Западные аналитические центры и СМИ активно обсуждают перспективы применения боевых лазеров в будущих войнах.
«В 1980-х годах администрация Рейгана, как известно, пыталась разработать более мощные лазеры для защиты Соединенных Штатов от советских ракет в рамках Стратегической оборонной инициативы. В конечном итоге это не сработало — дорогостоящая и провальная попытка, которую часто насмешливо называют “Звездными войнами”. Тем не менее после десятилетий внедрения маломощных устройств по всему миру в последние годы наблюдается рост военных инвестиций и технологических достижений в области высокоэнергетических лазеров (ВЭЛ) и мощных радиочастотных (ВЧР) или микроволновых (ВЧМ) систем», – отмечает заместитель директора по вопросам обороны и безопасности европейского филиала RAND Corporation* Джеймс Блэк.
В 2021 году Исследовательская служба Конгресса США (CRS) опубликовала доклад R46925 Department of Defense Directed Energy Weapons: Background and Issues for Congress («Оружие направленной энергии министерства обороны»).
В докладе были рассмотрены предыдущие неудачи по разработке боевых лазеров – проекты MIRACL, THEL, ABL – масштабные программы по разработке химических лазеров прошлых десятилетий. Но в нем также были задокументированы и успехи, как например, успешная демонстрация эксплуатационных возможностей лазера на борту авианосца USS Ponce в 2014 году, внедрение Пентагоном «Дорожной карты направленной энергии» и создание «Инициативы по масштабированию высокоэнергетических лазеров», направленной на преобразование проверенных технологий в развертываемые системы вооружения.
В докладе были указаны три преимущества лазерного оружия.
Низкая логистическая нагрузка – устранение необходимости в цепочках снабжения боеприпасами и обращении с опасными химическими веществами.
Минимальная стоимость взаимодействия — снижение затрат на перехват запросов с сотен тысяч до нескольких долларов.
Неограниченная глубина магазина – обеспечивает постоянную оборонительную способность, ограниченную только выработкой электроэнергии.
Однако для реализации этих преимуществ, говорилось в докладе, требуется решить фундаментальную инженерную задачу: эффективно масштабировать мощность лазера, сохраняя при этом качество луча.
С той поры прошло четверть века, но по понятным причинам первопроходцами в разработке и применении боевых лазеров стали израильтяне.
На зернистом сером изображении тепловизионной камеры появляется дрон. Это тот тип дронов, которые используют такие группировки, как «Хезболла», «Хамас» и йеменские хуситы. Внезапно изображение заполняет ослепительная белизна. Через несколько секунд крыло дрона отламывается, и он падает вниз, взрываясь при ударе о землю.
Это видео, опубликованное Министерством обороны Израиля и оборонной компанией Rafael, намекало на будущее борьбы с беспилотниками. В нем израильтяне продемонстрировали высокоэнергетический лазер «Железный луч», предназначенный для уничтожения воздушных угроз, таких как беспилотники, а также ракет и даже артиллерийских снарядов. Израиль утверждает, что уже сбил с его помощью несколько вражеских беспилотников.
«Железный луч» (Iron Beam) или «Щит света» (ивр. «Маген Ор») – тактическая израильская система ПРО на основе лазерного оружия, предназначенная для перехвата и уничтожения реактивных снарядов, ракет сверхмалого и малого радиуса действия, летательных аппаратов (включая БПЛА, мультикоптеры и дельтапланы) на дальности до 10 километров.
Утверждается, что «Железный луч» уничтожает цели, облучая их в течение 4–5 секунд. Главные преимущества лазера перед ракетами-перехватчиками – более низкая стоимость выстрела, неограниченный боезапас, более низкая стоимость обслуживания и меньшая численность оружейного расчёта, быстрое поражение цели.
В состав комплекса входят радиолокационная установка, пункт управления и две лазерные установки. Монтируется на грузовые автомобильные шасси. Лазерные установки смонтированы внутри стандартных грузовых контейнеров.
«На этой неделе социальные сети были взбудоражены видеороликом, демонстрирующим загадочный лазерный луч, перехватывающий ракеты, выпущенные из Газы. Военное ведомство быстро опровергло информацию о том, что это первое оперативное применение системы “Маген Ор”, футуристической израильской лазерной пушки, но это средство все же может быть использовано в войне в рамках пилотного проекта. Какие проблемы может решить “Маген Ор” и добьется ли он успеха там, где “Железный купол” испытывает трудности?
Если бы эта система перехвата уже сегодня находилась в строю Армии обороны Израиля, она могла бы нейтрализовать некоторые ударные беспилотники ХАМАС или помочь в перехвате ракет малой дальности по населенным пунктам вокруг Газы. Однако система пока не введена в эксплуатацию. ”Маген Ор” находится на стадии испытаний на объектах компании “Рафаэль”, и, согласно соглашению с Министерством обороны, она не должна поступить на вооружение Армии обороны Израиля раньше 2025 года», – писало израильское издание Globes в октябре 2023 года.
Израильские источники утверждают, что в ноябре 2023 года «лазерная система противоракетной обороны "Щит света", разрабатываемая концернами "Рафаэль" и "Эльбит Маарахот", осуществила первый в истории боевой перехват с применением лазера, сбив минометный снаряд, выпущенный по израильской территории из Ливана».
В сентябре 2025 года израильские СМИ сообщили, что «гиперболоид армии Израиля», лазерная система «Щит света», «будет передана ВВС для полноценной оперативной службы уже в ближайшие месяцы».
Вдогонку за израильтянами пустились американцы.
«В последние годы Управление быстрого реагирования и критически важных технологий (RCCTO) армии [США] разработало 17 прототипов систем, использующих направленную энергию для сбивания приближающихся беспилотников, ракет и снарядов. Несколько из них, включая 50-киловаттные лазеры Raytheon, установленные на бронемашинах Stryker, были отправлены на испытания на Ближний Восток. Результаты позволили руководству армии с уверенностью запросить в бюджете на 2026 год около 679 миллионов долларов на серийное производство 44 бронемашин Stryker», – пишет американский военный портал Defense One.
В августе 2025 года директор RCCTO генерал-лейтенант Роберт Раш заявил, что армия выберет подрядчика в конкурсе, который состоится в следующем году и в котором могут принять участие не только Raytheon, но и другие компании.
Раш сказал, что настоящим показателем ценности лазера на поле боя станет то, сможет ли «тот молодой рядовой или тот молодой специалист, который сидит за пультом управления», использовать его в рамках «многоуровневой обороны», которая также включает в себя «перехватчики нового поколения, перехватчики Coyote, ракеты Stinger».
Летом 2024 года летом в Форт-Силле (штат Оклахома) прошло испытание 50-киловаттных лазеров против «приближающихся угроз». По словам Раша, испытания выявили самое большое препятствие для быстрого развертывания: солдаты предпочитают более проверенные варианты лазерам.
«Мы должны вселить в этого солдата уверенность» в том, что он сможет полагаться на направленную энергию, даже если это означает, что нужно позволить беспилотнику или ракете приблизиться, прежде чем сделать выстрел», – сказал Раш.
«В следующем году армия выберет победителя своего первого контракта на производство высокоэнергетических зенитных лазеров для установки на транспортные средства. Это станет важной вехой в многолетней работе Пентагона по созданию практичного оружия направленной энергии. Однако, по словам главы подразделения критически важных технологий армии, широкое внедрение этих технологий будет зависеть от того, удастся ли убедить командиров и военнослужащих отказаться от современных ракет-перехватчиков и других вариантов», – отмечает Defense One.
В настоящее время все ведущие оборонные компании стран Запада ведут разработки боевых лазеров. Среди них: RTX Corporation, Boeing Company, Lockheed Martin Corporation, General Dynamics Corp, Northrop Grumman Corporation, BAE Systems Plc, Thales Group, Leidos Holding Inc., Rheinmetall AG, Elbit Systems Ltd., Rafael Advanced Defense Systems Ltd., MBDA Inc. и т. д.
Рынок военных лазерных систем демонстрирует значительный рост: прогнозируется, что его объем увеличится с 5,4 млрд долларов США в 2025 году до 5,89 млрд долларов США в 2026 году, что отражает среднегодовой темп роста (CAGR) в 9,1%. Этот рост обусловлен увеличением инвестиций в НИОКР в области оружия направленной энергии, растущей потребностью в высокоточных решениях для минимизации сопутствующего ущерба, растущими требованиями к противодействию беспилотникам, достижениями в управлении лучом и успешными военными испытаниями.
Прогнозы указывают на то, что рынок продолжит расширяться, достигнув 8,25 млрд долларов США к 2030 году со среднегодовым темпом роста в 8,8%. Ключевые факторы, способствующие этому росту, включают развёртывание лазерных систем противодействия беспилотникам и ракетам, спрос на модульные лазерные платформы и разработку высокоэнергетических лазерных систем. К новым тенденциям относятся масштабирование мощности для поражения целей, миниатюризация для портативности и интеграция нелетальных лазерных ослепляющих устройств для оборонительных целей.
