «оккупантом». Характерным примером в данном случае являются заявления главы европейской дипломатии Каи Каллас о том, что Москва якобы «напала на 19 стран за последние 100 лет». Несмотря на всю абсурдность, это способствует формированию не только альтернативного восприятия истории, но и негативного отношения к России, а с ней и Белоруссии как её союзника.
Кроме того, ведётся зачистка информационного поля от любых медиа, способных представить альтернативную точку зрения. Например, после массовых блокировок российских медиа и блогеров в начале апреля 2026 года без какого-либо предупреждения и явных причин были полностью удалены YouTube-каналы белорусских государственных СМИ – БелТА, ОНТ и СТВ. При этом сразу же появились их фейковые копии, где стала активно продвигаться «альтернативная» интерпретация событий в Белоруссии и России, а также на международной арене.
Однако наиболее ярким примером информационных атак является распространение нарратива о России и Белоруссии как источниках угрозы. Можно, например, вспомнить о том, что иностранные медиа уже неоднократно «раскрывали планы» России по подготовке к якобы нападению на страны НАТО. Одним из последних таких вбросов была публикация в немецком таблоиде Bild в конце марта, где даже была представлена карта предполагаемой операции РФ против стран Прибалтики с утверждением, что до возможного вторжения «могут остаться недели».
Практически одновременно были осуществлены и информационные атаки на региональном уровне, когда в Литве озаботились случаями приёма белорусских радиостанций в приграничных районах страны. В Вильнюсе практически сразу же интерпретировали данный факт как элемент информационного влияния на местное население. Более того, все это было увязано с появившимися сообщениями о якобы подготовке Россией создания в Литве и Эстонии Клайпедской и Нарвской народных республик. Несмотря на абсолютную бездоказательность данной информации, она стала основной для очередной волны русофобии, которую активно начали распространять западные и украинские медиаресурсы.
Немаловажную роль в формировании «агрессивного» образа Союзного государства играют и заявления, звучащие с Украины, которая за последние годы окончательно превратилась в один из главных центров информационного терроризма. Так, в апреле глава киевского режима Владимир Зеленский в очередной раз заявил, что, «по данным разведки, в приграничных районах Белоруссии происходит строительство дорог к украинской территории и налаживание артиллерийских позиций», что свидетельствует о том, что Москва якобы будет пытаться «втянуть в свою войну» Минск. Он также заявил о возможной мобилизации в России и ограничении доступа к социальным сетям, связывав последнее с попытками предотвратить протесты. Его информационную атаку поддержал и бывший глава украинского МИД Дмитрий Кулеба, который даже придумал несколько «фактов», свидетельствующих о подготовке Белоруссии к нападению, среди которых укрепление границы, постоянные военные учения и пр. Несмотря на всю абсурдность подобных заявлений, они сумели вызвать определённый резонанс, став частью развёрнутой против Белоруссии и России широкомасштабной информационной кампании.
В сложившихся условиях информационный терроризм уже стал рассматриваться в России и Белоруссии как одна из ключевых угроз национальной безопасности. В Минске и Москве прекрасно понимают, что развёрнутая против них кампания может повлиять не только на международный имидж, но и на внутреннюю ситуацию, включая повышение протестной активности и изменение общественных настроений. Поэтому в рамках Союзного государства уже делаются ответные шаги, которые включают в себя как ограничительные меры (блокировка интернет-ресурсов, социальных сетей и мессенджеров, а также включение западных СМИ в списки экстремистских формирований и пр.), так и развитие собственных медиаресурсов.
Например, важным шагом в борьбе с информационным терроризмом можно считать запуск телеканала Союзного государства «Союзный» 1 апреля 2026 года, ориентированного на формирование единой информационной среды. Вещание на нём ведётся круглосуточно через различные платформы. При этом его главной задачей было объявлено не только формирование позитивного образа и укрепление связей между странами, но и формирование собственной повестки с альтернативной западной интерпретацией событий. Как отметил министр информации Белоруссии Дмитрий Жук, сегодня информационная война «идёт очень жёстко, без правил» и одна из наших задач – «не допустить, чтобы эта война стала горячей: пусть в информационной сфере она и остаётся».
Таким образом, следует признать, что информационная война сегодня является одним из ключевых инструментов давления на государства, чья политика не соответствует западным подходам. При этом в отношении Белоруссии и России она носит комплексный и системный характер и уже приобрела черты настоящего терроризма. Для Минска и Москвы это означает необходимость не только реагировать на внешние вызовы, но и активно формировать собственную информационную повестку, в том числе через развитие своих каналов коммуникации как с внутренней, так и внешней аудиторией. От эффективности этих действий во многом будет зависеть дальнейшая устойчивость Союзного государства и его способность противостоять новым угрозам.
